Страница 107 из 152
Глава 38. Соблазнительные предложения
Алексис: СГС, день 9
Мы с Дрексом стояли рядом с мраморной колонной на краю зала, подальше от танцпола.
В углу я заметила группу усилителей с подключенной к ним неиспользуемой электрогитарой и уставилась на них.
По залу разносилась мелодичная композиция на фортепьяно, музыкант старался, но талантом уступал Харону.
Пастельные глаза и длинные блестящие волосы то и дело мелькали на танцполе, но стоило мне разглядеть Лену, как толпа уносила ее прочь, и я снова теряла ее из виду.
Олимпийцы, сирены и разнообразные существа лениво кружились под похоронные гимны. Спарта погрязла в унынии.
– Дрекс, у меня есть для тебя пара советов! – позвала Агата.
Она стояла в нескольких метрах от нас и разговаривала с Гермом и Патро.
Патро оглядел зал, встретился со мной взглядом и отвернулся.
От накативших эмоций у меня пережало горло.
Раскрасневшись от внимания Агаты, Дрекс сказал:
– Я скоро вернусь.
Он ушел, нервно осушив рюмку амброзии.
Прислонившись к колонне, я хотела было сказать, чтобы он быстрее возвращался, но закашлялась.
Горло все еще жгло от напалма и керосина.
Я потерла онемевшие ладони о тогу, перед глазами все поплыло.
Танцпол охватило пламя, с потолка капала вода, объятая огнем. Жар обжигал мне щеки.
Я откинулась на колонну.
В зале было все нормально. Спартанцы смеялись и самозабвенно танцевали.
Все было в порядке, вот только… это был самообман.
Повсюду горели маленькие костры.
Вокруг разыгралась битва, и Хтоники проигрывали.
Следующими будут сражаться Дрекс, Харон и Август, а потом настанет моя очередь выйти на арену.
Двенадцать подвигов.
Патро раскачивался из стороны в сторону и слушал, что Агате говорит Дрекс – кровавая лужа натекала ему под ноги, сочась сквозь дырки для шнурков, по полу тянулись кровавые отпечатки его ботинок.
Патро взглянул на меня снова, и в его взгляде читалось отчаяние.
Лодыжка уже должна была начать зарастать.
Пальцы покалывало – я взглянула на них и чуть не упала: они слегка светились.
– Ты это видишь? – прошептала я.
Никс переползла мне на предплечье и положила голову на ладонь.
–
Тепло
, – восхищенно прошипела она.
Мы обе завороженно смотрели на свет.
Я моргнула – сияние прекратилось.
– Сделай так еще раз, – потребовала Никс.
Я пыталась сконцентрироваться, сморщив лоб от усилия, но ничего не происходило. На лбу выступил холодный пот, едва я вспомнила про удильщика.
Уродливое глубоководное существо
.
– Включи свет снова, – приказала Никс.
– Не могу.
Я пристально смотрела на свои руки (удочки), кожа вернулась к обычному, безобидному оттенку.
– Неправда. Провал недопустим –
верь
в себя, – прошипела Никс, и чешуйчатое тело обвилось вокруг моей шеи и сжало ее.
Я не могла вздохнуть и пыталась снять Никс с шеи.
– Чем… поможет… удушье?
Никс безжалостно обвилась плотнее.
– Я мотивирую тебя, – спокойно сказала она.
Это однозначно были самые ужасные слова ободрения, которые я когда-либо слышала (почему я вообще почувствовала легкое воодушевление?).
– Э-э… Мадам? – Невысокий мужчина (существо с витыми рогами на черепе) остановился передо мной. – Вам нужна помощь?
Я и без зеркала понимала, что мое лицо стало ярко-пурпурным.
Широко раскрытыми глазами мужчина смотрел, как я задыхаюсь, неэстетично булькая.
– Постойте, – сказал он, взглянув на мою короткую тренировочную тогу так, словно увидел ее впервые, и резко побледнел. – Вы одна из этих
психованных
Хтоников.
Я улыбнулась.
Мужчина резко развернулся и натолкнулся на сирену, потом запутался в собственных ногах, пытаясь как можно быстрее убраться от меня подальше (оставить меня умирать).
Никс захохотала, наконец ослабив хватку.
– Ты видела, как он тебя испугался?
Я держалась за колонну, как за спасательный круг, задыхаясь. Через некоторое время ощущение неминуемой гибели прошло, и я засмеялась вместе с ней. Забавно вышло.
– Почему мы только что почувствовали острую боль в районе шеи? – Август навис надо мной, гневно сверкая темными глазами.
– Что это была за
херня
только что? – холодно спросил Харон. В руках он держал две рюмки амброзии, которые принес специально для нас. – Кто-то на тебя напал?
По телу у меня побежали мурашки, стоило мне подумать о том, как
он
недавно сжимал мне горло.
Я схватила обе рюмки и осушила их в два глотка.
– Почему ты задыхаешься? – не сдавался Август. – Что за боль в шее мы только что почувствовали? Мы знаем, она твоя.
Объясни
.
Я попыталась небрежно пожать плечами, но приступ кашля все испортил, и в итоге я стояла, согнувшись пополам и уперевшись руками в колени.
Наконец я выпрямилась и вдохнула.
– Мы с Никс просто дурачились.
Август уставился на мою шею, по которой наверняка расползался красный след.
– Она что, только что…
душила
тебя? – Его слова снова звучали обманчиво спокойно. Таким тоном он обычно говорил перед тем, как ему окончательно сносило крышу.
– Успокойся, – попросила я.
– Я
и так
чертовски спокоен! – Август резко взмахнул руками.
– Убедительно, – не верила я.
– Нам защитить тебя от Никс? – спросил Харон более низким голосом. – Она тебе угрожает?
Я поперхнулась, на этот раз от недоверия.
Они что, сейчас серьезно?
– Мы просто
дурачились,
– отчеканила я каждое слово. – Вышло забавно.
Никс лениво обвилась вокруг моих плеч.
– Они же знают, что я могу убить их прямо сейчас, если захочу, да?
Лицо Харона побагровело.
Я вздохнула; мужчинам не дано прочувствовать, каково это, когда твоя лучшая подруга – ядовитая змея. Им просто
не понять
такой стиль жизни.
Август какое-то время стоял с закрытыми глазами, бормоча себе под нос молитву Кроносу на латыни.
Наконец он открыл глаза и расслабил плечи.
– Хорошо, – выдохнул он.
– Хорошо?
– Я доверяю тебе и уважаю твое решение.
Он покраснел.
Тудум-тудум-тудум.
Мое сердце забилось, и вовсе не от страха.
– Ты… не хочешь потанцевать с нами? – процедил Харон сквозь стиснутые зубы, затем поклонился и подал мне руку.
Август тоже предложил мне раскрытую ладонь.
Тудум-тудум
.