Страница 11 из 14
– То есть? – не поняла Гелла, но тут же стукнула себя по лбу, видимо, вспомнив, что, находясь в отключке, я многое пропустила. – Он возвращался, конечно, пока вы были… пока вы болели. Много времени провёл с вами рядом. – Я нахмурилась, смутно вспоминая какие-то голоса, доносившиеся до меня сквозь бред. – Но сегодня, когда понял, что вам стало лучше и вы скоро очнётесь, он отбыл в город по каким-то важным делам.
Да он издевается. Пригласил присоединиться к восстанию и теперь держит тут в одиночестве?
– Он вернётся сегодня? – как можно терпеливее спросила я.
Гелла виновато пожала плечами.
– К сожалению, мисс, он не уточнил.
– Шикарно, – проворчала я, возвращаясь к блинам с уже меньшим энтузиазмом. Он что, меня избегает? Почему? Позвал свергать власть, пожалел об этом и теперь ищет трусливый способ от меня избавиться? Ладно, Кэтрин, это глупости. Выдохни и не накручивай себя раньше времени. Сначала надо прийти в себя, набраться сил и… связаться с Каем? Но как? Он под следствием, да даже если бы и не был, у меня не было ни его телефона – у него вообще есть телефон? – ни адреса. Я не знала, где его искать. Да и если бы нашла, то что? «Эй, привет, как дела? Пойдём делать ведьминско-фамильярские дела?». Что это за дела вообще такие? У меня совершенно нет поводов с ним видеться. На меня камнем рухнуло одиночество, и я, помрачнев ещё сильнее, принялась есть «Нутеллу» ложкой прямо из банки. Гелла делала вид, что не замечает моего настроения, и продолжала выпекать всё новые и новые блинчики, будто собралась накормить ими целую ораву. Впрочем, предыдущую стопку я незаметно для себя уже уговорила.
Лишь ощутив в желудке давящую тяжесть, которая немного заглушила тревогу, я отставила банку. Горло драло от сладости, и я поспешила прополоскать его уже остывшим чаем. И как раз в эту минуту на кухню зашёл Мёрфи.
– Потрясающий тайминг! – с восхищением проговорил он, кажется, обращаясь к самому себе. – Я как раз вовремя.
– Прекрасно, как раз думала о тебе, – буркнула я.
Мёрфи наигранно смутился и махнул рукой.
– Так откровенно, Блэквуд! Это-то меня в тебе и привлекает! – Окинув меня быстрым взглядом, он сел напротив. – Вижу, ты нашла одежду по вкусу. Это радует. Я старался тебе угодить.
Я не хотела слушать его болтовню о пустяках. Я хотела ответов.
– Нам нужно поговорить. Ты…
– Это обязательно случится, но не сейчас, – перебил меня он, одаривая очередной чеширской улыбкой. – Более того, Кэтрин, ты должна всё отрицать.
Я непонимающе нахмурилась.
– Ты о чём?
– Вот! Отлично! – Он хлопнул в ладоши. – У тебя уже выходит как надо!
Я раздражённо вздохнула.
– Послушай, я…
– Меньше слов, Блэквуд. Ты понимаешь, что они не всегда полезны. И сейчас как раз такой случай.
В дверь позвонили. Гелла подскочила на месте и побежала открывать. Я проводила её растерянным взглядом.
– Что происходит, Мёрфи? – В груди завозилось тревожное сомнение.
– Нет времени объяснять, бусинка, но, уверяю тебя, у меня не было другого выбора. Всё отрицай.
Он встал из-за стола. Я вскочила следом.
– Что?
– Всё отрица-а-ай, – прошептал он, и в следующий миг на кухню ворвались псы Надзора.
Их было человек десять – полноценная группа захвата в чёрных плащах. Я не успела дёрнуться, как двое бросились ко мне, опрокинули животом на стол и больно заломили руки. Чашка слетела со стола и разбилась, я попыталась вырваться, но к моему затылку прильнуло дуло пистолета.
– Кэтрин Моргана Блэквуд, – прогрохотал грубый голос где-то надо мной. – Вы арестованы по обвинению в диверсии в академии Стоунклад.
– Что? Я не…
– Тихо. – Рот сковал металлический кляп, который должен был помешать мне произносить опасные заклинания. Меня рывком подняли и поставили на колени, на запястьях туго защёлкнулись тяжёлые наручники, впившись в кожу, на шее – железный, покрытый рунами ошейник. К нему же прикрепили цепь от наручников, такую короткую, что пальцами я не могла не касаться собственного лица. Значит, вот так арестовывали мою мать? Это меня вежливо вывели из аудитории под присмотром директрисы, а маму, Мелинду, – а, плевать, – вот так грубо скрутили и связали, будто дикое животное. Я оцепенела от испуга, не зная, что делать, не понимая, что происходит, а меня уже поволокли прочь из кухни. В панике я обернулась на Мёрфи, но тот и не собирался мне помогать. Стоял в сторонке и вежливо улыбался. Перед тем как меня увели, я успела поймать беззвучное движение его губ: «Всё отрицай».
Мёрфи. Ублюдок.