Дитя ворона

Глава 6

Следующие две недели прошли для Эньи незаметно и на удивление спокойно, без приключений. Но она ничуть не скучала – ей было некогда. И если раньше, в отцовском доме, день был заполнен занятиями с нянюшкой и работой по дому, то с Девоном – исключительно тем, что связано с магией. История её уходила так далеко, что даже в учебнике некоторые даты стояли со знаком вопроса, и герцог не мог дать точные ответы на то, откуда она взялась в мире.

Кроме магии, они углублённо изучали ботанику, наглядно осматривая в саду клумбы и грядки с теми растениями, которые применялись в зельеварении и лекарском ремесле.

Но больше всего Энье нравилась бытовая магия. Девочка удивлялась и сетовала на то, что раньше ничего о ней не знала. Оказывается, с помощью магии можно быстро залатать дыры в нарядах, а не тратить несколько часов, болезненно искалывая пальцы и щуря глаза, чтобы вдеть нить в иглу. Подметать двор стало сплошным удовольствием: вместо постоянного чихания, непроходящего насморка и рези в глазах из-за поднимающейся в воздух пыли, грязи и многого другого на помощь приходило бытовое колдовство.

Энье уже не терпелось опробовать полученные знания, но в один из солнечных, не предвещающих беды дней в замок Девона неожиданно нагрянули незваные гости.

– Приветствую, герцог, – вышла из кареты облачённая в платье из ярко-красного шёлка, которое было украшено драгоценными камнями, леди Колет с любимой дочуркой.

Мачеха была, как всегда, прекрасна, а сводная сестрица взирала на замок Девона без присущего ей кислого выражения.

В это время Энья сидела в библиотеке на подоконнике и листала книгу по орнитологии, изучая местных птиц. Девочка пыталась найти среди них огромного ворона, спасшего её от королевы фей.

От вида из окна сердце малышки дрогнуло, и ей захотелось забиться в угол, скрыться за тяжёлыми занавесками и не показывать носа в ожидании, когда мачеха покинет замок.

«Теперь это мой дом, и она не сможет причинить мне зла, – думала девочка, делая глубокие вдохи и выдохи, стараясь успокоить громко бьющееся сердечко. – Девон рядом и не даст меня в обиду…»

Она надеялась, что герцог не станет верить всему тому, что мачеха вздумает рассказать об Энье.

Девочке вспомнились шумные балы, которые эта женщина устраивала в отцовском доме, приглашая разных гостей. Каждый раз, позоря падчерицу, она говорила:

– Какой она дикий ребёнок! Постоянно пропадает в лесу и фантазирует. Ничего этой глупышке, кроме своих сказок, в голову не лезет. Не то что моя Сюзет. Ох, что за прекрасная девочка! А как ей хорошо в этом новом платьице, не правда ли?

Естественно, что, в старом коротком наряде, Энья проигрывала сестре. Взрослые были склонны слушать взрослых: их мнение имеет больше значения, чем голос ребёнка. И Энья ничего не могла поделать, теша себя тем, что слуги и нянюшка знают, какая она на самом деле.

Герцог, не ожидавший гостей, встретил леди Колет на пороге. За прожитые в гордом одиночестве годы у него сложились привычки и принципы, одним из которых была неприязнь к людям, вздумавшим навестить его без приглашения.

– Добрый день, леди. Я не ждал вас, – холодно поприветствовал он её.

Улыбка замерла на лице женщины. В её глазах появилось странное выражение.

«Видимо, она пытается совладать с эмоциями: как это так – её не встречают с распростёртыми объятиями, заискиванием и не стелются по полу», – с усмешкой подумал Девон, переводя взгляд на её дочь.

Девчушка в жёлтом платье, с чёрными локонами была миниатюрной копией своей матери, но с капризным выражением на лице и высокомерием в детских глазах. Из письма нянюшки мужчина знал, чего стоит ждать от этих особ, и поразился, как Энья, живя с такими «леди», сумела остаться доброй, терпеливой и отзывчивой девочкой, верящей в волшебство и смотрящей на мир с горящими глазами. Именно тем открытым взглядом, которого порой так не хватало взрослым.

«Придётся её принять, иначе она вздумает нашептать своему благоверному разные страсти», – решил он и открыл дверь, впустив гостей внутрь.

Они долго осматривали его замок, бродя по нему как полноправные хозяйки, которым все двери должны быть открыты. С большим трудом Девону стоило сдержаться и не накричать на маленькую Сюзет, которая всюду совала свой нос, дёргала за ручки закрытых комнат и требовала, чтобы их немедленно открыли. Ещё она умудрилась разбить ценную старинную вазу, пролить из чашки чай, пока они сидели в столовой, и перепачкать скатерть шоколадным тортом. За всё это время мачеха ни разу не вспомнила о падчерице, и только когда Девон понял, что скрывать малышку дольше ему не удастся, он позвонил в колокольчик, и Энья спустилась к ним.

Герцог сразу заметил её нездоровую бледность и выражение затравленности в больших от страха зелёных глазах. Она несмело приблизилась к столу, сделав реверанс.

– Добрый день, мадам и сестра, – поприветствовала она, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Незадолго до этого Энья осознала, что если будет себя плохо вести, если не угодит мачехе, то та сможет забрать её из этого чудесного замка. Энья этого не хотела и страшилась этих мыслей.

– Хм, милорд, очень зря вы купили девочке такое дорогое платье: она неаккуратна с новыми вещами и вмиг их портит, – взялась за старое мачеха, даже не поздоровавшись с девочкой. – А эти распущенные волосы… Негодница, как ты смеешь подходить к столу, где все обедают, не собрав их в косу? Или думаешь, что герцогу будет приятно есть суп с волосами?

Она сверкнула недобрым взглядом на малышку, вжавшую голову в плечи.

– Леди Колет, вы преувеличиваете. Энья очень аккуратная девочка, а имея данные природой такие прекрасные волосы, грешно не показывать их миру. Что же до супа, не переживайте, там вы не увидите ничего, кроме продуктов, которым и положено в нём быть, – с улыбкой сказал Девон и поманил Энью к себе. – Присаживайся и поешь.

– Что ж, если вы так считаете, то пусть. Однако в доме своего отца Энья не отличалась ни чистоплотностью, ни манерами. Она подавала дурной пример моей Сюзет. Жаль, а ведь они могли подружиться.

«Зачем же она лжёт?» – недоумевала Энья.

Из-за напряжения никакой кусочек не лез ей в горло, и она едва сумела проглотить пару ложек мясного супа.

– Ах, зря только продукты переводят. Ты даже ничего не поела. Радуйся, что герцог может себе это позволить, – снова упрекнула её мачеха.