Страница 18 из 53
До этого ещё никто не относился ко мне столь трепетно. Я сжал челюсти, чувствуя прохладные пальчики на разгоряченной коже. Вот же сука! Мне и в голову не приходило, что к члену можно так прикасаться, словно он какое-то божество. Какой уж тут раб! Впрочем, Джудит всегда ко мне так относилась. Не сказать, что это было так уж заметно постороннему взгляду, но я всегда подспудно чувствовал её заботу о себе.
А ещё Джудит любила удивлять. Как, например, сейчас, когда она резко наклонилась, и, оттопырив очаровательную попку — которой, по моим планам, совсем недолго оставалось быть нетронутой, — лизнула свободную от металла плоть члена.
Я дёрнулся, словно меня окатили ледяной водой. Сам я в последние дни даже не пытался заниматься самоудовлетворением, понимая всю бесперспективность этого занятия, но язык Джудит, прочерчивающий дорожки по всей доступной поверхности, просто отправлял меня на небеса.
Это не могло продолжаться слишком долго, и я вдруг почувствовал, насколько близок к оргазму, что было отнюдь неудивительным, учитывая как часто, долго и безрезультатно я находился в состоянии эрекции за последние дни.
— Джудит, я сейчас… Я уже готов…
— Правда? Я читала правила, и там было написано, что так нельзя, но... — отвлеклась Джудит. — Давай, раб Отелло, кончи для своей госпожи!
Джудит вновь вернулась к своему занятию, активнее, вылизывая поверхность члена сквозь тонкие прутья, и легкими движениями прохладных пальцев поглаживая мошонку, отчего у меня просто сводило внутренности.
Я схватился за талию Джудит, сильно сжимая, и сам неосознанно начал двигать бедрами в такт движениям её робкого языка, чувствуя приближающуюся волну, грозившую к чертям смести весь контроль.
— О, да! О, предки!
Кульминация наступила молниеносно, слишком внезапно даже для меня. Но самое обидное заключалось в том, что половину удовольствия словно бы отрезали, и я не прочувствовал всё до самого конца. Член просто слишком долго был заперт в тесном пространстве и как будто бы занемел, потеряв часть рецепторов.
Я громко застонал — больше от разочарования, чем от удовольствия, — но в то же время был безумно благодарен Джудит, которая решилась на такую ласку, вопреки своим принципам и комплексам.
Теперь настала мне пора доказать ей, насколько она на самом деле была великолепной.
Глава 16.
Джеймс пытался поймать мой взгляд, пока я, отвернувшись, слизывала с губ сладковатые капли и немного при этом морщилась. Он улыбнулся расслабленно, отчего тело моё запело, а потом враз перевернул меня на спину. В следующий момент он преобразовал лежащий на полу обычный ковер в толстый и густой, в котором мы почти что утонули.
— Спасибо, мне было очень приятно, — я на эти его слова только лишь скромно улыбнулась, при этом тяжело дыша от близости его тела.
На самом деле, несмотря на всю свою показную распущенность, я была донельзя смущена своей смелостью, но успешно преодолевала робость, наслаждаясь горящим взглядом и лаской его рук, и видом мощного тела, нависающего надо мной. Сейчас он казался огромным, и мне снова захотелось взять в руку член, не запертый, а готовый пронзить меня и окунуть в настоящую нирвану. Резко. Жестко. Глубоко.
— А что за пояса из секс-шопов? — спросил Джеймс, вырывая меня из фантазий, из-за которых я не сплю уже третьи сутки. — Откуда ты об этом знаешь?
— Ну… — его игривый взгляд не помогал быть откровенной, но все же я рассказала: — Посмотрела несколько учебных видеопособий...
— БДСМ-порно? — ухмыльнулся Джеймс, прижавшись своим скованным членом к моим трусикам. — Так вот чем занимается на досуге наша строгая начальница международного отдела!
— Это было только один раз!
— Вчера, я так понимаю? — поинтересовался Джеймс. Я смущённо улыбнулась и потупила взгляд, рассматривая знакомую мне гостиную с красным ковром и тяжелой дубовой мебелью. Пожалуй, у той стены поместится пара отличных книжных шкафов.
— Ну да, мне стало интересно, как они выглядят, — вернулась я к разговору, наслаждаясь тем, сколько внимания Джеймс уделяет моей груди.
— Могла бы просто попросить, и я бы показал, — покачал он головой и, наконец, кончиком пальца подцепил бретельку бюстгальтера.
Давно пора его снять. Сними его!
— Ну ладно, замнём для ясности. Сейчас мне больше интересно, как ты выглядишь без этого шикарного белья. Надеюсь, не у мадам Малкин заказывала?
— Смеешься? — хихикнула я, думая о том, что в надушенном ателье уже вовсю обсуждают нашу с Джеймсом личную жизнь. Ну и пусть. Пусть завидуют.
Впрочем, совсем скоро мне стало не до смеха, когда Джеймс носом уткнулся в ложбинку между полушарий и повёл в сторону, подворачивая ткань бюстгальтера и приближаясь к острому соску.
— Ещё в Академии хотел посмотреть, какие они на вид, — пробормотал Джеймс.
— А чего ж не посмотрел?
Джеймс поднял голову и взглянул на меня. Спустя секунду мы, словно читая мысли друг друга, с тяжёлым вздохом произнесли:
— Бран…
Джеймс ещё некоторое время смотрел на меня, то и дело опуская взгляд к губам, а затем прошептал:
— Так прекрасно, что нам всегда будет, о чём поговорить. Но знаешь, сейчас я могу найти гораздо лучшее применение твоему сладкому ротику.
Джеймс потянулся ко мне, отчего мое сердце, кажется, готово было выскочить из груди. Его язык ворвался в мой рот — быстро, напористо, как завоеватель, демонстрируя, что позиция раба ему никогда не подходила. Он жалил и гладил, всасывал и прикусывал, и я совсем скоро начала метаться под ним, хныкая в рот, поглаживая упругие ягодицы и возвращая его член в прежнее твердое состояние.
Он выругался, но целовать меня не прекратил, лишь перейдя с губ на шею. Его руки давно расстегнули бюстгальтер, а зубы сорвали последний барьер. Несколько секунд он просто смотрел на меня, лаская взглядом лицо, ключицы и грудь. Особенно грудь, соски на которой, кажется, уже кричали от желания быть обласканными его умелым ртом.
Джеймс склонился, по кругу очертил языком сосок и втянул его в рот, заставляя меня резко выгнуться, словно от удара током. Не зная, куда деться от клокочущих во мне ощущений, вцепилась в его волосы, когда твердые губы втянули другой сосок.
— Джеймс, я так мечтала, — заполошно, прерывисто дыша, шептала я ему.
****Джеймс***