Свет в огне

Гильдия нашлась быстро: тяжёлые дубовые ворота, выкрашенная в чёрный и бронзу вывеска, гул голосов изнутри. Он толкнул створку, и шум чужой жизни встретил его, как приглашение. Зал оглушал ровным гулом: щёлкали кости в дальнем углу, где торговались наёмники, звенели кружки за круглыми столами, а где-то над всем этим шипела и потрескивала массивная кирпичная труба. Стойка регистрации, вытянувшаяся вдоль левой стены в нишу с матовым стеклом, ждала спокойно. Очереди там не было. Макс поправил грубую рубаху и подошёл ближе. За высоким столом стояла девушка с собранными в тугой, почти военной узел рыжими волосами и внимательными, чуть усталыми глазами.

— Здравствуйте, — выдохнул он, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Добрый день, — отозвалась она, не поднимая взгляда, пока не поставила твёрдую точку в какой-то графе. — Меня зовут Мари. Хотите оформить регистрацию?

— Да.— кивнул Макс, стараясь придать лицу выражение уверенности, которого не чувствовал.

— Отлично. — Она открыла толстую кожаную книгу, выдернула из-под стопки чистый бланк, взяла в руки гусиное перо. Ладонь нажимала на бумагу уверенно, без суеты. — Как вас зовут?

— Макс, — представился он.

— Хорошо. — перо шлёпнуло по бумаге, оставляя жирный чёрный след. — А какие навыки имеете? Ремесленные, боевые, магические?

— Я… я не знаю, — честно признался Макс, чувствуя, как внутри нарастает тревога.

— Ну, ничего страшного, это стандартная ситуация для новичков, — Мари мягко улыбнулась, стараясь разрядить обстановку. — Сейчас мы всё выясним.

Из-под прилавка она достала шар. Стекло было не совсем прозрачным, словно застывший ледяной туман, внутри которого медленно, по инерции, вьётся слабый свет. — Левую руку на шар, — указала она.

Макс покорно опустил ладонь. Стекло было холодным, но через секунду начало теплеть, как живая кожа. Ладонь Мари легла сверху его ладони, её кожа на мгновение слилась с его, а шар на микросекунду дрогнул, улавливая невидимый резонанс, чужой и вязкий. В глубине шара вспыхнула тонкая жила алого света, потом синего, потом тёплого золотого. Девушка приложила правый указательный палец к виску и убрала руку.

— Врождённый навык: кузнец первого уровня, — вслух произнесла она и записала данную информацию, не отвлекаясь от бланка. — Второстепенный: рыцарь света, тоже первый.

— О, рыцарь света! — Макс не сдержался, голос сорвался на тихую, но звонкую радость. — Это же отличная новость.

Он даже не успел как следует порадоваться, как из глубины зала, перекрывая привычный гул гильдии, раздался резкий, насмешливый голос:

— Рыцарь света! Да он, наверное, тьму одним видом разгоняет!

По гильдии тут же прокатился дружный, издевательский смех, эхом отражаясь от высоких сводов. Макс сжал челюсти чувствуя, как краска стыда заливает лицо. Он не понимал, что не так. Сомнений не возникло: смеялись именно над его восторгом. «Наверное, Иван потом объяснит, в чём соль этой шутки», — подумал он, решив не раздувать конфликт.

Мари лишь вздохнула, словно привыкшая к подобному и спросила, игнорируя шум:

— Вам, вероятно, выдать карточку рабочего? Или всё-таки хотите взять карточку наёмника? Это риск, но и заработок выше.

— А... я смогу потом поменять на рабочую? — Макс не стал спорить с толпой, но упрямо спросил.

— Конечно. Стоимость перевода взымут по тарифу гильдии, но право за вами останется. Переход регистрируется, никаких скрытых штрафов.

Макс на секунду прикрыл глаза, потом вздохнул и твёрдо сказал:

— Давай наёмника.

В её взгляде мелькнуло что-то похожее на уважение. Она быстро дописала последние строки, подшила лист в кожаную обложку и исчезла за тяжёлой внутренней дверью. Через минуту она вернулась, протягивая Максу металлическую карту с выбитым гердом льва и гравировкой.

— Забирайте. Задания лучше брать под свой уровень, не пытайтесь лезть в глубокую тень на первых порах. Доска справа, у входа. Если подходящего не будет, то подходите ко мне или к другим регистраторам. Мы тоже иногда ищем руки. — Она скользнула взглядом по его лицу, уголки губ дрогнули в еле заметной полуулыбке, а один глаз игриво сузился. Флирт был лёгким, почти ритуальным, данью человеческой вежливости в каменном мире, где судьбы решаются договорами и монетами.

— Спасибо, — буркнул Макс, чувствуя прохладу и вес металла в ладони. Ему было не до игр.

— Удачи, — кивнула Мари.

Макс кивнул в ответ и вышел обратно в серую мглу. Дверь за спиной захлопнулась, отсекая гул зала и тёплый воздух кухни гильдейских поваров. Карта теснилась в кармане, как талон на новую жизнь, но мысли уже летели к дому Ивана. Там, среди трав, тишины и старых рецептов, должно быть, найдётся ответ на вопросы, которые гильдия оставить не смогла.

Город встретил его привычной суетой: торговцы зазывали прохожих, дети носились между прилавками, скрипели колёса телег. Макс достал из кармана обрывок пергамента с картой Ивана и, сверяясь с ней, двинулся по узким переулкам. Вскоре он снова оказался у дома лекаря. Из кухни доносился размеренный лязг сковороды о чугунную плиту и густой, жгучий запах жареного лука и специй. Он толкнул дверь. Там за массивным столом занималась готовкой девушка.

— Здравствуйте, — произнёс Макc, стараясь, чтобы голос не прозвучал слишком официально.

Девушка обернулась. В белом переднике, с собранным в тугой узел хвостом и упрямой прядью, прилипшей к щеке от пара, она улыбнулась.

— Здравствуй. Ты наверное, Макс? А я Лиза. Супруга Ивана.

— Приятно познакомиться. Да, я Макс.

— Он скоро придёт. Присаживайся. В ногах правды нет. — Её голос был тёплым, хозяйским, но за спиной уже шипел рассол, а на плите томился соус. Она кивнула на табурет, не отрывалась от своего дела.

Через несколько минут вернулся Иван, стряхивая с плаща капли росы. Он подошёл к столу.

— Вижу, ты уже вернулся, — констатировал лекарь, снимая сапоги у порога. — С моей женой успел познакомиться?

— Да.

— Тогда рассказывай. Что узнал в гильдии?

Макс пересказал всё: стойку, холодное стекло шара, вспыхнувшее золотым и алым отсветом. И естественно, тот сухой смех, прокатившийся по залу, когда он не сдержался. Иван слушал молча, покачиваясь на тяжёлом табурете.

— Значит, ты кузнец.. — протянул он.

— Почему же? — возмутился Макс. — Я ведь ещё и рыцарь света!

Лекарь не усмехнулся. Он лишь кивнул и обратился к супруге:

— Дорогая, подай мне пергамент, чернила и гусь. Быстренько.