Страница 29 из 147
— Что, милая, едва не убилась? — Дикрей осторожно двинулся навстречу, готовый к тому, что я в любой момент кинусь в противоположную сторону. Не желая обманывать его ожиданий, я оглянулась на зияющую пустотой арку. Муж остановился. «Странно, но я до сих пор считаю Дикрея мужем».
— Лучше смерть, чем жизнь с тобой.
— Ты всегда была глупой. Глупой наивной девочкой.
— Ты не менее глуп, если влачился за такой как я.
— Влачился? — он рассмеялся, и эхо с готовностью подхватило его мерзкий смех. Как он мог мне нравиться? — Правильно ли ты помнишь то, что происходило между нами?
— Я думала, этому имя любовь..
— Любовь? — он печально поцокал языком. — Ты помнишь служанку, которую послала к Гулю с известием о деньгах лорда Кархаля?
Я вздрогнула от кинутой в лицо правды. Я сожалею о свершившемся и корю себя, но никогда не буду открывать душу Дикрею. Не ему судить меня.
— Вот с ней у меня действительно была любовь. Ха-ха-ха! — он стащил с головы шапку и оттер ею лицо, размазав кровь еще сильнее. — Отправить ко мне мою же любовницу! Да я за неделю до тебя знал, что Кархаль собирает деньги на выкуп, а тут такой сюрприз: девочка Мирудских опустилась до уровня разбойников!
— Люзия не могла.. Она.. Она была замужем за нашим конюхом.
— Люзия могла. И охотно бегала ко мне на болота. А в постели она.. М-м-м, как же она была хороша в постели! А ты говоришь, влачился. Да за кем я только не влачился! Валета, Ганька, Марися.. Это тоже любовь?
— Ты спал со всеми нашими служанками?! — я задохнулась.
— Я не мог допустить, чтобы такая добыча, как ты, ускользнула из моих рук. Я знал о каждом твоем шаге.
— Зачем я тебе была нужна?
— Имя. Мне нужно было твое родовое имя. Это то, чего не могла дать ни одна из шалав.
— А теперь? Зачем я тебе теперь?
— Незачем. Но я не люблю проигрывать, — он вновь двинулся в мою сторону. — Я хочу, чтобы король нашел твое растерзанное тело. Я не стал первым, но я буду последним твоим мужчиной. Я сделаю ему так же больно, как и он мне.
— Ха-ха-ха! — теперь рассмеялась я. Зло, с брызнувшими из глаз слезами. Это заставило Дикрея замереть. — Ты еще не дотронулся до меня, а уже проиграл. Я не нужна королю. Разве ты не видишь, на мне нет шелка и кружев? — я рванула душащий меня платок, и он мохнатым зверем упал к моим ногам. Дышать стало легче.
Дикрей ощупал взглядом криво сидящую юбку, рубаху с чужого плеча, обрезанные сапожки.
— Не надо меня больше насиловать. Ты и так стал последним мужчиной, который до меня дотронулся.
Воспользовавшись замешательством мужа, я побежала. Я хотела жить. Боги, как же сильно я хотела жить! Поэтому кинулась туда, где наши шансы уравнивались. Сейчас виверна не казалась мне такой уж жуткой. Дикрей, распаленный моим отчаянным сопротивлением, был гораздо страшней.
— А-а-а-а! — кричала я и неслась по проходу, исчерченному сильными крыльями ящера. — Сожги зверя! Сожги!
Я знала, что виверна может. Ведь это она когда-то напугала стражников и Велицу.
Под ногами хрустели осколки раковин. Они разламывались, крошились, их становилось все больше и больше, а ящер все не появлялся. Я спиной чувствовала, как тянется ко мне рука Дикрея, чтобы схватить за чепец, а потому, подчиняясь наитию, рванула его завязки и в последний момент ощутила, как совпали наши движения — мой бывший возлюбленный все-таки дернул чепец на себя.
Я получила спасительную передышку и не упала спиной назад. Я кувыркнулась вперед: что-то черное бросилось мне под ноги, а потом, подмяв под себя, прижало к острым осколкам раковин — я осязала их через тонкую рубашку. Нестерпимый жар сбил дыхание. Я закричала, слыша, как трещат мои волосы.