Страница 65 из 122
– Уничтожить гвейнов, – взгляд мальчика потемнел при воспоминании о том, как он ненавидел в тот момент птиц, впоследствии оказавшихся его союзниками.
– Нет, Арон! – Геон отпустил подбородок мальчика, не выпуская его взгляда. – Ты пошёл спасать своих друзей. Ты пошёл на север не для того, чтобы кого-то убить. Ты пошёл туда в надежде, что сможешь сделать безопасной жизнь тех, кто обитает в запретных землях, и, прежде всего, жизнь своих друзей.
– Я оставил их одних, ничего не объяснив, – Арон отвёл взгляд от пронизывающих понимающих чёрных глаз повелителя.
– Лиск всё объяснил им! – Геон снова прижал к себе мальчика.
– Он просил называть его Лиски, – вздохнул тот.
– Да, – Геон просиял от какого-то воспоминания. – Когда он только появился на свет, его именно так ласково называла мать, но… – взгляд Геона потемнел. – Но она погибла. Люди решили, что её слишком много. Люди часто решают за других созданий, не задумываясь, чем эти создания могут быть. Для человека тот, кто отличается от него внешне, разумом или речью, не достоин считаться мыслящим существом. Люди считают ниже себя всех, кто не принадлежит к их виду.
– Она была такая же, как Лиски, одна во многих телах? – Арону захотелось потеснее прижаться к Геону, почувствовать его тепло и любовь, но он не смел.
Геон же, почувствовав настроение мальчика, сам обнял его, подарив Арону то, чего у него не было никогда, – отеческое тепло.
– Нет! Она была иной, – Геон закрыл глаза, роясь в воспоминаниях. – Нежной, сладковатой, бесконечной…
– Ты говоришь о ней, словно она… – Арон запнулся, не решаясь вымолвить слово, появившееся в его голове.
– …Растение, – закончил за него Геон. – И да, и нет! Она не была растением в полном смысле этого слова. Её корни пронизывали все здешние места. Её тело присутствовало повсюду, где бы она ни захотела находиться. Её мысли позволяли людям видеть прекрасные сны. Она была едина и многообразна. Она могла давать свои соки всем, и они придавали сил, укрепляли организм. Ты мог бы питаться её кровью, – улыбнулся Геон Арону.
– Растением? – растерялся Арон.
– Я же сказал, она не была растением. Во всяком случае, не таким, как все остальные.
– Что же случилось с ней? – поинтересовался Арон.
– Человек решил, что она – сорняк, – Арон впервые услышал гневное шипение Геона, и эти звуки не сулили ничего доброго тем, кому они предназначались. – Он выкорчёвывал её всюду, где только замечал. И, в конце концов, люди истребили её. Лиск был неутешен. Он возненавидел людей. Он стал жечь их дома, запасы, посевы. И его ненависть принесла свои плоды. Люди тоже стали ненавидеть Лиски, стараясь всеми силами истребить и его. Со временем гнев Лиски поутих, но люди медленнее оставляют свою злость. Они до сих пор пытаются истребить маленьких остроухих существ, обладающих магией, даже не предполагая, что Лиск на самом деле один, и истребив его, они сделают свой мир ещё более убогим.
– Поэтому ты оставил их? – Арон блаженно прикрыл глаза, чувствуя, как рука Геона гладит его по волосам.
– Нет! Нет… – Геон ещё сильнее прижал к себе мальчика. – На то были иные причины. Когда-нибудь я посвящу тебя в эту грустную историю, но не сегодня.
– А сейчас мне пора, да? – по тону Геона Арон почувствовал, что настало время прощаться.
– Сейчас ты должен идти туда, куда направлялся до нашей встречи, – улыбка Геона, казалось, осветила маленькое молитвенное помещение. Лампа на столике погасла, но и подушки, и мебель, появившаяся по велению Геона, остались на месте.
– Пусть радость будет сопровождать тебя вечно! – пожелал Геону Арон.
– Моя радость в тебе, мой мальчик, – Геон ещё раз прикоснулся к чёрным волосам Арона. – В твоих силах дарить мне её вечно.
С этими словами Геон пропал, а Арон, прислушавшись к тому, что происходило за дверью, и абсолютно ничего не услышав, вышел из скрытого от людей помещения на узкую деревянную лесенку, ведущую прямо вниз, к основанию башни, минуя все внутренние комнаты. Подумав о том, что, скорее всего, ему необходимо поторопиться, Арон со всех ног побежал вниз.
Он многому научился с тех пор, как попал в этот мир. И первым его учителем был маленький остроухий зверёк – Лиски. Это именно он показал ему основы магии, а остальное… Арону не стоило особого труда, углубляясь внутрь своего сознания выискивать там то или иное качество, способное развиться с помощью той сути нашего мира, которую люди называют магией.
Сейчас он спешил, очень спешил. Бег его был настолько быстр, что прохожие не замечали его, принимая за лёгкий порыв ветра. Мимо него мелькали сначала высокие прекрасные здания местной знати, затем более низкие, чуть менее внушительные дома тех, кто занимает положение чуть ниже, чем живущие возле самых башен. И наконец, он достиг среднего размера домиков, казавшихся рядом с дворцами чиновников попросту убогими, в которых жили местные стражи. На мгновение остановившись возле одного из этих домов, Арон толкнул дверь. Если бы кто-то находился поблизости, он мог подумать, что мальчик появился прямо из воздуха, но, к счастью, возле дома Карила никого не было, и Арон остался незамеченным для всех, кроме тех, кто ожидал его за дверью.
Глиняная пиала, которую вытирала Ника, со звоном упала на пол и разлетелась на множество мелких осколков. Кип медленно опустился на колено, коснувшись рукой пола в приветствии воинов церкви. Крим повторил его действия. Вилон просто бухнулся на пол, уткнувшись в него лбом. Мирта, Прим и Таля, раскрыв рты, изумлённо уставились на Арона, не зная, чему удивляться больше – появлению того, в чьей смерти они были абсолютно уверены, или поведению Кипа, Крима и Вилона.
– Здоровья и благоденствия! – Арон сам удивился робости, прозвучавшей в его голосе. Его слова немного разрядили обстановку.
– И тебе, господин! – сухо ответили Кип и Крим на языке хранителей.
– Что вы творите? – Арон обессилено опустился на пол возле порога. – Здесь же люди!
Крим поднял взгляд на Арона, и в его глазах тот смог прочесть всё ещё до того, как Крим открыл рот.
– Ты показал нам, кто мы для тебя, – в интонациях Крима не было обиды, но Арон каждой своей клеточкой ощущал ту бурю чувств, которая разбушевалась в душе друга при его появлении.
– Во что ты одет, Арон? – Таля подошла к мальчику и за плечи поставила его на ноги.
Арон оглядел себя, насколько мог сделать это без зеркала.
– В одежду.