Страница 22 из 122
– Возможно, тебе покажется, что почитание – это приятно, но, если это происходит постоянно, ты остаёшься один, – попытался объяснить свою точку зрения Арон. – Мне нужны друзья, а не рабы. Я понимаю, что вряд ли смогу приобрести настоящих друзей в силу того, кем я являюсь, но… – Арон замолчал, не в силах выразить словами всё то, что накопилось в его душе.
– Я твой друг, – внезапно подал голос Крим.
– Верно! – грустно кивнул Арон. – Ты – мой друг.
– Я серьёзно, – Крим остановился, что заставило Арона споткнуться, и удержал его, не дав упасть. – Я действительно твой друг.
– И поэтому ты постоянно пытаешься напоить меня своей кровью? – горестно усмехнулся Арон.
– А что такое, по-твоему, друг? – Крим разозлился, и это было для Арона в новинку.
Он смог довести до того, что всегда спокойный и рассудительный Крим рассердился? Немного склонив голову на бок, Арон приподнял бровь, ожидая, что ещё выскажет ему тот, кто назвался его другом. А Крим, в запале не замечая того, как удивился его поведению Арон, продолжил, уже почти переходя на крик:
– Человек, который спокойно смотрит, как ты умираешь?
– Нет, вряд ли… – чем дальше, тем более смешно становилось Арону наблюдать за разгневанным Кримом. Поначалу он попытался не показывать своего веселья, чтобы не обидеть друга. Однако в конце его пафосной речи так и не смог сдержаться, сначала хмыкнув, а потом уже рассмеявшись в голос.
Крим, сначала опешив, через пару секунд не смог не растянуть губы в улыбке. Но всё же он поначалу мальчик попытался выглядеть серьёзным. Ведь то, о чём он сейчас говорил, было слишком важным, во всяком случае для него, чтобы превращать всё это в шутку.
– Что в моих словах развеселило тебя? – изо всех сил стараясь казаться серьёзным, спросил он.
Для Крима не было откровением, что смех Арона не может оставить равнодушным ни одного человека, и он, Крим, не являлся исключением. Оглянувшись на остальных в их компании, он убедился, что Кип с Карилом тоже улыбались, глядя на веселящегося Арона. А значит та магия, которую дарил смех избранного, явно осталась при нём. Причём, как виделось самому Криму, – вся, целиком. Она действовала на окружающих в точности также, как и раньше, когда они с Ароном счастливо обитали за грядою гор в Главном храме хранителей.
И наличие в Ароне этой магии было очень хорошим знаком. В этот момент Криму подумалось, что, возможно, избранный не потерял вообще ничего. Может быть, отсутствие у него сил – результат каким-то образом поставленного блока. Этот блок может быть физическим или мнимым. Но это всего лишь временное ограничение, которое сам Арон, наверняка сможет со временем преодолеть.
– Иногда я бываю глуп! – Арон сильнее опёрся о руку друга, вновь почувствовав слабость. Это было странным, но… Пришедшая в голову мысль заставила споткнуться. От осознания случившегося Арона охватил ужас – это смех отнял у него силы, заставив практически задыхаться!
– Что с тобой? – заволновался Крим, перестав смеяться.
Веселье Кипа тоже моментально испарилось.
– Что случилось? – спросил послушник.
– Не знаю… – Арон прислушивался к себе, он не хотел волновать своих спутников. Достаточно было того, что испытывал он сам. Но всё же, не в силах скрывать от них истину, пробормотал. – Однако что-то не так… Нам ещё далеко идти?
– Практически пришли, – Крим указал рукой на дверь дома, возле которого они остановились. – Это здесь.
Арон кивнул.
Карил, поняв, что мальчики беседуют о его жилище, поднялся на крытое крыльцо и постучал. Щёлкнул замок и на пороге появилась измазанная мукой Таля, которая моментально сообразила, кто сейчас, едва держась на ногах, опирался на руку Крима.
– Он жив! – ахнула женщина, выронив скалку прямо под ноги мужу, который поднял упавшую утварь, подал Тале, и попросил:
– Найди, куда его уложить. И… вымыться бы ему.
Таля кивнула и скрылась в темноте коридора. Карил и мальчики проследовали за ней.
Войдя в кухню, Арон увидел сидящего на спускающихся от порога ступенях Вилона. Тот сверлил потухшим взглядом пол. Почувствовав на себе взгляд того, чьё появление для него было необходимо, словно воздух, Вилон медленно повернул голову. Глаза мальчика приняли осмысленное выражение, губы раскрылись и кухню буквально огласил его тихий шёпот:
– Арон!
Вилон неверяще уставился на новое действующее лицо, появившееся на уже долгое время казавшейся ему пустой кухне, а затем быстро вскочил на ноги, не сводя с Арона широко распахнутых глаз.
В глубине кухни что-то со звоном упало на пол, разлетевшись на мелкие кусочки. Послышался слабый всхлип. И едва Арон успел повернуть голову, как к его ногам бросилась обессилевшая от слёз Ника, она села прямо на ступени, обняла своими маленькими ручонками колени Арона и всем телом прижалась к его ногам. Всё это произошло с такой быстротой, что ослабевший Арон чуть было сам не свалился возле заплаканной девочки, смотрящей на него снизу вверх преданными глазами.
– Ника! Вилон? – удивлённый взгляд Арона перебегал от одного к другому. – Что с вами происходит?
– Арон! – всхлипнула Ника, не в силах произнести чего-либо другого.
– Успокойся, девочка! Встань! – Арон был не в состоянии сам поднять с пола Нику. Сейчас она была слишком тяжела для него. – Всё хорошо! Встань, пожалуйста!
Но Ника только сильнее прижалась к его ногам, не желая расслаблять руки.
– Я чуть было не умерла вместе с тобой! – жалобным голосом попыталась оправдаться она.
– Что? – Арон уставился на Нику, словно пытаясь проникнуть в её мысли. Но сейчас у него не осталось и этой возможности. Он не мог абсолютно ничего! – О чём ты говоришь?
– Она говорит о том, что как только ты почувствовал боль, она ощутила это в глубинах своего духа! – ответил за девочку Вилон. – Она говорит, что не может жить, когда ты мёртв!
– Стоп! Стоп! Стоп! – Арон говорил шёпотом, но всем казалось, что он кричит. – Что означает твоя последняя фраза? Кто сказал тебе, что я должен почувствовать боль? Или умереть?
Вилон спокойно выдержал взгляд Арона, не подав и виду, что он чего-то страшится или смущён.
– А нам не нужно об этом говорить, – ответил он. – Мы ощущаем это внутри себя! – Вилон со всего маху стукнул себя по тому месту, где располагалось его сердце. – Вот тут ощущаем!
От удивления челюсть Арона поползла вниз. Он смотрел на трясущуюся руку друга, который медленно опускал её вниз, на его дрожащие губы, слёзы, застывшие в глазах.