Страница 121 из 122
Внезапно ощутив острую потребность в ком-то близком и дорогом, в ком-то настолько надёжном, что даже подумать о том, что он может предать, было бы кощунством, Лина почувствовала жаркую благодарность подруге. Она не бросила её даже тогда, когда Лина сама ушла от неё. Паша последовала за ней в неизвестном направлении, руководствуясь лишь преданностью и привязанностью. И конечно же, своим здравым смыслом, чего так не хватало самой Лине.
– Я здесь, Паша! – чуть хрипло откликнулась девушка. Голос подвёл её.
Паша прорвалась через терновый куст, воюя с ним, словно с воображаемым противником, хотя совсем неподалёку была недавно протоптанная Линой с Ароном чуть заметная тропинка.
– Лина! О, Лина! – воскликнула она, выскочив на полянку. – Как ты напугала меня! – Быстрым взглядом окинув всё вокруг, Паша подозрительно прищурилась. Голос её стал намного медленнее. Так было всегда, когда Паша чуяла что-то, что ей совсем не нравилось. – Лина? Ты была не одна?
Лина тоже осмотрела полянку. Она не видела ни единого следа, по которому можно было бы понять, что, кроме неё, здесь был Арон.
– Почему ты так решила? – голос всё ещё плохо слушался Лину, она пыталась сдержать слёзы, но от Паши это не укрылось.
– Костёр! – указала она рукой на погашенное кострище. – Ты бы в жизни так его не сложила.
Взгляд Лины последовал за указующим перстом подруги. Действительно, костёр был сложен идеально. Даже камни вокруг него были подобраны по размеру, словно это было не лесное кострище, а тёплый домашний очаг. Лина вздрогнула. Ей вспомнились ощущения, которые она испытывала в присутствии Арона. Кожу начало покалывать, словно воздух наполнился статическим электричеством. Лина глубоко вздохнула, прогоняя остатки чувственного восприятия.
– Арон был здесь, – глаза девушки сами закрылись, и по щекам потекли слёзы, наконец-то нашедшие путь наружу.
Она не могла больше терпеть. Всё – боль, тоска, невысказанная обида, всё это прорвалось. Внутри словно взорвался тот ком, который не позволял ей дышать. Лине вдруг захотелось спрятаться, оказаться одной, чтобы Паша не видела, как её мучают эти ночные посещения незваного гостя. Но здесь не было места, где спрятаться, и девушка просто стояла, закрыв глаза и опустив руки, посреди маленькой полянки, покрытой густым ковром клевера, среди которого то здесь, то там проглядывали розовыми лепесточками дикие гвоздички, пока ещё не открывшиеся навстречу тёплым лучам летнего солнца. Лина стыдилась своих слёз, они как будто открывали нечто сокровенное, скрытое глубоко в её сердце, обнажая израненную душу.
Паша быстро подошла к подруге, прижав её к своей груди. Ей захотелось укрыть Лину, укрыть ото всех и ото всего, чтобы та никогда больше не испытывала того, что сейчас читала Паша на её лице. Мысли одна ужаснее другой бередили воображение Паши. Она ещё крепче прижала Лину к себе и тихо спросила, стараясь скрыть ужас, затаившийся в глубинах её сердца:
– Что он тебе сделал? Он обидел тебя?
Лина на секунду отстранилась, всматриваясь влажными глазами в лицо подруги. Губы Паши дрожали. Казалось, ещё чуть-чуть, и она тоже расплачется.
– Ничего, – всхлипывая, ответила Лина. – Просто продолжил свою историю. Он ничего не сделал. Правда, ничего…
– Чего ж ты тогда ревёшь, глупая? – Паша ласково обняла Лину. – Пошли-ка на нашу стоянку. Там ещё теплятся угольки. Я приготовлю тебе завтрак. Кое-что я специально припасла вчера для тебя. Поверь мне, тебе понравится!
– Тебе не стоит обо мне так заботиться, – Лина прижалась к Паше. Девушке хотелось спрятаться, укрыться от тоски. И что бы она там ни говорила, сейчас ей нужна была эта забота, которой окружила её Паша. Сейчас она нужна была ей, как никогда.
Паша потащила Лину через терновый куст, об который изрядно поцарапалась, когда пробиралась на полянку, но Лина затрясла головой и указала подруге на маленькую, едва виднеющуюся тропинку.
– Здесь будет идти удобнее.
– А о ком мне ещё заботиться? – ласково спросила Лину подруга, поворачивая в указанным ей направлении. – Ты ведь у меня одна. Больше никого нет.
Лина глубоко вздохнула, внезапно почувствовав лёгкий аромат, всегда сопровождающий Арона. Может быть, и сейчас он стоит за каким-нибудь деревом и наблюдает, как глупо она себя ведёт? Лине стало страшно от этой мысли. Она быстро вытерла глаза, хотя если Арон действительно был поблизости и всё видел, что бы это могло дать?
– Ты тоже у меня одна, – благодарно прошептала Лина, ещё теснее прижимаясь к подруге. Было так приятно чувствовать теплоту её руки на своём плече! – И у меня тоже больше никого нет.
Лина издала странный всхлип. Как ей хотелось, чтобы это было неправдой… И как было страшно, если это действительно вдруг окажется неправдой. Лина ещё раз оглянулась вокруг. Наверное, ей померещилось, и никакого запаха здесь не было. Хотя она снова и снова готова была вдыхать этот чудесный аромат! Но если бы Арон был здесь… Это бы, наверное, заставило её, как страуса, зарыть голову в песок, а может даже зарыться туда целиком, и никогда не показываться наружу.
– Ты расскажешь мне? – заговорщицки спросила Паша, когда они вышли на выбранное предыдущим вечером место стоянки.
– Что? – Лина чуть отстранилась, желая поглядеть подруге в лицо. Забота Паши медленно, но верно приводила её к душевному равновесию. Впрочем, так было всегда. Каким-то образом Паша действовала на неё, как мать действует на ребёнка. Чувства отходили на задний план, оставляя за собой лишь горьковатый привкус разрушенной мечты.
– Как что? – Паша остановилась, повернула подругу к себе и опёрлась вытянутыми руками на оба её плеча. – Свою историю, конечно!
– А… – Лина подняла заплаканные глаза. Она едва могла стоять под нажимом Паши. Этой ночью она не спала, да и слёзы сделали своё дело, глаза закрывались сами собой. Лина зевнула, смущённо прикрыв рот рукой. – Историю… Я расскажу тебе всё, что знаю сама. Но Арон так и не закончил рассказ.
– Наверное, он закончит его позже! – ободряюще проговорила Паша.
– Должно быть, так…
Паша долгим внимательным взглядом посмотрела в лицо подруги.
– Давай-ка, сегодня ты отдохнёшь, – Паше совсем не нравилось то, как выглядела Лина. – Сейчас тепло. Поспи чуток, продолжим путь позже.
Лина покачала головой.
– Нет! Нужно идти! – возразила она. – Ты не понимаешь…
Как рассказать Паше о тех маленьких часиках, что не прекращают тикать внутри её сердца? Как объяснить, что времени у неё почти не осталось? Как…