Страница 37 из 62
Глава 19. Враг в доме
Глава 19. Враг в доме
Боги молчали.
Старец хмурился. В неверном свете факела, казалось, что его палец скользит по написанным строкам. «Былое не вернуть. Впереди чистые страницы. Постарайся и их не замарать».
Защитник же был спокоен и доброжелателен. «Ты справишься. Ты на верном пути», — говорили его глаза.
«Я верю в тебя! — Отрок улыбался. — Иди вперед, и у нас все получится!»
Если бы все было так просто.
— Я люблю другую, — Сетфан знал, что бросает вызов, отвергая их выбор. — И буду бороться за свое счастье.
Факел в руках Отрока вдруг погас. Граф воспринял это как знак недовольства богов.
— Понимаю, что иду против вашей воли, но я сердцем чувствую, что поступаю правильно! — крикнул он в темноту. — Я был слеп в прошлом, глуп в настоящем, но я не мыслю своего будущего без Луизы Кречет.
Эхо еще разносило его отчаянные слова, когда Стефан с беспокойством оглянулся. Ему почудилось, что он слышит чьи — то тихие шаги за спиной. Кто — то крался к двери, пользуясь тем, что пещеру поглотила тьма.
— Кто здесь? — выкрикнул он, напрасно пялясь в черноту.
Его вопрос, помноженный эхом, заставил «невидимку» бежать. Полоска света, пробивающаяся снаружи — за дверью работали лопатами слуги, оказалась единственным источником, к которому следовало стремиться в темноте. Выберись в эту снежную круговерть человек, пожелавший сохранить свою безликость, и Стефан никогда не узнал бы, кто явился свидетелем его разговора с богами.
Но боги не дали последнему графу Хорр остаться в неведении. Вновь в руках Отрока ярко вспыхнул факел и осветил несущуюся к выходу девушку. Стефан в одно мгновение оказался рядом и схватил незнакомку за ворот шерстяного плаща.
Та вскрикнула, когда граф тряханул ее и развернул лицом к себе. Он ожидал увидеть кого угодно — Лиззи, Эву или даже Мамушку, но это была служанка. Та самая, что присутствовала при его пробуждении утром.
— Что ты здесь делаешь?
Девушка смотрела на него глазами, полными страха, и молчала. Что — то прятала под плащом и тряслась. Ее била крупная дрожь. Стефан дернуть за ленты ворота, заставляя плащ распахнуться, и увидел, что служанка прижимала к груди букет из голубовато — сиреневых цветов.
— Откуда они у тебя? — голос получился хриплым. Стефан никак не думал, что в замерзших пальцах девушки окажутся цветы, растущие в тайном гроте. Теперь сделалось ясным, откуда взялся зеленый листочек на надгробии. Кто — то оставил цветы на могиле его родителей, а эта их забрала.
Служанка сжала губы и помотала головой. Одинокая слеза скользнула по ее щеке.
— Говори! — Стефан применил Глас, хотя не был уверен, что тот сработает. Беглянка являлась чужой подданной. Он догадывался, что перед ним стоит Ральда — горничная Эвы. То ли видел ее возле покоев принцессы, то ли подсознательно увязал букет в ее руках и цветок в волосах Эвхении.
Девушка вдруг схватилась за горло и закатила глаза. Кулем осев на каменный пол, рассыпала у ног Стефана цветы. Граф склонился над ней и обнаружил, что Ральда не дышит. Ее лицо синело прямо на глазах, а в воздухе все явственнее проступал запах темной магии.
— Пропасть! Я убил ее, — Стефан одним движением руки собрал цветы и поднялся. Не трудно было догадаться, что со служанки под страхом смерти взяли слово молчать. А он, применив Глас, принуждал ее заговорить. Ральда только открыла рот, чтобы ответить, как сработало проклятие.
Сунув цветы под куртку, Стефан вышел из капища. Факел богов тут же погас. На крыльце топтался один из стражников, торопливо счищая лед со ступеней.
— На капище никому не заходить. Головой отвечаешь, — приказал Стефан и отправился в сторону казармы. Ему нужен был начальник охраны.
Офицер Балт тоже достался ему от родителей. Он был одним из тех немногих выживших, кто пытался противостоять воинам короля Вильхельма при захвате власти в Закряжье. Преданный и умный, Балт являлся надежной опорой для мальчишки тогда и для взрослого Стефана сейчас.
— Я рад, что вы выздоровели, Ваше Сиятельство, — сказал он, приветствуя хозяина.
Они находились в оружейной комнате. Несколько воинов за длинным столом чистили ружья. Пахло смазкой и порохом. Граф сел на широкую скамью и кивком позволил офицеру Балту опуститься рядом. Оглянувшись на стражников, занятых своим делом, тихо спросил.
— Я нашел на капище свежие цветы. Мне нужно знать, кто их принес.
Балт нахмурился.
— Это зимой — то? — и не удержался, задал более толковый вопрос. — Насколько свежие?
— Ясное дело, не с осени лежат. Кто — то наведался на капище, пока я болел, — Стефан достал из — за отворота перчатки смятый зеленый листочек.
— Считай, совсем недавно оставили, — офицер покрутил в пальцах поникший лист. Понюхал его. — Не замерз и не высох. Надо у своих спросить.
Послали за дежурными. Явились главы трех караулов. Один из них, услышав вопрос, сделал шаг вперед.
— Так точно, девушка с цветами была. Все рвалась навестить Ваше Сиятельство, но пускать было не велено. Ваша невеста запретила. Таких тут толпы ходили, пока вы с выбором не определились. Тогда девушка захотела отнести цветы на капище. Я сам сопроводил ее. Постояла у могилы ваших родителей, оставила цветы и ушла.
— Какого цвета были цветы?
Стефан пребывал в растерянности. Откуда у незнакомки с улицы цветы, растущие в гроте? Может, стражник что — то путает?
— Красные розы.
— Ты уверен? — офицер Балт подошел ближе. Заметил, как на лицо хозяина опустилась тень. Не такого ответа тот ожидал. — Подумай хорошо, откуда зимой розы? Может, они были из бумаги?
— Никак нет. Девушка еще укололась. Я видел кровь от шипа.
— Опиши мне ее, — потребовал Стефан, ожидая хоть каких — то примет. Получил на удивление быстрый и однозначный ответ.
— Это была леди Кречет, — вперед вышел еще один стражник. — Я узнал ее, хотя она пряталась за капюшоном. Он слетел, когда леди ударила коня, резко погнав его вперед.
Все видели, как у Стефана вытянулось лицо.
— Осмелюсь добавить, леди плакала, — стражник выглядел виновато, словно это он обидел Луизу.
— Почему? — Стефан хищно сощурил глаза.
— Перед самым выходом ее догнала леди Эвхения, — подал голос первый стражник. Тот, что сопровождал Лиззи на капище. — Они о чем — то поспорили. Леди Эвхения замахнулась, но та, вторая, не дала ее ударить. Перехватила руку. Ее Высочество даже вскрикнула, не ожидая такого отпора.
— И что было дальше? — желваки на лице Стефана ходили ходуном.