Страница 56 из 82
В лаборатории больше не бурлили жидкости в колбах, она снова стала заброшенной, проспавшей в забвении больше ста лет. Лина поняла, что почти вернулась в реальность, а ей снова нужно было туда, в прошлое. Там осталось что-то важное, что-то, что она должна увидеть. Это странное ощущение клубком сворачивалось в груди, мешало дышать и думать, но, как вернуться, Лина не понимала. Она зажмурилась, сжала голову руками, пытаясь сосредоточиться, но ничего не получалось. Уши все еще улавливали голос Дэна, снова зовущий ее, она слышала запах старого погреба, но постепенно через эти ощущения к ней начал пробиваться невыносимый смрад свежей крови. Лина сосредоточилась, ухватилась за него, как за путеводную нитку, потянула на себя. Запах крови стал сильнее, уши снова начали улавливать гул и едва слышное бульканье.
Лина осторожно приоткрыла глаза. Получилось! Дэна и Лу больше не было в лаборатории, а в колбах снова бурлила темная жидкость. Лина медленно огляделась, пытаясь не упустить ни одной детали. Кровь — а теперь она была уверена, что это именно она, — пузырилась в колбах, перетекала в тоненькие стеклянные сосуды и уходила в стену, чтобы затем сойтись где-то в недрах главной верховодинской штольни.
И только повернувшись к столу, Лина поняла, что изменилось и еще кое-что: теперь на столе лежала полностью нагая женщина. Руки и ноги ее были раскинуты и привязаны к ножкам стола, кожа была такая бледная, что казалась едва ли не белее снега снаружи. Русые волосы разметались вокруг головы, как ореол, глаза были закрыты, губы плотно сжаты. Сначала Лине показалось, что женщина мертва, но затем она увидела, что грудь несчастной медленно поднимается для поверхностного вдоха. Но самое главное и страшное: из нескольких разрезов на теле женщины, совпадающих с местоположением крупных вен, выходили стеклянные трубки и соединялись с общей системой лаборатории. Не нужно было быть врачом, чтобы понять: из женщины выкачивают кровь. Медленно, продлевая ее агонию как можно дольше. Тот, кто придумал эту чудовищную схему, понимал: если качать кровь из артерий, жертва умрет слишком быстро, а потому использовал вены.
Желая проверить еще одну свою догадку, Лина быстро перешла к столу, где стояли различные банки и склянки с растворами и порошками. Теперь, когда она заглянула в прошлое, надписи на этикетках читались куда лучше, и она быстро нашла то, что искала: щавелевую кислоту. Препарат, который разжижает кровь. Одновременно и травит того, кто его принимает, но, очевидно, Верховодина не заботило здоровье служанок. Ему было нужно, чтобы их кровь была жидкой, чтобы не сворачивалась, когда он будет выкачивать ее из несчастных девушек. Отсюда бесконечные синяки на их телах: эпидемия, о которой говорил Стефан. Щавелевая кислота имеет сильный кислый вкус, но что ели слуги того времени? Щи из кислой капусты, пили квас. Замаскировать было не так уж и сложно.
Почему его никто не остановил? Ведь наверняка у бедняжек были родные, родители... Но что они могли сделать против того, кто держал всю округу в твердом мужицком кулаке? Кто платил полиции, кто мог бы откупиться от самого государя.
Рубин. Неужели Стефан прав и камень на самом деле был создан с помощью этой страшной алхимической магии?
Лина обернулась к лежащей на столе девушке и вдруг увидела, что та смотрит на нее. Голова повернута в ее сторону, темные, с расширенными зрачками глаза распахнуты. Бескровные губы девушки шевельнулись, и Лина услышала тихое «Беги». В ту же секунду тяжелая дверь наверху лестницы, отделяющая лабораторию от улицы, распахнулась. Яркий дневной свет ослепил Лину, а когда глаза чуть привыкли к нему, она увидела, что проход заслоняет собой мужская фигура.