Страница 338 из 342
— Добря умерла, – Лоза сидел подле монахини. Он закрыл ее глаза и тихо запел на незнакомом языке. Именно этот голос слышала в своих видениях Луна. Песня была печальной и вновь заставила плакать.
— Добря убила себя, впустив дух Воина, – произнес Змей, помогая подняться Лилии.
— Он сам произнес свое имя, – король прижал руки к груди. Ему трудно было говорить.
Вихрь, нашедший выход из подземелья, полетел прямиком в тронную залу, где на полу лежало тело Стефании. В ее мертвых руках была зажата корона.
— Микаэлла, – прошептал он.
В огромном помещении единым залпом лопнули все оконные стекла.
Уставшие воины, вовремя подоспевшие на подмогу королевскому гарнизону, едва устояли на ногах, когда мимо них пронесся шквал, уносящий с собой разноцветные осколки.
Там, в вышине, где черный дым пожарища смешивался с плывущими по небу облаками, вдруг выросли две гигантские фигуры: темноволосой девушки, на голове которой чудесными красками битого стекла переливался венок, и светловолосого мужчины, тянущегося к ней с поцелуем. Стоило их губам соприкоснуться, как хлынул очищающий дождь, моментально погасивший Адово пламя.
Удивление людей было безмерным, но никто из наблюдавших за странным явлением не мог определенно сказать, куда подевалась целующаяся пара. То ли ее развеял ветер, то ли заволокло тучами. Кусочки разноцветного стекла потом находили даже в пригороде столицы. Поговаривали, что они обладали странными свойствами: стоило через такой осколок посмотреть на человека, как сразу было ясно, добрая у него душа или нет.
Врали, наверное.