Страница 260 из 342
Глава 14
— Ты заметила, что Лоза отсел к монахиням? – хватая подругу под локоть, возбужденно прошептала Лилия. Луна дожидалась ее у выхода из трапезной.
— Еще бы не заметить. Не зря его подружку зовут Стрела – она меня насквозь истыкала колючими взглядами, – так же тихо ответила ей царевна. – Но причем тут я-то?
Луна лукавила. Она очень даже была причем. С тех пор, как Лоза отдал ей на хранение важную для него вещь – браслет, а потом тайно вернул его назад, девочка почувствовала в себе изменения: темноволосый воспитанник стал для нее совсем не посторонним человеком. Теперь, когда царевна сталкивалась с ним взглядом, она не бежала от видений, а радостно окуналась в них, будто спешила понять и принять чуждые для себя образы. Бескрайние пески, по которым цепочкой шли караваны (вот откуда ей знать это слово?), затерянные в просторах островки диковинной растительности, бликующая на солнце вода, которую люди жадно пили из ручья, загребая ее ладонями, города с ажурными строениями и с непременной башней, с высоты которой самозабвенно пел, воздевая к небу лицо, мужчина, чем-то неуловимо похожий на самого Лозу.
В эти мгновения оба воспитанника застывали, не в силах прервать магическую связь, не замечая никого и ничего вокруг.
— О чем беседуете, красавицы? – Змей, прежде чем открыть рот, вытер его рукавом. Жирные пятна после каши с маслом добавились к прежде существующим.
Лилии польстило обращение, от слова «красавицы» она зарделась, но вот Луна сморщила нос.
— Ты бы хоть каким-то манерам обучился, Змей. Так и будешь в полу рубахи сморкаться?
— Свин – он и есть Свин, – Лилия дернула гладким плечиком, туго обтянутым ученическим платьем.
— Эх, не была бы ты девкой, сейчас получила бы от меня тычка, – перед носом воспитанницы появился кулак со сбитыми костяшками. Драчливый нрав и бьющая из парня прыть не давали ссадинам зажить.
— Ну, вот! А теперь полностью проявил себя как Хряк, – фыркнула Лилия. – Такой же грубый и дикий.
— Да я тебе.. – Змей выпятил грудь и попер на насмешницу. Та не спасовала, так же ринулась вперед, и как только две задиры сошлись тесно, вдруг отпрянули друг от друга. Юноша опешил, ощутив, насколько мягкая грудь у его противницы, а Лилия.. Лилия осеклась совсем по противоположным причинам. Змей был выше на целую голову, а потому ее тело ладно вписалось в мужской, крепкий как камень, контур, что задело совсем иные струны в ее душе, чем те, что пели при виде Ветра. Там голову кружил легкий любовный настрой, здесь же было что-то сродни звериному зову, на который неожиданно откликнулось ее сердце.
Не думая, что творит, она прикрыла рукой напрягшуюся грудь. Этот жест не укрылся от Змея, который в удивлении взметнул брови.
— Он сделал тебе больно?! – Луна не поняла, что произошло, а потому была полна праведного гнева.
— Да.. Нет.. – широко распахнутые глаза Лилии изучали лицо рыжего воспитанника. Его непослушные кудри, закрывающие один глаз, веснушки, что обильно рассыпались по коже, крепкую шею, где часто-часто билась жилка, и кадык, что пришел в движение от трудного глотка. Тот получился неловко громким.
— Дурак! – очнувшись, соседка царевны стукнула Змея по плечу, плаксиво скривила лицо и, стесняясь слез, резко развернулась, мотнув широким подолом юбки.
— Ты куда? – только и успела крикнуть Луна.
— Ч-что с ней? – рыжий казался обескураженным. – Я же пошутил..
— Ну и шутки у тебя. Скоро как дикий вепрь будешь на всех бросаться. Совсем одичал!
Змей потоптался на месте, запустил пятерню в волосы.
— Послушай, Луна.. Я это.. Ты..
— Ну чего ты точно кашу жуешь? Говори! – Луне было не до Хряка. На них, перешептываясь, оборачивались воспитанники, заметившие слезы на глазах бегущей прочь Лилии. – «Еще подумают, что мы ссоримся».
— Научила бы ты меня этим самым манерам, а? Одергивай, что ли, всякий раз.. Мне не нравится, что меня зовут Хряком или Свином. И я совсем не дикий вепрь. Я – Змей! Изворотливый, хитрый, опасный.. – недо-дракон выдохнул, понимая, что его опять куда-то понесло. – Наверное, опасный.. Ага..
Лилия скрылась за поворотом, и Луна, наконец, подняла глаза на собеседника. Впервые она увидела там не насмешку, за которой Змей прятал ранимость, и не ярость, вызванную чьими-то нападками, а беспомощность, что бурно смешивалась с досадой и стыдом за себя. Шея друга пошла красными пятнами. Поняв все это, царевна дала себя клятву, что больше никогда не уподобится другим и не назовет рыжего Свином или Хряком. Лучше уж дать ему тычка.
— Прежде всего, прекрати подъедать с чужих тарелок, – пытаясь скрасить неловкость, Луна стукнула Змея ладошкой по животу, который вопреки злым именам был плоским. Правильно подметила Лилия: именно из-за чуждой другим небрезгливости бывший дракон и получил прозвище Свин. Хряком же его дразнили за свирепость, с которой он бросался в драку, совершенно не думая о последствиях. Бывало, что и огребал в ответ. Вот даже сейчас кожа на скуле отливала сине-зеленым. – И куда в тебя столько лезет?
— Расту, должно быть. Я все время голодный.
— Так пойди, попроси, чтобы лишнюю порцию дали. Я думаю, не откажут. Не за тем же нас сюда собрали, чтобы голодом морить?
— Да? Как-то не сообразил..Что еще я не так делаю? – рыжий резво поддел под локоток подругу, развернувшуюся было уйти.
Луна устало выдохнула, но раз уж взялась поучать, останавливаться на полпути не следовало. Тем более, что Змей смотрел такими щенячьими глазами.
— Ты вот как-то мне платочек прислал. Значит, знаешь, для чего он нужен? Заведи себе такой же и им рот вытирай, а не рукавом. Да стирай почаще.
Рыжий активно закивал, отчего его отросшие кудри и вовсе закрыли лицо.
Царевна не удержалась и потянула за жесткую прядку, отводя ее за ухо.
— Постричься бы тебе.. – спохватившись, Луна отступила. Отвернулась, лишь бы не видеть шаловливый блеск в глазах товарища, и перешла на поучительный тон. – И купайся чаще. Иначе зверем пахнет.
— Я зверь и есть, – Змей улыбался, не отводя взора от добровольной наставницы.
— И грамоте обучиться бы, – вспомнив разговор в лесу, Луна вознамерилась с пользой распорядиться свободным временем, которого у нее в ожидании выздоровлении наставницы, было в изобилии. Отчего бы не помочь? – Тебе бы книжки умные почитать.
— Так я с Ветром сговорился уже, – рыжий просиял от осознания, что хоть здесь поступил верно и упредил подругу. – Он сам вчера вызвался.