Страница 49 из 158
Снова заплакала, обвивая мощную шею руками. Прижалась к груди, пахнущей безграничным раем. И принялась хапать носом и ртом этот запах, чтобы запомнить его навсегда. И страшась того, что подобная близость между нами в последний раз.
Больше такого не будет.
Он от меня отвернется.
Заскулила...
— Ну, тише, тише, девочка, — целуя меня в висок, шептал Кирилл, а я все больше вцеплялась в него пальчиками, суматошно подыскивая слова, чтобы объяснить собственное непростительное поведение.
И не находила!
А как? Что тут скажешь? Я почти позволила себя совратить, потому что ретроградный Меркурии так на меня повлиял внезапно или дева в созвездии овна? Ну, я не знаю!
Это же бред!
А потом мы наконец-то добрались до моей комнаты. Кирилл усадил меня на постель, тут же бережно заворачивая в одеяло. Кончиками пальцев стер с моих век слезы, а затем пригладил разметавшиеся волосы на макушке.
Присел передо мной на корточки.
Изучающе вгляделся в мои глаза, даже в ночной темноте обжигая меня осуждением. Но вот последовавшие за этим слова ожидаемо не ударили меня наотмашь, а наоборот, успокоили.
— Почему ты плачешь, малышка?
— Потому что стыдно...
— Из-за чего? Из-за того, что я тебя увидел? С ним...?
— И поэтому тоже, — закивала я.
Секундное молчание, а затем Кирилл ошарашил меня вопросом в лоб. Таким болезненным, что я скривилась и внутренне застонала от отчаяния.
— Он нравится тебе, да?
Боже...
— Скажи, Мила, мне это нужно знать. Нужно, понимаешь?
— У тебя кровь..., — сипло пробормотала я, пытаясь дотянуться до его разбитой губы, но Кир только нетерпеливо отмахнулся и жестко меня осадил.
— Я вопрос тебе задал, Милана!
— Я..., — голос совершенно осип и сломался. И разумные слова все не находились, чтобы ответить на этот пугающий вопрос.
— И давно?
— Кир..., — охнула я, правильно понимая, какие именно выводы он сделал. Но остановить его уже не могла, потому что этот парень, как многотонный локомотив давил меня убийственной и неумолимой логикой.
— Ты ведь не такая, Мила. Ты бы не позволила просто так взять и с тобой провернуть подобное интереса ради. Просто потому, что захотелось. Или стало скучно.
— О боже..., — закусила я губу, тряся головой в недоумении.
— Ты ведь чистая девочка. И светлая. Но ты почти все ему позволила, Мила. Но ведь еще утром ты была со своим этим парнем, Димой, а уже ночью — вот так? С другим!
— Я просто...
Что? Это же просто невозможно объяснить! Это помутнение разума, внезапное и непостижимое! Вот и все!
— Ты влюбилась в Арса, да?
Пф-ф-ф... Он что, серьезно сейчас?
— Нет! Нет, ничего такого! Ты что...? — горячо запротестовала я, обмирая от страха оттого, что Кир пришел к подобным чудовищным выводам.
— И давно это у вас с ним? — подскочил брюнет на ноги, будто бы от безнадежности вцепляясь в волосы руками и поглядывая на меня с горечью.
— Это было впервые! — с жаром выдохнула я, кусая губы и пытаясь донести этому парню, что все увиденное — это просто ошибка.
— Мила, пожалуйста, только не ври мне!
— Я не вру! Я клянусь тебе, Кирилл!
— Тогда почему ты это сделала? — с внутренним надломом, но несокрушимой стеной навис надо мной Ремезов, а я только и смогла, что пожать плечами.
И выдать чистую правду:
— Я не знаю...
Я просто не в силах была сказать ему «нет» ...
Но эти слова я не озвучила. Только подумала про себя, признавая свое падение ниже плинтуса. И задохнулась от боли, четко понимая, что я никогда не смогу признаться в подобном Кириллу. Не понимала почему, но я не могла допустить, чтобы он узнал об этой моей слабости.
Возможно, я до чертиков боялась его потерять.
А возможно, что просто окончательно спятила. И это больше походило на истину во всех инстанциях.
— Понятно..., — отмахнулся Кир и развернулся, решительно двигаясь к выходу.
А меня тут же разъело, словно кислотой, сокрушительной паникой.
— Стой! — подскочила я на кровати, все еще кутаясь в одеяло, но ловя мучительные спазмы за ребрами.
— Что? — через плечо обернулся Ремезов, смотря на меня с тотальной грустью и усталостью.
— Скажи, мы...
— Что, Милана?
Милана...
Больше не Милаша.
— Мы ведь еще друзья? — всхлипнула я.
— Друзья? — усмехнулся парень, а я ощутила внутренний холод, что уже заморозил мою кровь и она ледяной крошкой закурсировала по венам, жаля меня и превращая в дрожащий на ветру листочек.
— Да...
Но Кирилл ничего мне не ответил, только улыбнулся как-то затравленно и разочарованно, будто бы я смертельно его обидела или исподтишка ударила, чего он от меня никак не ожидал. А затем покинул мою комнату, плотно прикрывая за собой дверь.
А я?
А я заперлась за ним на замок, а затем кинулась на кровать и до утра проревела белугой, ругая себя за неподобающее поведение. Вспоминая, как горячо это было — грешить. Сходя с ума от ужаса, что теперь подумает обо мне Кир. И бесконечно размышляя о том, почему Арс так поступил со мной.
Забылась поверхностным сном лишь под утро.
А проснулась как от удара обухом по голове. И все потому, что в мою комнату стучали. Громко. И настойчиво! И голос, мужской и пугающий призывал немедленно открыть ему дверь.
— Милана, это Арсений! Нам надо поговорить! Срочно!
Боже, что еще ему нужно от меня???
***
Мои хорошие, вас там много, а звездочек на книге так мало, что меня начинают терзать смутные сомнения...
Неужели вам совсем не нравится история? Если это не так, то давайте закидаем ребят любовью?
Вам не сложно, а книге очень полезно))
Милана
Дверные петли жалобно поскрипывали и грозились не выдержать подобную яростную атаку. Я вся сжалась в комочек, паникуя и стискивая шею ладонями. И категорически не понимала, что же мне со всем этим делать?
Открыть дверь? Да я же после вчерашнего Арсению в глаза не смогу посмотреть. Стыдно! И обидно до кишечных колик. Он меня, безусловно, застал врасплох, но я ведь ему отвечала!
Почему???
Не оттолкнула. Не сказала жесткое «нет».
Потому и сейчас не хотела его видеть! Не могла! Мне от одной этой мысли было физически плохо!
Да и что я ему скажу? Чем себя оправдаю? Я же, словно распутная девица, сиськи ему показала и ноги раздвинула без всякого на то сопротивления? Да лучше застрелиться!
А он все стучал...