Эхо темной крови

— Почему ты так со мной поступаешь? — не сдержалась я, когда все мои немногочисленные пожитки были собраны в маленькую сумку.

— Потому что так будет безопаснее, — сказал Алистер, взял эту сумку, меня за локоть и вывел из палатки. — В лагере творится какая-то опасная дрянь, хочу, чтобы ты была от этого подальше.

Или подальше от него самого. Меня просто выгоняют. Удаляют от себя, как надоевшую, проблемную и ненужную вещь.

Пока мы шли, я даже не различала лица вампиров вокруг. Чем ближе мы подходили к леваде, тем сильнее я ощущала расползающуюся в груди боль. Какое-то время я ещё пыталась держать себя в руках, но когда мы вышли за пределы лагеря и увидели на поле дракона, держать лицо уже не получалось.

Я всё поняла. Алистер просто не хочет говорить, не хочет обсуждать то, что случилось ночью, потому что ему нечего сказать. Или не желает слышать истерику, которая у меня случится после его отказа. Так что самое простое, что он может сделать, — это удалить от себя, а потом сделать вид, что ничего и не было.

Маркус стоял, привалившись к боку дракона, и когда мы подошли, забрался тому на спину и сел в основании шеи в ожидании меня, я же остановилась и нервно насупилась, глаза предательски начало жечь. Я не могла уехать, ничего не выяснив, просто не могла. Мне нужна была правда, даже если она меня ранит.

— За что ты так меня ненавидишь? — повернулась я к Алистеру и взглянула ему в глаза. Вампир выгнул бровь.

— Ненавижу? — в некотором недоумении переспросил он.

Ну да, с его стороны это в любом случае называется как-то ещё, но смысла это не меняет.

— Ты снова выбрасываешь меня, как надоевшую вещь. Хочешь, чтобы я уехала, потому что не хочешь обсудить? Ну то, что я... Впрочем, уже неважно.

И я махнула рукой, уже сама осознавая всю бессмысленность своих слов. Зачем я спорю? Он уже всё решил. Это и есть ответ, и вполне очевидный. Алистер не хочет рушить мою и так дерьмовую самооценку и просто пытается свести всё на нет и забыть. А я, дура, только сейчас это поняла!

Я вытерла рукавом слезинку, скатившуюся по щеке.

— Ирмис, хватит за меня додумывать! — не выдержал он. — Я назвал ровно ту причину, по которой отсылаю тебя в поместье, а не… Ой да нахрен.

Он протянул руку, схватил меня за талию и резко прижал к себе. Вторая рука скользнула мне под затылок, а в следующий миг я чуть не задохнулась, потому что его губы накрыли мои в рваном, жарком и очень нервном поцелуе. Меня охватил пожар такой силы, что я и сама едва не превратилась в кучку пепла. Инстинктивно я вцепилась в плечи Алистера руками, обняла за шею и прижалась к его горячему телу, но всё закончилось так же быстро, как началось.

Алистер быстро отстранился, но тут же взял меня за талию и повёл к дракону. А я не могла говорить, не могла думать, дышать и тем более ходить.

— Алистер…

Он молчал.

— Алистер, что... что всё это... — кое-как выдавила я из себя застревающие в горле слова. Я ровно ничего не понимала. — Пожалуйста, скажи мне.

Его рука на талии крепче сжалась.

— Через неделю я вернусь, тогда всё обсудим.

— Алистер!

Он резко развернул меня и обхватил лицо ладонями. Его черты лица заострились, глаза странно блестели, и он был… взволнован? Испуган? Зол? Не уверена. Никогда не видела у него такого выражения лица.

— Мне непросто принимать такие решения после всего того дерьма, которое со мной случилось, но ты для меня стала слишком важна. Важнее, чем я отдавал себе отчёт. Но я не готов говорить об этом прямо сейчас, Ирмис, — он нервно вздохнул. — Просто… не додумывай и не совершай необдуманных поступков. Когда вернусь, мы всё обсудим.

Он ещё раз коротко поцеловал меня в губы, лишив последних панически пищащих мыслей в голове, а потом усадил на дракона перед Маркусом, спрыгнул с крыла и просто ушёл. Я в растерянности уставилась на ухмыляющегося короля.

— Летим домой, Ирмис. И держись покрепче, иначе Алистер не простит мне твоё падение.

Но стоило нам подняться в воздух, как в ноге закопошилось странное ощущение, словно начало зудеть, а потом я ощутила сотни ниточек, тянущих меня в разные стороны. И некоторые из них извивались и пульсировали, явно отличаясь от остальных и призывая меня к себе. Но стоило дракону набрать высоту, как все до единой мысли покинули мою голову, оставив место беспощадному паническому ужасу от высоты.

Весь путь в поместье прошёл как в тумане. Всю дорогу я лежала с закрытыми глазами, вжавшись в шею рептилии, и визжала при каждом крене. Заставить себя открыть глаза и посмотреть вниз я не могла. Маркус принимал какие-то попытки меня успокоить, но его слова даже не доходили до моего сознания, оно просто орало от страха и не было способно больше ни на что. И хоть летели мы недалеко, примерно минут двадцать, мне эта пытка показалась вечностью.

Когда дракон приземлился, я с него фактически скатилась и плюхнулась на задницу. Я даже встать не смогла, ноги совершенно не слушались, и Маркусу пришлось поднять меня и помочь идти в сторону ворот, пока я вспоминала, как переставлять ноги и держать равновесие. И хоть мы были уже на земле, я продолжала дрожать и тихо подвывать.

— Маркус! — услышала я голос Амелии, когда мы вошли в ворота и направились по каменной дорожке к дверям поместья. — Я волновалась!

Подруга шла в развевающемся белом халате и в сочетании с белоснежными же длинными волосами она напоминала разгневанного призрака, но дойдя до своего избранника, бросилась к нему в объятия, крепко обхватив за шею. Маркус же поднял её над землёй и прижал к себе, и их губы прильнули друг к другу в таком жадном поцелуе, будто они не виделись несколько месяцев, а не часов. Я завистливо посмотрела на влюблённую парочку, но тут моё внимание отвлёк белый пушистый комок безумия, что с громкими визгами уже летел ко мне и не успокаивался, пока я не взяла его на руки. Лис тут же начал лизать мне лицо.

— А вот по тебе я не скучала! — заявила я зверьку, но тому было всё равно. — Ну фу, прекрати меня лизать! — пришлось отпустить лису на землю, но Мику, похоже, на сегодня выбрал жертвой своего внимания меня, потому что с радостным тявканьем бегал вокруг моих ног.

— Пришлось быстро слетать в лагерь, кое-кто натворил дел, — кивнул на меня Маркус, когда они прекратили целоваться, но на землю Амелию всё равно не поставил и так и понёс в поместье.

На меня они обратили внимание далеко не сразу. Всё ещё обнимая любимого, подруга скосилась на меня, и её глаза распахнулись от удивления.

— Это в чём ты? — изумилась Амелия.

— Эм… в рубашке Алистера.