Смертельные ловушки

«Преступление, – мистер Лаки продолжал уныло думать на пути в гостиную. – Преступление и ложь». Боб сидел в крес­ле у лампы. Саллиэнн и Джастин Вирнег стояли перед Бобом. Рода и судья были возле окна. В них ничто не изменилось. Все, что они могли делать, так это встать, сесть, лечь или ходить по комнате. Могло произойти преступление или трагедия (что, собственно, и случилось), но люди выглядели все так же, говорили теми же самыми голосами и все так же стояли, сидели, лежали или ходили. Преступление и трагедия могли произойти (и происходили), но всё, что люди могли – это выглядеть, как и раньше, говорить теми же голосами те же слова, стоять или сидеть, лежать или ходить.

– Он сказал, – произнёс Боб, выставив вперёд подбородок, – «Тебя за это повесят». Я же сказал: «Джералд, сначала ты умрешь».

– Нет, Боб, – умоляла Саллиэнн. – Не повторяй это снова. Больше так не говори. – Она схватила мистера Лаки за руку и потащила его вперед. – Поговорите с Бобом; образумьте его. Джастин, попробуй еще раз.

– Боб, послушай, – увещевал Джастин. – Дело плохо. Вбей это себе в голову. Конечно, ты можешь думать, что хочешь…

– А ты вбей это себе в голову, – парировал Боб. – Сегодня ночью я никуда не сбегу. И я не собираюсь брать ни твою машину, ни вообще какую-либо машину, ни денег на побег. Поскольку все вы убеждены, что я стрелял в Джералда, мы скажем, что это я сделал. Хорошо. Я не попытаюсь сбежать, тем самым признавая себя виновным. Я не знаю, в чем заключается ваша игра; но я – юрист, и мне кажется, что совет сбежать –чертовски странный…

– Но, Боб! – вставила Саллиэнн. – Если ты не сбежишь…

– Саллиэнн, брось, – заговорил Джастин. – Мы сказали достаточно. Боб, послушай. Если Джералд умрет, тебе предъявят обвинение в убийстве. Если захочешь, я возьму это дело и буду сражаться как никогда. Но прямо сейчас я должен сказать: опереться тебе будет не на что. Ох, сейчас не время дискутировать. Полагаю, что если ты не сбежишь, то ничего не выйдет.

Саллиэнн протиснулась между Джастином и мистером Лаки и встала перед Бобом.

– Нет, нет, – возразила она. – Джастин, объясни это получше. Сейчас ты не должен сердиться на Бобби – он просто не знает, что делает. Боб, дорогой, послушай…

– Ради Бога, Саллиэнн, заткнись! – вспылил Боб.

Девушка умоляюще обернулась к мистеру Лаки. Тот посмотрел через ее плечо на Боба. Его очки щегольски сидели на носу. Глаза были шире, чем обычно – может быть, вследствие спора, а может и нет. В том, как он уронил руку на колени, было что-то беспомощное. Мистер Лаки подумал, что он выглядит загнанным в ловушку. Смертельную ловушку.

– Мой мальчик, – сказал мистер Лаки. – Ты же не стрелял в брата, не так ли?

– Нет, – ответил Боб. – Интересно, жив ли он еще?

– Это ведь был несчастный случай, не так ли? – продолжал мистер Лаки.

– Нет. Интересно, жив ли он еще? – повторил Боб.

Из задней части комнаты раздался тонкий голос мистера Фисби:

– Они закрыли дверь. Джералд перестал стонать.

– Я не стрелял в него, – наконец, ответил Боб. – Кто-то выстрелил из дальней части комнаты. Думаю, из французского окна. Мы с Джералдом собирались выйти в холл. Я шел за ним. Раздался выстрел. Джералд упал. В восьми или десяти футах от меня. Кто-то выстрелил из глубины комнаты. Из французского окна. Мы собирались в холл…

– Идет доктор, – объявил мистер Фисби.

Мистер Лаки слышал прерывистое дыхание Саллиэнн. Боб прикусил губу и выпрямился на своем стуле. Мистер Лаки положил руку ему на плечо, сказав:

– Все будет хорошо.

«Забавно, что на докторе парадный костюм», – подумал мистер Лаки. Дома такого не бывает. Он представил себе старого дока Колича при параде… И как врачу в парадном костюме сообщать родственникам о смерти пациента?

– Простите, – начал доктор Норт. «Хорошенькое начало», – подумал мистер Лаки; впрочем, доктор был весел и слишком уж прозаичен. – Боюсь, вы напрасно перепугались. Кажется, что медсестра потеряла голову. Рана мистера Декстера не столь серьезна. Скорая уже едет. Через несколько минут он будет госпитализирован. Волноваться здесь не о чем. Через несколько дней мистер Декстер будет в полном порядке. Доброй ночи. Мистер Лаки, я поднимусь и осмотрю вашу жену. Доброй ночи.

Джастин пожал руку Боба. Ив подбежала к Бобу и бросилась к нему на колени. Кто-то ударил мистера Лаки по спине. Голос Саллиэнн непрестанно повторял: «Я так рада. Я так рада. Я так рада». Мистер Лаки подумал, что все стало слишком уж сахарно.

Боб оторвался от Ив и снял очки. Без них он казался подслеповатым.

– Где папа и Рода? – спросил он. – Кто-нибудь должен пойти и сообщить им.

– Они знают, милый, – ответила Ив. – Они собираются в больницу. Все в порядке. Все в полном порядке. – Она извернулась и поцеловала лежавшую на своем плече руку Боба. Тот отдернул руку, но похлопал Еву по спине.

Мамуля говорила, что беда обвенчала больше народу, чем священники. И она была как всегда права.

– Все хорошо, что хорошо кончается, – пробормотал мистер Лаки и откланялся: – Теперь, если простите…