Страница 60 из 74
Вопреки моим ожиданиям, Ягишна лишь кивнула и меланхолично захрустела сухарём, чуть позже запив его тёплым напитком.
— Могли бы тему поприятнее выбрать, — произнесла она, когда молчаливая пауза затянулась.
— Могли бы, — согласился Богуш, заискивающе заглядывая женщине в глаза. — Но Яр настоял.
— Это он умеет, — кивнула колдунья и покосилась в мою сторону. — Так до чего договорились?
— Пока не до чего, — буркнул я, чувствуя, как настроение понемногу портится. — Богуш, ты так и не ответил на мой вопрос.
— А чего тут отвечать? — Богуш запрокинул голову и попробовал вылить в рот остатки хреновухи из кувшина. Остатков было ровно две капли, которые быстро исчезли на синем языке водяного. Состроив кислую мину, Богуш вздохнул. — Гиблое это место. Ещё больше гиблое, чем Чёрный лес. Из того-то никто не возвращался, а уж из-под земли…
— Можно, — вставила Ягишна и вновь захрустела сухарём.
— Да ладно? — водяной поглядел на колдунью со смесью невольного страха и уважения.
— Угу, — подтвердила та с набитым ртом.
От моего внимания не укрылся тот факт, что женщина вела себя куда расслабленнее. К ней вернулись румянец и уверенность во взгляде. Сердце билось ровно, движения стали привычно плавными. Речь вновь стала томной, без излишней нервозности и истеричности. Может, ей всё же удалось принять себя? Или это сказываются те две кружки успокаивающего отвара, которым я её вчера напоил?..
В любом случае беседа продолжилась. Разразившись целой тирадой нечленораздельных и донельзя печальных звуков, Богуш всё же перешёл к рассказу. Начал он, по своему обыкновению, издалека.
— Вы же знаете, что светило в небе всему живому жизнь даёт. — Богуш выглянул в окно, где осеннее солнце уже встало над лесом. — Тепло его даже под водой чувствуется. А вот под землю оно не достаёт, только сверху пригревает, но не вглубь.
Ягишна протяжно зевнула, прикрыв рот ладошкой.
— Прости, — совершенно не виновато проворковала она Богушу. — Это вовсе не из-за того, что ты скучно рассказываешь. — Колдунья улыбнулась, но, наткнувшись на мой суровый взгляд, быстро прикусила острый язычок.
Богуш сокрушенно вздохнул и пожаловался мне:
— Верно говорят, чем красивее баба, тем ехиднее.
Я скривился.
— В таком случае краше нашей лесной колдуньи никого не сыскать.
— Вот! Наконец-то ты… Погоди! — Ягишна задумалась. — В толк не могу взять: мне обижаться или радоваться?
— Молчать, — подсказал я.
Женщина фыркнула и сосредоточилась на завтраке. Водяной же продолжил:
— Но даже там, где свет не греет, всё же жизнь теплится. — Он вдруг нахмурился. — Или холодеет?
Мне уже всерьез начало казаться, что пить с утра хреновуху было не такой уж и плохой идеей. Но, взяв себя в руки, я направил мысли собеседника в нужное русло.
— Это не важно, Богуш. Давай ближе к делу.
— Ну а что ближе-то? Твари всякие в Подземном мире живут, жуткие да мерзкие. Говорят, они тех, кто скверно жил, к себе утаскивают, чтобы те тоже тварями стали. А ещё питаются тамошние жители болью да скорбью. Лучше подальше и от их жилья, и от них самих держаться. Вот и весь сказ. — Богуш замолчал и самодовольно улыбнулся.
— Погоди, — я поднял руку. — Это всё, что ты знаешь?
— Ага, — гордо кивнул водяной.
— Ты же о реках всё знаешь, так? — нашёлся я. — Что насчёт Пучай-реки?
— Это не моя вотчина, — Богуш столь рьяно замотал головой, что его вечно мокрые волосы прилипли к одутловатому лицу. — Моё дело — живые воды, а там мёртвая течёт. Ни в одном месте она на землю не выходит, а полнится от пролитой крови, что вниз стекает.
— Ладно, — я решил зайти с другой стороны. — А кто тем миром правит?
— Кто-то злой, — скорее предположил, чем заявил Богуш. — Зуб даю, с ним лучше не связываться. Вот даже не думай, Яр!
Где-то внизу залаял Пирожок. В ответ ему пару раз клацнули мощные челюсти.
— Гена соскучился, — спохватился Богуш и начал собираться. — Спасибо за угощение, Яр, как-нибудь ещё посидим. — С этими словами водяной удалился.
Судя по тому, что Пирожок пришёл на кухню за наградой за защиту хозяйского дома от склизкого чудища, Гена убыл вместе с хозяином. Взяв со стола сухарь, я отдал его псу, и тот тут же захрупал где-то под столом.
— Этот твой приятель, — Ягишна окинула взглядом растекающиеся по полу мокрые следы. — Говорил много, а ничего толкового так и не сказал. Одна вода, — колдунья хихикнула, но быстро стала серьёзнее. — Может ещё у кого спросишь?
— Может, — неопределённо отозвался я, прикидывая, кто в лесу знает что-то о Подземном мире.
Из всех кандидатов выделялся разве что Лихо. Но он ничего не скажет, коли будет не в духе. Ещё упыри, так как меж жизнью и смертью застряли, могут что-то знать о Подземном мире. Ну и волколаков тоже лучше спросить, а то мало ли.
— Пойду прогуляюсь, — я решительно встал из-за стола.
— Я с тобой, — тут же вызвалась Ягишна. — Только умоюсь.
— Оставайся здесь, — велел я, не зная, как на появление колдуньи отреагирует Лихо. — Как вернусь — всё расскажу.
Судя по её виду, Ягишна намеревалась поспорить, но в последний момент передумала и лишь пожала плечами.
— Делай, как знаешь, — сказала она. — Только… береги себя, хорошо?
Я вскинул бровь.
— С чего такая забота?
Колдунья снова пожала плечами и вышла из кухни. Я же покинул своё жилище и, шагнув через лес, оказался у пещеры Лихо. Хозяина дома не оказалось. Зверья поблизости тоже не водилось, так что спросить, куда подевался одноглазый, было не у кого. Решив заглянуть к нему попозже, я собирался было на погост к упырям, но солнце только недавно встало, так что их не добудишься. Оставались лишь волколаки. К ним-то я и направился.
Знакомый бор встретил меня предсказуемым пейзажем. Из-за особенностей глинистой почвы, вода отсюда уходила неохотно, отчего поселение в лесу заметно подтопило. Чтобы добраться до деревни, мне пришлось обратиться птицей и вернуть человеческий облик лишь на пригорке, куда вода не доставала. И это ещё хорошо, что Богуш с ликвидацией последствий ливня подсобил, иначе всё могло обернуться куда серьёзнее. Впрочем, вожака волколаков это не шибко заботило.
— Смотрите-ка, кто явился, — оскалился Седогривый, который учуял меня первым. Он сидел на крыльце своей избы и строгал ножом, судя по виду, грубую ложку. — Где тебя носило, леший? — мужчина сурово поглядел на меня исподлобья.
— А с каких пор я тебе докладываться должен? — вопросом на вопрос ответил я.