Страница 21 из 74
Решение был принято незамедлительно, и, спустя миг, я уже нёс Ягишну на руках к своему дому. Яйцо же завернул в плащ и закинул за спину. Уверенно шагая по осеннему лесу, я поймал себя на мысли, что испытываю ощущение дежавю — женщину на руках в дом уже вносил, да и зверя в плаще таскал. Так себе традиция намечается, надо бы что-то менять…
После заполненной дымом пещеры, дышалось в лесу просто чудесно. Немного погуляв, я дождался ближайшего лося, который мог нести на себе двух человек. На мой зов откликнулся крупный самец, проделавший долгий путь для того, чтобы послужить лешему. Он вмиг домчал меня до дома, за что я попросил недоумевающего Кузьмича выдать зверю морковку. Сам же занёс Ягишну в дом, где, к своему удивлению встретил Варвару.
Волчица сидела у стены, гладила ластящегося к ней Пирожка и смотрела на меня с укором. Ганя тоже поглядывал недобро, но с верхних ступенек.
— Я понимаю, что мужику без женщины в хозяйстве тяжко. — Негромко сказала Варя, переводя взгляд с меня на так и не пришедшую в себя колдунью. — Но может хватит уже кого ни попадя в дом таскать?
— Сам намедни об этом думал, — пройдя дальше, я положил Ягишну на лавку, которую за миг до этого затянул мягкий мох.
— И чего надумал? — Варвара встала и подошла поближе, принюхиваясь. — Серой воняет, — она фыркнула и поморщилась. — От тебя тоже. Ты где её нашел? — волчица указала пальцем в Ягишну.
— Она сама пришла. Эта та самая колдунья, хозяйка избы, в которой я раньше жил.
— А, эта, — в голосе Вари послышалось облегчение. — Я уж подумала, что ты ещё одну бабу откуда-то притащил.
— Очень странная была бы коллекция.
— Кто? — не поняла волчица.
— Не бери в голову, — я махнул рукой. — Ты с чем пожаловала? Снова братцу худо?
— Нет, — Варя смутилась и отвела взгляд. — Тебя вот навестить пришла. Думала, вдруг по хозяйству надо помочь. Дом-то новый.
— Новый, — согласился я. — Спасибо тебе за заботу, но у меня помощников хватает.
Стоило мне это сказать, как из подпола раздалась ругань Кузьмича и шипение кикиморы. Что-то упало, влажно хлюпнуло, а потом в комнату пулей влетела Дуся. Она подалась было ко мне, но тут увидела Ягишну и застыла с открытым ртом.
— Не бойся, — сказал я кикиморе, — она придёт в себя и покинет этот дом. Принеси лучше водицы попить.
Дуся хлопнула глазищами, рассеянно кивнула, и вернулась в подпол. Вновь чем-то выведя Кузьмича из себя, она вернулась с крынкой родниковой воды, споткнулась и вылила всё содержимое точно на голову Ягишны.
— Тоже вариант, — одобрил я, глядя, как отплевывающаяся и отфыркивающаяся колдунья приходит в себя.
— А понежнее нельзя? — Ягишна села на лавке и огляделась. — Кто это сделал? — она пальцем указала на своё мокрое лицо.
Я быстро забрал у дрожащей от страха кикиморы крынку и помахал ею в воздухе.
— Ты не приходила в себя, так что выхода не было.
Дуся благодарно кивнула мне и тут же пропала. Ягишна этого даже не заметила. Она не мигая уставилась на Варю.
— А ты ещё кто?
— У меня к тебе такой же вопрос, — с вызовом отозвалась Варвара.
Обе женщины как-то нехорошо прищурились. Пришлось мне вновь брать ситуацию в свои руки.
— Вы обе мои гостьи, так что ведите себя подобающе.
— Или что? — в один голос нахально спросили и колдунья, и волчица.
— Или пожалеете, — мрачно пообещал я.
Это подействовало, и обе дамы притихли.
— Так-то лучше, — улыбнулся я. — А теперь давайте поужинаем. Кузьмич, сделаешь?
— Уже! — бодро отозвался с кухни домовой. — Пока тебя не было, Богуш свежесваренного пива притащил и рыбы вяленой. Сказал, что тебе на новоселье. Подавать?
— Подавать, — с радостью велел я и подумал, что жизнь постепенно налаживается.