Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон.

— Постоялый двор, — решительно вынесла вердикт. — Делаем его со всеми удобствами, которые я расписала. Без «но».

Никалус закивал, нахмурившись, и начал собирать свои бумаги в стопку:

— Смелое решение, госпожа! Тогда я займусь сбором всех документов для открытия такого типа. Разрешение от графского управления, регистрация в гильдии трактирщиков и содержателей дворов, лицензия на алкоголь, лицензия на военный пункт, разрешение на строительство, вот с разрешением от Князя надо..

Я остановила его, подняв руку:

— Никалус, подожди секунду. — Он замер, вопросительно глядя на меня. — Я хочу предложить тебе кое-что ещё, помимо этого.. хм проекта.

Молодой человек сглотнул, его уверенность на мгновение спала, уступив место обычной застенчивости:

— Что.. что-то ещё, г.. госпожа?

— Ты согласился помочь мне как законник по строительству за один золотой, — я встала, обошла стол. — Но мне нужен не просто временный.. консультант. Мне нужен постоянный законник, который будет заниматься всеми делами поместья.

Никалус уставился на меня с таким видом, будто я только что предложила ему стать королевским советником:

— Л-личный.. законник? На.. на п.. постоянной основе?

— Да, — нервничая, принялась расхаживать по кабинету, обдумывая вслух. — Ты будешь заниматься не только постоялым двором, но и моими вопросами. Работать с Пиртом, управляющим. Договоры с поставщиками и работниками, разрешения, возможные споры с соседями, если вдруг возникнут, разбор жалоб, оформление сделок.. — Я остановилась, повернувшись к нему. — Золотой остаётся за подготовку документов по двору. Но сверх этого я предлагаю тебе ещё один золотой ежемесячно в постоянном жаловании. И это с возможностью повышения, если объём увеличится.

Никалус продолжал смотреть на меня во все глаза. Его прежняя деловая хватка и цепкость растворились, уступив место растерянному молодому человеку, которому только что сделали предложение, превосходящее его мечты. Он открывал и закрывал рот:

— Я.. это.. я даже не знаю, что.. — он мило покраснел. — Это щедрое предложение, госпожа. Я.. я, конечно же, с радостью! Конечно, я согласен! Это честь для меня!

— Тогда и это решено, — с облегчением выдохнула. Это было на перспективу, отчего-то мне казалось, что мой титул и родные, вернее родные Микэль, не оставят меня совсем уж без ножа в спину. Слишком показательным было отношение папаши к хозяйке тела в тех воспоминаниях, что мне показала Микэль. — Мне нужно выделить тебе место. Пока устраивайся в одной из гостевых наверху, а я распоряжусь, чтобы тебе подготовили кабинет для работы. Думаю, лучше всего разместить его рядом с кабинетом Пирта, в этом же крыле, чтобы нам было удобнее.

— Благодарю вас от всего сердца, госпожа! Я буду работать днём и ночью!

Он суетливо собрал все документы, умудрившись уронить половину в процессе, покраснел ещё сильнее, подобрал их с пола, неловко поклонился, едва не уронив бумаги снова, и практически выбежал из кабинета, споткнувшись о порог на выходе.

Дверь закрылась за ним, и мы остались с Райнором наедине в наполненной вечерними тенями комнате. Повисло неловкое молчание.

Я отвернулась к окну, где уже сгущались сумерки, окрашивая небо в насыщенный тёмно-синий цвет с кроваво-багровыми полосами заката на горизонте. Мы провели за этими бесконечными спорами добрых восемь часов, может, даже больше. Время пролетело незаметно, растворилось в потоке цифр и планов.

— Мика, — заговорил Райнор, непривычно серьёзно. — Я хочу.. мне нужно извиниться перед тобой, — продолжил он после паузы. — За то, что произошло утром. За то, что я.. спровоцировал всю ту ситуацию с генералом. Я.. сделал поспешные выводы, подумав, что он.. что у него к тебе дурные мысли.

Я опустила голову, с усталостью уронив её на сложенные на подоконнике руки, закрыв глаза:

— Ты повёл себя как дурак, это факт, — пробормотала в дерево. — Специально вызывая ревность Кайласа всеми этими.. Ты знал, что делаешь. Но если быть до конца честной, Райнор.. — Я подняла голову, всё ещё не глядя на него. — В итоге, если смотреть на всю картину, виновата во всём — я сама. Только я.

— Мика, ты не..

Я подняла руку, останавливая его возражения:

— Не надо сейчас, правда. Не сейчас, — наконец обернулась, встретившись с ним взглядом. — Мы встретимся за ужином через час, обсудим план на завтра. А сейчас мне нужно.. мне просто нужно кое-что сделать.

Райнор помолчал, изучая моё лицо, потом поджал губы, поднимаясь:

— Хорошо. Как скажешь. До ужина, значит, до ужина.

Его шаги удалились к двери, она закрылась за его спиной, оставив меня в одиночестве с моими мыслями и нарастающей тревогой.

Я осталась одна в быстро темнеющем кабинете. Постояла ещё с минуту, собираясь с духом, потом решиельно вышла. В холле почти сразу столкнулась с Сарой. Увидев меня, она присела в книксене, не роняя при этом из рук корзины с какими-то перевязанными белыми желтоватыми палками. Присмотревшись, поняла что это свечи.

— Леди, добрый вечер.

Но тут из столовой показался Райнор, и лицо Сары мгновенно преобразилось — стало холоднее зимней пурги, губы сжались в тонкую линию. Я поспешила отвлечь её, пока она не швырнула всё содержимое корзин ему в лицо:

— Сара, у меня к тебе поручение. Пожалуйста, выдели господину Никалусу, нашему новому законнику, кабинет для работы. Желательно в том же крыле, что и мой кабинет, на первом этаже. Может быть, есть свободное помещение за кабинетом Пирта или рядом с ним?

— Конечно, госпожа, сделаю сегодня же вечером, — девушка кивнула, но взгляд её всё равно скользнул мимо меня к удаляющемуся Райнору. Я удивилась, как он не загорелся от одного этого взгляда.

Я прошла дальше, мимо столовой, откуда доносились весёлые голоса — две девочки из старших приютских щебетали о чём-то девичьем, одновременно усердно вытирая обеденный стол после ужина детей. Заметив меня в проёме, обе синхронно замолчали и неумело присели в приветствии.

Кивнула им в ответ, выдавив улыбку, и пошла дальше, к главному выходу.

Если ты считаешь себя взрослым человеком — то иди и расхлёбывай последствия своих собственных поступков. Не прячься и не убегай. Я жила таким принципом и изменять себе не намерена.

Толкнула тяжёлую дверь и вышла во двор.

На улице уже основательно темнело. Я поёжилась, обхватив себя руками — ничего не накинула поверх платья, а волосы всё ещё оставались влажными после утреннего ливня, который промочил меня до нитки.