Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон.

— Меня насиловали трое драконорождённых, — продолжала Бель, опустив глаза, словно ей было стыдно делиться этим. — Они пользовались мной, как хотели, до рассвета. Я сходила с ума от происходящего, думала, что попала после автокатастрофы на Земле прямиком в ад, — она провела рукой по лицу, пытаясь незаметно смахнуть слезы. — А потом.. утром пришёл мой истинный. Тот самый жених. И провёл тот же ритуал, что сегодня проводил твой Кайлас. Когда я обессиленная, почти без сознания, в крови, чужом семени и слезах, лежала перед ним на полу.. он повязал на меня свой браслет, пометил своей кровью. И потом брал меня весь день, от рассвета и до вечера, пока не устал. А потом ушёл пить с воинами, оставив меня одну.

Я не знала, что сказать. Не существовало слов для такого. Общаясь с Кайласом, слушая от него столько слов об истинных парах, меньше всего я могла бы подумать, что это может проявляться и.. так.

— И ты..? — прошептала я наконец, прерывая тишину.

Бель подняла руку и резким движением задрала рукав блузки. От запястья до локтя по внутренней стороне предплечья тянулся уродливый неровный шрам. Широкий, явно очень старый.

— Мой жених оставил в комнате свой меч, — она смотрела на шрам совершенно без эмоций. Как будто уже отболело. — Наверное, чтобы я любовалась на оружие и ждала наказания или что-то в этом роде. Но я использовала его иначе. Доползла и продела лезвие под браслет, разорвала его, не обращая внимания на то, что разрезала себе руку практически до кости, — Бель нервно опустила рукав. — А потом кое-как перевязала руку и сбежала из его замка. Удачно встретила служанку, которая знала владелицу этого тела до меня. Она подсказала, где искать «брата». И какое же было моё облегчение, когда этим братом оказался мой Рома.

Я сидела, переваривая этот ужас. Пыталась представить — и не могла. Не хотела даже представлять.

— Как.. — голос сел от подступающих слез, пришлось прочистить горло и начать заново. — Как ты вообще выжила после этого?

Бель пожала плечами:

— Так же, как и ты сейчас. Один день за другим, один шаг за другим.

— Райнор не рассказывал, — я потерла лицо, похлопала себя по щекам. Как будто оглушенная. — То есть, я понимаю почему, но по его рассказам ваша жизнь была.. легче. Проще.

Бель отломила ещё кусочек шоколада, рассасывая его:

— Ну, он, наверное, не рассказывал тебе и о том, что случилось потом. О том, что он, узнав, что со мной сделал истинный, целый год тренировался практически не смыкая глаз. Учился сражаться, как драконорождённые. А потом вызвал моего жениха на дуэль по их же традициям, чтобы он не смел отказаться, не уронив свою честь, — лёгкая улыбка тронула её губы. — И победил. Обычный человек победил двухсотлетнего драконорождённого воина. Освободил меня от браслета, от клятвы. И от связи.

Я выпрямилась в кресле:

— Но я думала, что истинные — это навсегда.. Что связь нельзя разорвать.

— Истинной моего жениха была хозяйка тела, в которое я вселилась, — объяснила Бель. — Поэтому когда туда влетела я, другая душа, меня с ним уже ничего не связывало. Хотя он этого не знал, — покачала она пальцем и снова потянулась к сладкому. Мне кажется, это у нее нервное. — Поэтому я не буду его оправдывать. Ни — за-что. Он насиловал ту, кого считал своей истинной, не зная, что её больше нет. Это не делает его действия менее чудовищными.

— А у меня.. — я посмотрела на браслет на своём запястье. — У меня ситуация наоборот?

Бель неопределенно взмахнула рукой:

— Ну, если тебя тянет к Кайласу, а его внезапно так сильно потянуло к тебе — то, скорее всего, истинной его является именно твоя душа. А у прежней владелицы тела с ним связи.. не было.

Повисло молчание. Я смотрела на браслет, Бель смотрела на меня.

— Можно ещё один вопрос? — спросила наконец.

— Сколько захочешь.

Я подняла на неё глаза:

— Как поступит драконорождённый, если обнаружит, что его истинная.. скрывала от него ребёнка? Его ребёнка.

Бель приподняла брови. Села на пол, прямо там, где стояла, скрестив ноги, и задумчиво оглядела меня:

— Даже так? Хм.. — она помолчала, подбирая слова. — Дети, именно девочки, у драконорождённых рождаются только от истинных пар. От обычных отношений иногда могут родиться мальчики, но девочки — никогда. — Бель наклонила голову набок, становясь предельно серьезной. — Это значит, Мика, что здесь явно было какое-то вмешательство богов или судьбы. Раз они позволили прежней владелице тела зачать и родить девочку от генерала. Как будто.. как будто они готовили всё к тому, что она умрёт, а тело перейдёт именно к тебе.

— Ко мне? — переспросила удивленно.

— К его истинной, Мика. К той, кому он действительно предназначен.

— Ммм, — нахмурилась. — Так.. что сделает драконорожденный?

Бель поморщилась, словно не хотела говорить то, что предвещал этот мой вопрос.

— Будет зависеть от того, что лежит в основе. Только ли это влечение истинности, магическая связь? Или в основе у него настоящая любовь, привязанность, человеческие чувства?

— То есть?

— Понимаешь, истинность вовсе не предполагает чистоты души или благородства, Мика, — женщина скривила губы. — Истинных вполне можно держать в клетке рядом с собой. Использовать, ненавидеть даже, но при этом не быть способным от них отказаться, преодолеть влечение, — она побарабанила пальцами по полу. — А ещё.. ещё если у драконорождённого есть ребёнок от истинной, то он не умрёт, если истинная погибнет. Как и наоборот. Душа половины цепляется за якорь в виде ребёнка, не давая умереть от разрыва связи.

Я сжала подлокотники кресла сильнее. Она уходит от ответа.

— Ты не ответила на вопрос.

Бель вздохнула и сдалась:

— Если в основе чувства — любовь, привязанность, нормальные отношения — то всё будет, как у обычных людей. Скандал, обиды, может быть, прощение, — она помолчала. — Но если истинная для драконорождённого — вещь или враг.. если он не любит её как личность, а просто одержим ею как своей собственностью.. ее телом. Тогда он без колебаний вырежет мать, забирая ребёнка. Особенно если ребёнок — девочка.

Холод разлился по венам. Глаза запекло. Прошептала:

— Почему особенно девочка?