Страница 140 из 226
Глава 49 Эксперименты и обещания
Кайлас
Это был не невинный поцелуй и не случайное прикосновение.
Её горячий рот прижался ко мне в долгом, выбивающем дух поцелуе. Потом женские губы скользнули выше, к челюсти, оставляя за собой мокрый след. Теперь ниже, к ключице, где Микэль задержалась и прикусила кожу зубами. Не больно, но достаточно ощутимо, чтобы я издал сдавленный звук.
Весь мир мог идти к мраку!
Кровь прилила к паху так мощно, что я едва сдержал стон. Сила взревела в моём сознании, требуя действий, требуя ответить на вызов истинной, требуя взять то, что предлагалось ею мне так открыто.
Руки мои потянулись обхватить её, прижать к себе, ответить на это безумное и дерзкое соблазнение..
Но в следующую секунду баронесса отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть мне в глаза, усмехнувшись с озорством. Я затаил дыхание, не уверенный в том, что это происходит на самом деле.
— Без рук, генерал, — прошептала она с насмешкой и обещанием в голосе одновременно. — Вы ведь боялись коснуться меня минуту назад. Так что теперь придётся потерпеть, пока я выясняю, насколько серьёзны ваши слова об истинных парах.
Преодолевая себя, я разомкнул ладони на ее талии. Микэль улыбнулась и снова наклонилась к моей шее, на этот раз с другой стороны. Её язык прочертил линию от основания горла вверх, к мочке уха. Зубы легонько прихватили кожу, она выдохнула мне в ухо тёплое дыхание, от которого по спине прошла волна мурашек.
— Это всё ещё про истинных, Кайлас? — пробормотала она между поцелуями. — Или это просто два взрослых человека, которых тянет друг к другу на самом базовом и животном уровне?
Мои руки вцепились в край каменного подоконника по обе стороны от её бёдер. Это оказалось единственным способом удержаться от того, чтобы не схватить её и не показать разницу между истинными парами и простым желанием. Пальцы сжались сами собой так, что я услышал хруст — камень начал крошиться под напором неконтролируемой силы драконорожденного.
— Микэль, — выдавил я сквозь стиснутые зубы, борясь за остатки самоконтроля. — Вы играете с огнём. Моя магия начинает выходить из-под контроля, когда вы..
— Когда я что? — она отстранилась вновь, глядя мне в глаза с колким вызовом. Захотелось и встряхнуть её, и прижать к стене и доказать всё дальше без слов. — Когда я перестаю вести себя как положено тут приличной даме? Когда показываю, что знаю, чего хочу, и не боюсь это взять?
Её ладошки не торопясь скользнули с моей шеи вниз, по груди, ощупывая контуры мышц через ткань рубашки. Остановились на солнечном сплетении, где билось моё сердце.
— А знаете, что меня поражает больше всего в этом мире? — продолжила Микэль, наклоняясь ближе, так что наши носы почти соприкоснулись. — Насколько все боятся простой честности. Мужчины говорят о страсти, но боятся её проявить. Право слово, только у вас иногда проскальзывают живые чувства, да и то.. когда вы из себя выходите. Женщины притворяются благонравными и чуть что, так сразу краснеют или бледнеют. Все играют в игры, следуют правилам, носят маски.
Она резко подалась вперёд, тело прижалось к моему — грудь к груди, живот к животу, бёдра к бёдрам. Я ощутил каждый изгиб этой женщины, и кровь зашумела в ушах.
— Ну так вот, — прошептала Микэль мне в губы, я чувствовал вкус её дыхания. — Мне плевать на ваши правила. Я уже однажды жила в клетке чужих ожиданий, и знаете что? Нахрен это.
— Что? — переспросил ее, не понимая последних слов. Они прозвучали грубо, совершенно не подходящие для речи леди.
— Неважно, — усмешка. — Просто знайте — если вы правда хотите меня, если вся эта история с истинными не ложь.. то вам придётся принять меня такой, какая я есть. Не скромной барышней. И точно не покорной вдовой.
Губы снова нашли мою шею, впиваясь теперь и посасывая, слегка покусывая один единственный участок кожи. Пальцы одной её руки зарылись в мои волосы у затылка, потянули, заставляя запрокинуть голову. Я позволял ей всё. Она оторвалась от шеи и провела кончиками пальцев по горящему после жалящего поцелуя месту.
— Микэль, — простонал я с мольбой и предупреждением. — Если вы не остановитесь прямо сейчас, я не смогу.. не отвечаю за последствия..
— После-е-едствия, — протянула леди, я вздрогнул, когда ее ладошка коснулась пояса моих брюк, пальцы зацепились за ткань рубашки. — А может, мне как раз и нужны последствия, генерал? Может, я устала от слов и хочу, чтобы вы наконец показали мне, насколько серьёзно всё то, что говорили? Может я просто хочу хоть чего-то настоящего, перестать чувствовать себя ходячим мертвецом⁈
Она потянула рубашку вверх, моментально положив ладошку мне на обнаженный торс.
Камень подоконника громко треснул. Кусок отломился под моей рукой и упал на пол с глухим стуком. Магия вновь вспыхнула вокруг нас, искры заплясали в воздухе, температура подскочила на десяток градусов. Всё внутри кипело, пытаясь вырваться наружу.
Микэль скользнула выше по моему животу, пальцы провели по мышцам пресса, изучая и исследуя. Прикосновение было смелым, любопытным, и совершенно лишённым стыдливости. Впервые в жизни я.. не знал, как вести себя с женщиной.
— Ну, нифигашечки, — восхищенно выдохнула она. — Вы правда весь такой.. я имею в виду, я видела мужчин, но вы..
Я напрягся от этих слов, но она, не договорив, поцеловала мою шею, ключицу, на этот раз спускаясь ниже, к вырезу рубашки, туда, где ткань мешала ей продолжать исследование.
— Это нечестно, — пробормотала Микэль, дёргая за шнуровку. — На вас слишком много одежды. Это какой-то средневековый дресс-код или вы специально так начебухтились, чтобы усложнить задачу? А можете просто сразу приходить ко мне без рубашки? Так сказать, на порог и ать-два — разделся.
— Средневековый что? — выдохнул я, не понимая и половины того, что она говорила. — Микэль, я не.. не понимаю, что вы..
— Не важно, — она вдруг отстранилась, с жаром глядя на меня, кончики ее пальцев коснулись моей щеки и спустились к губам. Я прикрыл глаза, пытаясь обрести хоть немного спокойствия, контролировать магию, которая заполняла пространство вокруг, но странным образом — не причиняла вред ей. Хотя.. ничего странного. Магия всегда будет защищать мою истинную. — Важно вот что. Скажите честно, генерал, это правда? То, что вы чувствуете? Или просто красивые слова, чтобы затащить меня в постель?
Одна ладонь всё ещё покоилась у меня на животе под рубашкой.