Страница 67 из 160
Глава 24
Утро выдалось спокойнее, чем вчера: мастер Шаффик позволил прийти на работу к девяти, и кроме визита миссис Крауч у Литы пациентов в расписании не значилось. Мысль вертелась в голове сама собой: засчитает ли мастер снятие вчера проклятия как сданный зачёт по малефицистике? Лита ухмыльнулась про себя и, закончив утренние процедуры, наконец уселась завтракать.
Тисли была в необычайно приподнятом настроении. Она торжественно подала горку золотистых оладий — любимое блюдо хозяйки — и, не удержавшись, прокомментировала:
— Хозяйка Ли нашла себе правильного жениха. Сильный маг, свободный, именно такой и нужен. Только вот знайте, на таких всегда много желающих.
Лита подняла брови, оторвавшись от тарелки.
— Что ты имеешь в виду? — удивилась она. Ей самой ещё и в голову не приходило видеть в Северусе объект воздыханий волшебниц. По крайней мере, в этой реальности за ним не бегали стаи поклонниц.
— Таких магов старики заставляют подписывать кабальные контракты и служить им до конца жизни.
Лита похолодела. В каноне, наверное, так и вышло: Северус и преподавание… немыслимое сочетание, на которое он бы по доброй воле никогда не согласился.
— Ты знаешь, кто хочет загнать его под контракт?
— Тисли слышала от других эльфов: таких магов много, очень много.
Лита вздохнула. Это она и без Тисли могла предположить.
— Я поговорю с ним сегодня. Предупрежу, чтобы был осторожен.
— За молодым магом нужен постоянный присмотр, — домовушка прищурилась хитро, словно догадывалась больше, чем говорила.
— Мы знакомы совсем недолго, — Лита отвернулась, будто пряча собственные мысли. — А вдруг мы не подойдём друг другу?
Тисли только многозначительно посмотрела на хозяйку и благоразумно промолчала.
Мунго встретил Литу привычной суетой: бегущие туда-сюда стажёры, пациенты в очередях, стрекот заклинаний, сливающийся в единый фон. Она отметилась на стойке регистрации и поспешила в диагностическое отделение. Уже у дверей своего кабинета заметила Барти с изящной, почти прозрачной на вид женщиной.
Краучи пришли даже раньше условленного времени — похоже, их действительно сильно припекло.
Бартемиус выглядел не менее эпатажно, чем накануне в клубе. Он и не подумал сменить цвет волос, только пригладил кислотно-зелёный ирокез набок. Сочетание выбритых висков, ярких волос и тяжёлой серьги в форме черепа с незнакомыми чарами смотрелось вызывающе и почти театрально. Панки они такие.
— Доброе утро. Позволите вас осмотреть? — мягко обратилась Лита к женщине.
Миссис Крауч едва заметно кивнула, не проронив ни слова. Казалось, даже этот крошечный жест даётся ей с болью. Лита ощутила, как в груди сжалось предчувствие, и принялась за диагностику.
Чары один за другим скользили по хрупкому телу, и девушка замерла: рисунок заклятия был слишком знаком. Она видела его — только в куда более сильной форме — у брата Фреи. Совпадение? Сомнительно. В узоре ощущалась странная чужеродность, словно он был не соткан рукой мага, а наложен как готовая матрица, чужая, давящая.
Лита прикусила губу, подавив желание сразу же браться за снятие. Слишком опасно. Она развернула палочку, выпуская сияющего патронуса, и вызвала Шаффика. Наставник откликнулся мгновенно: похоже, он как раз был где-то поблизости, в отделении у Роули.
— Сэр, прошу прощения, что отвлекаю вас от дел, — Лита почтительно склонила голову. — Но у миссис Крауч я вижу плетения, слишком похожие на вчерашние. Мне кажется, в её случае цель была не убить, а выкачивать её силу и магию, чтобы питать другого мага. Прошлый случай был тем же самым, только отток шёл гораздо быстрее.
Шаффик с достоинством кивнул, глаза его блеснули интересом:
— Верно, мисс Гримм. Вопрос лишь в том, будем ли мы снимать, как вчера, или попробуем серию ритуалов?
Он был явно доволен проницательностью ученицы.
— Думаю, начну так же, как вчера, — ответила Лита, чувствуя уверенность и вместе с тем осторожное волнение. — Здесь узлов значительно меньше.
Она привычным жестом перехватила палочку, сосредоточилась и шаг за шагом начала развязывать тончайшие нити проклятия. Казалось, заклинание сопротивлялось, словно живое, но рука девушки двигалась твёрдо и размеренно.
Шаффик стоял рядом, внимательно наблюдая за каждым её движением, но не вмешивался. Его молчаливое присутствие было поддержкой и проверкой одновременно. Барти Крауч сидел на стуле у стены, сжав кулаки так, что побелели костяшки, и не отрывал глаз от матери.
Час тянулся бесконечно. Пот на висках Литы холодил кожу, пальцы слегка дрожали от напряжения, но наконец узор поддался, и последняя нить растворилась в воздухе.
Девушка выдохнула, позволив себе откинуться на спинку стула. Пациентка мирно спала на кушетке, её дыхание стало ровным, а бледные щёки порадовали лёгким румянцем.
— Мистер Крауч, я должен настаивать на клятве неразглашения. Думаю, вы понимаете почему, — голос Шаффика был спокоен, но твёрд.
— Разумеется, сэр, — Барти кивнул серьёзно. — В течение двух-трёх дней маг, наложивший это на маму, получит откат. И, судя по тому, что вы сказали о вчерашнем случае, он будет не один. Некролог в Ежедневном пророке подскажет нам имя виновного. А вам, уверен, совершенно не нужно, чтобы его родственники предъявляли претензии вам или вашей ученице.
— Совершенно верно, мистер Крауч, — сухо подтвердил наставник.
Барти произнёс клятву о неразглашении — и сделал это с таким мастерством, что Лита, едва удержалась от удивлённого взгляда. Он виртуозно вплёл её и мать в защитный контур, словно делал подобное не впервые.
— Лита, переведи миссис Крауч в отделение недугов от заклятий, — распорядился Шаффик поднимаясь. — Я объясню всё Гиппократу, он прикроет.
Девушка кивнула и вызвала домовика Мунго. Тот молча щёлкнул пальцами, и спящая пациентка исчезла с кушетки, мягко перенесённая в нужное крыло.
— Мисс Гримм, — осторожно заговорил Барти, — могу я спросить про вчерашний инцидент? Раз уж я всё равно дал клятву.
Лита встретила его взгляд, сдержанный, но полный скрытого напряжения.
— Видите ли, мистер Крауч, это не моя тайна. У любого пациента есть родственники. Если они позволят, я расскажу. Тем более, это напрямую касается и вас.
— Когда можно поговорить с этими родственниками? — нетерпение сквозило в его голосе.
— Хоть сейчас. Пойдёмте. Нам в любом случае нужно туда.