Страница 48 из 96
Чрезвычайно любопытно проследить, как менялся в процессе работы замысел «Гибели богов». Опубликованный синопсис фильма, написанный Висконти вместе с Николой Бадалукко и Энрико Медиоли, выглядит странной смесью социологии и мифологии. С самого начала фон Эссенбеки, члены семейного клана владельцев сталелитейных и оружейных заводов, уподобляются языческим божествам или героям Вагнера, а будущий фильм назван современной легендой. И тут же дается краткий урок недавней истории Германии, а первыми кадрами будущей картины назначены документальные. 27 февраля 1933 года, горит Рейхстаг, берлинские прожигатели жизни глазеют на ночной пожар, чувствуя себя почти парижанами и не ведая, что проживают последний день Веймарской республики. В синопсисе прорисованы основные вехи фильма, намечена четырехчастная структура, отсылающая к елизаветинской трагедии. Первая часть. На следующий день после пожара Рейхстага в родовом баварском замке происходит семейный праздник. Гости иногда кажутся невидимками, скрытыми за высокими спинками стульев и опознаваемыми только по звону бокалов. Но этой же ночью кто-то из «невидимок» совершает убийство: Иоахим, старейшина дома, лежит в своей постели, залитый кровью.
«Гибель богов». 1969
Этот зачин, хоть и предшествует принципиально новому для Висконти сюжету, типичен для его кинематографа. Почти каждый фильм мастера включает мотив смерти патриарха, главы семьи; если даже он не представлен воочию и не так уж значим в сюжете, то фигурирует в предыстории и становится вольным или невольным триггером действия. Гибнет в море старший Валастро из «Земля дрожит», оставляя свой род перед лицом социальной бури; семья Рокко и его братьев после смерти отца уезжает из патриархальной Лукании в полный греховных соблазнов Милан; в «Туманных звездах» гибель репрессированного еврея-ученого становится первопричиной конфликта в его семье; в «Леопарде» смерть князя Салины происходит, напротив, в финале, но, в сущности, он начинает умирать вместе со своим классом с первых кадров фильма, «Гибель богов» столь же обязана зачином манновским «Будденброкам» (семейство с традициями собирается за праздничным столом в канун предстоящих потрясений), сколь и устойчивым пристрастиям Висконти к истории семейных кланов. Во второй части синопсиса описан банкет и потом — оргия штурмовиков СА 30 июня 1934 года в Бад-Висзе, после чего свершится «ночь длинных ножей»: загулявших штурмовиков уложат автоматными очередями прибывшие под утро эсесовцы. Вместе с ними отправится в мир иной Константин фон Эссенбек, формально старший и самый влиятельный в семействе после убийства Иоахима. Гюнтер, сын Константина, тоже внесенный в черный список по чьему-то ходатайству, случайно остается жив. За обеими расправами стоит Фридрих Брукман, занимающий должность исполнительного директора завода, но пока не имеющий серьезного голоса в семейных делах. В амбициозных планах Фридриха, жаждущего возглавить концерн, его поддерживает любящая, снедаемая жаждой власти жена Софи. Но еще более жгучий огонь распаляет в нем «бедный родственник» семейства — гауптштурмфюрер СС, ницшеанец-нацист Ашенбах, убеждающий Фридриха, что «новое время освобождает от старой морали», надо только поставить на верную карту. Интересы семейства должны быть прочно связаны с политикой и военными планами нацистской верхушки. Фридрих подписывает выгодный договор об оружейных поставках и наслаждается обретенным положением главы концерна, еще не зная, насколько оно призрачно.
Третья часть включает (за кадром) полную узурпацию власти Гитлером, который 9 августа 1934 года провозглашен фюрером. А в кадре — новые преступления опьяненного властью и одновременно страхом Фридриха. Стремясь выведать, куда бежали Герберт и Гюнтер, антинацистски настроенные члены семейства, он убивает Элизабет, жену Герберта, вместе с их шестилетней дочкой. Действие четвертой части разыгрывается в том же баварском замке, что и первой. 8 ноября 1934 года. За последние несколько месяцев из тени вышел Мартин фон Эссенбек — внук Иоахима; ранее он был занят гулянками и лошадьми, которых возил по всему миру в цирковых вагончиках. Даже владея ключевым пакетом акций, этот «беспечный ездок», прожигатель жизни как будто совсем не интересовался делами завода. Но вот сейчас никчемный отпрыск могучего семейства, не утратив привычек золотой молодежи, обрел неожиданный способ легализовать свои пороки. Теперь он вступил в СС, где пользуется культовой славой сына героя, погибшего на Первой мировой, и внука гиганта сталелитейной промышленности. Ашенбах, по-прежнему играющий роль Мефистофеля, отбрасывает Фридриха, как использованную салфетку, и презрительно говорит ему, что он расчистил путь придурку, выиграл сражение для Мартина. Честолюбивая Софи чувствует, что почва уходит из-под ног, впадает в апатию и в смертельную летаргию. Фридрих в немом оцепенении смотрит на то, как компания пьяных эсэсовцев во главе с Мартином вторгается в замок и устраивает победный дебош под звуки дьявольского марша.
Синопсис кончается словами: «И с этого момента фильм становится черно-белым». Идут кадры кинохроники от 1 марта 1935 года — ровно два года спустя после того, как действие началось. Немецкие войска «в невинном трепете свастик» входят в Саарскую область.
Я уже упоминал о том, что впервые увидел «Гибель богов» черно-белой (поскольку это был ворованный советский контратип), в этом изображении чувствовалась какая-то зловещая сила — и только потом я понял, что это была сила кинодокумента. Самые невероятные и чудовищные события (а их в фильме немало) выглядели в этой версии почти документально. И когда я посмотрел кино в правильной, цветной проекции, с игрой тускло-фиолетовых, синих и красных тонов — было странное чувство, что передо мной другая картина. Эти ситуативные ощущения вспоминаются, когда анализируешь изменения, которые претерпели сценарий и фильм по сравнению с синопсисом. А также когда сопоставляешь художественное впечатление от «Гибели богов» с комментариями Висконти.
В сценарии нет формального деления на части, но нетрудно заметить, что теперь их не четыре, а три: у каждой своя завязка, кульминация и развязка; развязка всегда происходит поздней ночью или на рассвете.