Страница 72 из 72
— А мои пеоны, в которых я вкладывался? — спросил я. — Те, кто остался на асьенде? Они ведь могут узнать меня, если я появлюсь, и у меня на них имелись определённые планы.
— О них не беспокойся, — ответил падре, и в его голосе послышалась уверенность. — Достаточно того, что ты пришлёшь людей, которых они знают. У тебя ведь остались такие?
— Да, — кивнул я. — Есть несколько человек, которым я доверял и которые выжили в этой войне.
— Ну, вот и всё, — сказал падре, и его глаза блеснули. — Индейцы умеют хранить тайны, поверь мне. Особенно тех людей, что связаны с ними и сумели выжить в джунглях. Они не предадут, они могут умереть, но не предадут.
Я задумался на мгновение, перебирая в голове имена и лица тех, кого я мог бы отправить своим представителем. Вспомнил Пабло, Педро, нескольких старых воинов, которые остались верны мне даже в самые тёмные времена. Они не говорили лишнего и умели молчать, когда нужно.
— Да, согласен, — сказал я наконец. — Но как тогда поступить с моим официальным представлением начальству? — спросил я, чувствуя, как вопрос, который давно сидел у меня в голове, наконец вырвался наружу. — Я ведь служил с полковником… как его, забыл уже фамилию. Он мог меня узнать, если бы встретил.
Падре усмехнулся, и в его улыбке мелькнула та самая спокойная уверенность, которая появляется у человека, когда он знает, что держит в руках все карты.
— Всё уже поменялось, сын мой. Полковник, о котором ты говоришь, уже не служит. И командующий федеральной армией на Юкатане сменился два раза, и даже губернатор менялся дважды. О тебе давно забыли, сын мой, и вряд ли вспомнят. Даже янки, которые вели свои дела здесь, уже не те, что раньше. Всё-таки твой враг, ныне давно уже почивший в бозе, имел более деловую хватку, чем наследники его дела, так что… — падре несколько секунд помолчал, а потом продолжил. — А если вдруг и вспомнят, — он вновь сделал паузу, глядя на меня с той спокойной уверенностью, которая появляется у человека, знающего, что у него есть козырь в рукаве, — я думаю, ты сможешь уберечься от них. У тебя есть документы, есть новая фамилия, есть земля, и есть то, что я оставлю тебе в наследство. Мне недолго осталось жить, и я рад, что всё нажитое мною достанется не моей душе, а церковь стала уже моей душой, а моей крови, то есть тебе, сын мой.
Я молчал, чувствуя, как его слова оседают где-то внутри меня, тихие, но уверенные. Он был прав, время меняет всё. Оно стирает лица, имена, прошлое, и если я хочу начать новую жизнь, нужно отпустить старую. Я смотрел на падре, и внутри меня крепло понимание, что этот человек действительно сделал для меня больше, чем я мог себе представить. Я взял папку, прижал её к себе и, поднявшись, посмотрел на отца.
— Хорошо, — сказал я. — Тогда я готов. Что мне делать дальше?
Падре улыбнулся, и в его глазах мелькнуло удовлетворение, которое я видел у людей, когда они знают, что их дело завершено.
— Для начала, сын мой, тебе нужно собрать людей и явиться с ними к губернатору. Я хотел, чтобы ты съездил в Мехико, но потом понял, что это не принесёт никаких плодов, разве что кислых или горьких. До Мехико далеко, да и не нужно туда ехать, привлекая к себе лишнее внимание, а вот местному губернатору надо обязательно показаться. Не волнуйся, твои документы готовы, и ты должен начать действовать в соответствии с ними. А я, — он сделал паузу, и его голос стал мягче, — я буду ждать тебя здесь, и когда ты вернёшься, мы продолжим то, что начали.
Я кивнул и уже повернулся к выходу, но на пороге остановился, чувствуя, что должен сказать то, что лежало у меня на сердце.
— Спасибо тебе, отец, — сказал я. — За всё.
— Иди, сын мой, — услышал я его голос за спиной, — и помни: ты уже не один, даже когда меня не станет, ты не останешься один. Мои связи слишком прочны и слишком сильны, чтобы так просто их оборвать. А тебе нужно всё обдумать ещё раз и почитать то, что я тебе дал. Все документы храни у себя, это в основном дубликаты, кроме бумаг, касающихся тебя лично. Остальное я тебе расскажу, когда ты придёшь с приёма. В папке лежит визитка с датой и временем, также указано место, куда тебе нужно явиться для приёма. Купи себе хорошую добротную одежду, побрейся, приведи себя в порядок и только тогда иди. Тебя будут ждать в назначенном месте, встретят, проводят и представят.
— Спасибо, отец, — глухо сказал я и вышел из кельи. Дверь за мной закрылась с тихим деревянным щелчком, словно отрезая меня от прошлого. Я шёл по коридору, и каждый шаг уносил меня всё дальше от старой жизни. Я шёл и чувствовал, как внутри меня поднимается уверенность в будущем, пусть слабая и неоднозначная, но благодаря ей я смогу пройти этот путь до конца, надеюсь, счастливого.
Эта книга завершена. В серии Генерал Карамба есть еще книги.