Страница 40 из 77
После отъезда Олеси я лёг в смотровой на кушетку и поставил будильник на час ночи. Спал я урывками, вздрагивая от каждого звука со двора, но два часа всё-таки взял. На вторые сутки без сна, этого мало, но моему молодому организму оказалось достаточно, чтобы перезагрузиться. Возьму свое на выходных.
Блокнот я положил на стойку в начале второго, часы поставил рядом и заварил чай. Оставил один дежурный свет над стойкой.
Саня спал на диване, накрывшись пледом с головой, Феликс сидел на спинке стула посреди прохода вторую ночь подряд. Дверь стационара была заперта, а ключ лежал у Ксюши в кармане халата, который она с себя так и не сняла.
Первую отметку я поставил ровно в два.
«02:00. Тишина. Дыхание в стационаре ровное. Хамелеон в холле, спит. Комендант на посту».
Вторую в половине третьего.
«02:30. Без изменений».
Считал я вот что.
Первый эпизод начался около шести утра в среду, второй в два семнадцать ночи на пятницу. Между ними примерно сорок четыре часа, это число не давало мне ничего, потому что двух точек мало для любого интервала. Разложить их можно было и на двое суток без малого, и на четыре промежутка по одиннадцать часов.
Ближайшие расчётные сроки выходили на половину четвёртого и на четверть шестого.
«03:30. Тишина».
Ничего не произошло.
Я прошёл до двери стационара и постоял, слушая. За дверью сопела свинья и глубоко дышала собака. Паскаль лежал на грелке в той же позе, в какой лёг.
Феликс посмотрел на меня и ничего не сказал.
«04:00. Тишина. Обход выполнен, изменений нет».
Ещё через полчаса я допил остывший чай и стал думать про то, что означает пустая ночь.
Сначала показалось, что это хорошая новость. Потом я довёл мысль до конца, и хорошая новость кончилась.
Работай зов сам по себе, у него была бы периодичность, и сегодня он бы сработал, а мы бы сидели с секундомером и мерили. Механизм удобен тем, что его можно вычислить.
Тишина говорила о другом. Вчера кнопку нажали, а сегодня решили не нажимать. Между двумя эпизодами кто-то посмотрел на результат, сделал вывод и выбрал паузу, и предсказать это чужое решение я никак не мог.
«04:40. Тишина. Вывод: процессом управляют вручную. Расчёт интервалов бессмыслен».
Я поставил точку, закрыл блокнот и потянулся, потому что до утреннего разбора билетов оставалось четыре часа, а спать мне следовало хотя бы два.
И в эту секунду пришла волна. Она исходила из бывшей студии, через закрытую дверь с валиком одеяла под ней, и была такой плотной, что я взялся за край стойки.
Извинений в ней не было.
За сутки я привык, что от этого зверя идёт одно и то же тихое виноватое бормотание, и держал себя прикрытым, чтобы оно не мешало работать. Сейчас через ту же дверь шло другое, и адресовано это было не мне.
Зверь, который целые сутки просил прощения за собственное существование, предупреждал.