Страница 20 из 60
Спустя пару секунд отрубилась. Рука ослабела, упала на пол. Вместо стонов послышался тоненький храп. Павлик выпустил воздух из лёгких. Поднялся. Уже собирался уйти, но увидел висевший на стенке портрет. И лицо показалось знакомым. Он вернулся, присел рядом с ней и отвёл её волосы в сторону.
«Блин, ну точно! Она», — быстро вынул смартфон и погуглил.
«Ведущая шоу «Одна на двоих». Поиск выдал ему фотографию дивы. Передача была стародавней. Но очень прикольной! Они с пацанами смотрели, как та распинает парней. Задаёт откровенные вопросы, ставит в тупик. Иногда собирались все вместе, невпопад отвечали. И мечтали, как кто-то из них угодит к ней в эфир…
«Эльвира Купцова, она же Куколка Эля, светская львица, модель и ведущая модных каналов…», — начиналась статья. Далее шли заголовки: «Эльвира Купцова куда пропала…», «Эльвира Купцова стала вдовой…», «Эльвира Купцова без макияжа…», «Эльвира Купцова фото без одежды…», и прочая муть.
— Офигеть, — прошептал он, поняв. Перед ним была Куколка Эля, на которую парни дрочили ещё каких-нибудь семь лет назад. А теперь! Она лежит на полу в стельку пьяная. Почти без одежды. Бери, не хочу.
Он уже вознамерился сфоткать её, сделать селфи на фоне. Как вдруг, звезда телешоу так жалобно всхлипнула, поджала колени к груди и шепнула сквозь сон:
— Эдя, Эдичка…
Павлик погуглил, набрав: «Муж Эльвиры Купцовой…».
«Бизнесмен Эдуард Купцов погиб в автомобильной аварии…», — продолжил поисковик. Так вот оно что? Он погиб! Не имея понятия, зачем ему это надо, Павлик прочёл до конца. И узнал, что Эльвира детей не имела. И карьера окончилась сразу, как только погиб её муж. Как будто она отказалась от сцены, от славы, ушла в никуда.
Он посмотрел на неё. Ей сейчас почти сорок. Надо же! Так и не скажешь. Хотя пьяная, тушь потекла. Но красивая жутко. И тело такое… что волей-неволей встаёт.
Павлик, не глядя, прикрыл халатиком то, чего ему видеть не следует. К примеру, округлость груди, норовящую выпрыгнуть вон. И манящий задок, что торчит в обрамлении кружев. Он подумал, что здесь, на полу, спать такой, как Эльвира, негоже. Ещё никогда никого не держал на руках! Но когда-нибудь надо начать?
Поднять оказалось несложно. Сложнее не видеть, не чувствовать! Быстро её донести на диван, уложить и слинять, подобру-поздорову.
— Эдищка, — уложила она свою руку ему на плечо.
— Ага, чё? — отозвался рассеянно. Кося одним глазом на пышную грудь. И, хотя сквозь халат он не чувствовал кожи, но знал, что она будет нежной и гладкой, как шёлк.
— Эдичка, это ты? — промурлыкала девушка.
Он умудрился её уложить и присесть. На шее горел след касания нежной руки. Павлик потёр его, твёрдость в штанах укрепилась. Ну, и что с этим делать? Просто взять и уйти? Или… закончить рукой? Но ведь тут могут быть скрытые камеры. Не хотелось бы думать, что видео станет уликой. Он сделал, что мог.
— Не уходи, — попросила она, снова всхлипнула жалобно, ткнулась носом в подушку, — Не бросай меня, Эдь!
Голос её был надломленным, хрупким. Будто говорила она из последних сил. Павлик решил задержаться ещё.
— Не уйду, — поспешил сообщить.
Она как-то расслабилась, даже обмякла. Подумал, что снова уснула. Но голос опять произнёс:
— Ты прощаешь меня? Ну, скажи, что прощаешь…
Волосы съехали на бок. На фоне подушек лицо её было таким восхитительно бледным.
«Какая красивая», — думал он, глядя на это лицо. И на тело. И слыша биение пульса под кожей.
— Скажи…, - прошептала она.
Павлик тихо сглотнул.
— Я… прощаю, — ответил.
Она улыбнулась сквозь сон. Из-под сомкнутых век на подушку скользнула слезинка. Ему захотелось поймать. Но момент был упущен. Подушка впитала солёную влагу.
«Хотя, наверное, у неё даже слёзы сладкие», — подумалось Павлу. Он вспомнил, что там, у двери ожидает букет. И решил занести и поставить на видное место. Между плотных бутонов торчала открытка. Не сдержавшись, он вынул её, прочитал:
«Любовь моя! Поздравляю с нашей годовщиной. Надеюсь, она не последняя, Эд».