Страница 60 из 75
— Что, весело вам? — повысил он голос. — Надо мной потешаетесь?
Ребята опешили. Один, самый крупный, поднялся навстречу, и двинулся к Верещагину.
Только драки тут не хватало.
Мы с Валерой сработали молниеносно. Валера обхватил Верещагина за плечи и потянул назад, вниз. А я встал между Аристархом Павловичем и тем самым парнем.
— Прошу прощения за моего спутника, — произнёс я ровным тоном. — Он перебрал. Мы уже уходим. Не стоит портить хороший вечер из-за пьяных слов, которые он завтра и не вспомнит.
Не знаю, что подействовало сильнее, сам тон, прямая спина или взгляд, в котором не было ни капли страха. В прошлой жизни я усмирял так подвыпивших вельмож. Парень постоял, потом что-то буркнул и отвернулся к своим.
Мы вытащили Верещагина на улицу. Он бормотал что-то про несправедливость.
Я посмотрел на него и окончательно убедился, носителем ему не быть. Артефакт выбирает творца, а Аристарх Павлович умел лишь владеть, но не создавать.
И старику я не верил. Ни единому слову. Что-то в его гладкой речи было не так. Мы разошлись, взаимно друг другу не доверяя, и это было хуже открытой вражды.
* * *
В отель я вернулся поздно. Верещагина доставил до номера, и он рухнул спать. А я, прежде чем лечь, набрал Вику.
Она ответила сразу.
— Привет, — весело отозвалась девушка. — Ну как ты там? Живой?
— Живой, — усмехнулся я. — Расскажи лучше, как вы там без меня.
— О, у меня как раз есть новости! — оживилась она. — Я записалась на курсы пирсинга. Завтра первое занятие, представляешь? Немножко страшно, но интересно. В студии тихо без тебя. Марина разобрала все звонки, всех записала, никто не потерялся. А Лёха твой сидит вечерами, тренируется на латексе. А у тебя как там? Посмотрел Казань?
— Посмотрел, — я принялся ей рассказывать о Казани, что видел, и где был.
Вика слушала с интересом, периодически задавая вопросы.
— Возвращайся скорее, — под конец разговора сказала она. — А то без тебя как-то… неправильно.
— Договорились, — улыбнулся я.
Она положила трубку, и вскоре я уснул.
* * *
Утром Валера пришёл проводить нас в аэропорт. Мы обменялись контактами, пожали руки.
— Держи меня в курсе, — попросил он. — Если что будет по Цеху, по Осколкам, по старику, я хочу участвовать. Это и моё тоже, помнишь?
— Помню, — кивнул я. — Ты теперь с нами.
Он усмехнулся, и мы расстались друзьями, хотя познакомились только вчера.
Верещагин с похмелья был бледен, молчалив и на людей старался не смотреть. Всю дорогу до аэропорта он не проронил ни слова. Стыдно было за то, что вчера так напился. Да и самочувствие его явно оставляло желать лучшего.
У стойки регистрации он вдруг оживился.
— Я тут подумал, Артём, — сказал он. — Всё утро думал. У меня ведь и правда есть связи в антикварном мире. Я смогу искать Осколки лучше, чем кто бы то ни было. И знаешь… это не просто задание старика. Это моё. Я хочу быть полезным.
Я кивнул. И понял вдруг, что старик выбрал Верещагина неспроста. Его обида, гордость, жажда доказать свою нужность, всё это Ильдар Тагирович использовал в корыстных целях. Аристарх Павлович теперь будет всеми силами пытаться заслужить свой Перстень.
Мы сели в самолёт, и я задумчиво смотрел, как удаляется Казань. Столько всего здесь случилось. Другой носитель. Хранитель, которого я не смог прочесть. История Цеха из первых уст.
Получил много ответов, но стало гораздо больше и вопросов.
Всё только начинается.
* * *
В два часа дня я был в Саратове. Закинул вещи домой и решил съездить к родителям.
Отец встретил меня в прихожей, и явно пребывал не в лучшем расположении духа.
— Здравствуй, сын, — коротко кивнул он. — Проходи.
Сам он тут же убежал в комнату. Когда я прошёл к нему, застал его за кроссвордом.
В голове всколыхнулось воспоминание Артёма. Отец кроссворды любил, и относился к ним со всей строгостью. Никогда не пользовался интернетом, всё решал сам.
— Вот застрял, — пожаловался он. — Второй час бьюсь. «Русский полководец восемнадцатого века, восемь букв, вторая „у“». Всё перебрал. Суворов просится, да не лезет, там семь. Прямо зло берёт.
Я заглянул ему через плечо. Восемнадцатый век. Восемь букв. Вторая «у».
Правильный ответ сразу пришёл в голову. Похоже, история моего и этого мира сильно перекликались, и нужного полководца я вспомнил легко.
— Румянцев, — ответил я. — Пётр Александрович. Восемь букв, вторая «у».
Отец замер. Медленно пересчитал клетки, вписал по одной букве.
— Гляди-ка… подходит, — пробормотал он. — А ты откуда знаешь? Ты ж в школе по истории еле на тройку тянул. Спал на уроках, я помню, меня в школу вызывали.
Я только усмехнулся и пожал плечами.
— Читаю иногда, — ответил я.
— Читает он, — фыркнул отец. — Румянцев… Надо же.
Мать выглянула из кухни, и позвала нас обедать.
Я рассказал о своей жизни, о поездке в Казань. Подарил небольшие сувениры, которые привёз оттуда.
Потом немного повозился с Дашкой, помогая ей освоить сложные моменты в рисовании. И отправился домой.
* * *
Только дома, доставая свой монокль, я вдруг вспомнил.
Квест.
Система ведь давала мне квест. Найти другого носителя до конца недели. Я так закрутился с поездкой, что почти забыл о нём. А ведь я его выполнил. Валера носитель, и он найден.
Я достал монокль и надел его.
— Квест выполнен, — сказал я. — Найти другого носителя. Я его нашёл. Хочу получить награду. Информацию о прошлом владельце монокля.
Система молчала несколько секунд.
'Квест подтверждён. Награда активирована.
Информация о прошлом владельце артефакта «Линза»'.
Я ждал.
'Предыдущий носитель: Соколовский Лев Маркович.
Дата активации артефакта: 1987 год.
Дата утраты артефакта: 2003 год.
Причина утраты: добровольная передача третьему лицу в обмен на услугу.
Текущий статус: жив. Артефакт не активирован'.
Профессор Соколовский. Тот самый старик с вечера у Верещагина, знаток марин и кракелюра, что подтвердил мою правоту в пари. Тот, кто заказал Джокера на капот роскошной иномарки для своего сына.
Всё это время он знал. Он был прошлым носителем монокля.