Страница 18 из 75
— Я жалею об этом, Краснов, — добавил он. — Обо всём. Но исправить уже ничего не смогу. Так что я просто пришёл попрощаться. И сказать… что ты был прав. С самого начала. Зря я тебя тогда не послушал.
— Прощайте, — сказал я.
Он кивнул. Постоял ещё мгновение, но больше ничего не сказал. Развернулся и вышел из мастерской.
Вот и всё.
Затяжная война, которую он сам же и начал, закончилась.
А мысли уже побежали вперёд. Саратов лишился целой сети тату-салонов. Враз освободилось пять помещений. Надо будет разузнать через Михаила, нельзя ли забрать аренду одного из них.
Да и клиентов может больше стать…
* * *
Вскоре после ухода ко мне заглянул Марат.
— Привет, Артём, — сказал он. — Не помешаю?
— Заходи, — кивнул я. — Ты вовремя. У меня тут только что был интересный гость.
— Дорохов? — сразу же догадался Марат.
Я приподнял бровь.
— Он самый, — кивнул я. — А ты откуда знаешь?
— Так он и ко мне зашёл, — заявил тот. — Перед тобой, видать. Заходит, значит, в мой барбершоп. А я аж обомлел. Думал, опять чего-нибудь требовать станет, как раньше. А он стоит, мнётся. И давай извиняться. Передо мной, представляешь? За то, что втянул меня в эту грязь. Что использовал и бросил. Сказал, уезжает совсем, сеть его прогорела. И что зла, мол, на меня не держит, сам, дескать, кругом виноват.
— Похоже, он сегодня по всем долгам решил пройтись, — заметил я. — И ко мне с тем же приходил.
— Вот и я думаю, — Марат покачал головой. — Странно даже. Знаешь, я ведь его ненавидел люто. За то, что выставил меня перед тобой стукачом. За то, что я как пёс за ним бегал. А поглядел сейчас на него, и злости нет. Одна жалость.
— Так бывает, — кивнул я.
Марат помолчал, постучал пальцами по столу.
— Слушай, я по делу вообще, — сказал он. — Ты вот много раз мне уже татуировку предлагал. И я решился. У меня сейчас окно, и у тебя никого, вроде.
— Никого, — подтвердил я. — А что бы ты хотел?
— Я хочу особый эскиз, — тут же заявил Марат. — Чтобы только мой был!
Я кивнул. Понимал его прекрасно.
— И что бы ты хотел выразить в татуировке? — спросил я.
Марат задумался.
— Знаешь, это ведь был долгий и тяжёлый период, — заговорил он. — Барбершоп мой был не особо популярный, людей было мало. Это я перед тобой бахвалился, а сам еле концы с концами сводил.
Это я знал хорошо.
— Да и родные мои не сильно-то меня поддерживали, мол мужик других мужиков стрижёт, — добавил он. — Потом та история с замужней женщиной… И вся эта история с Дороховым. Думал уже всё бросить, уехать обратно на юг, к родне под крыло. А ты меня спас. Вытащил меня буквально, не дал мне всё бросить. И я хочу татуировку именно про это, про свою историю.
Я задумался. Как раз недавно оттачивал новый стиль в татуировке.
— Есть мысль, — сказал я. — Существует такой стиль, называется Чикано. Серый, без цвета, с резкими тенями. Он как раз про это, про улицу, про стойкость.
— А эскиз какой? — спросил Марат.
Я взял карандаш и набросал эскиз.
— Старый маяк на голой скале, — ответил я. — Вокруг шторм, волны. Половина маяка в трещинах, видно, что бури его потрепали. А наверху, сквозь всю эту черноту, бьёт луч. И режет тьму насквозь. Снизу добавим тонкую ленту «Свети, несмотря ни на что».
Марат внимательно посмотрел на эскиз.
— Это про то, что внутри огонь не гаснет? — спросил он. — Хоть снаружи и колотит со всех сторон?
— Про то самое, — кивнул я. — Маяк светит для других, чтоб кто-то в темноте на скалы не налетел.
— То, что надо, — Марат закатал рукав. — Давай на предплечье сделаем.
Я обработал его кожу, перевёл эскиз. Чикано — это стиль капризный. Весь держится на чистоте серого и на плавности теней. За яркой краской тут не спрячешься.
Надел монокль, взял в руки машинку.
— Сперва сделаем контур, — взяв иглу, сказал я. — Чикано любит чёткий абрис. Без него вся графика расползётся в кашу.
«Начертание активно».
Машинка загудела. Я повёл первую линию. Медленно, на одной скорости, аккуратно.
«Обнаружен новый стиль: ЧИКАНО».
«Рекомендовано: соблюдать идеальную ровность линий. Тонкая растушёвка, контрастность, детализация»
«Смысловая основа: стойкость под ударами судьбы, свет для других, отказ сдаться».
«Сила образа достаточна для закрепления свойства».
Чикано — это стиль, который вырос из уличной культуры Калифорнии. Его делали члены мексиканских банд и заключённые. Чёрный и серый, никаких лишних цветов. Чёткие контуры, плавные тени, высокая контрастность. И главное, он всегда про историю.
Система периодически давала подсказки, и я работал, меняя иглы и техники. В конце проработал мелкие детали, добавил штриховку.
В конце сделал надпись внизу. «Свети, несмотря ни на что».
На всю работу ушло три с половиной часа.
«Начертание завершено».
«Оценка: Отлично».
«Анализ работы: композиция гармонична, линии чистые, тени аккуратные. Эмоциональная точность высокая. Итог: зачтено».
«Присвоено свойство: „Свет в шторме“. В самые тёмные минуты носителя не покидает внутренний огонь. Отчаяние слабеет, на смену ему приходит решимость стоять до конца».
«Второе свойство закреплено благодаря образу маяка, светящего для других: „Опора для ближних“. Рядом с носителем людям становится спокойнее и увереннее. К нему тянутся за поддержкой».
«Прогресс до следующего ранга: 2/50».
Два свойства. Образ оказался крепче, чем я думал, и моя система присвоила сразу два свойства. Это хорошо.
Обработал татуировку, протёр начисто, заклеил защитной плёнкой.
— Готово, Марат, — сказал я. — Смотри.
Он повернул руку к зеркалу и замер. Татуировка ему явно понравилась.
— Артём, — проговорил. — Слов нет. Это же прям…круто.
— Рад, что понравилось, — кивнул я. — Носи на здоровье.
Я рассказал про уход, выдал памятку. И Марат отправился к себе.
Занятный день. Как обычно, насыщенный на события.
* * *
Я уже убирал мастерскую после рабочего дня, как ко мне зашёл Знаев.
— Привет, Артём, — поздоровался он. — Работаешь?
— Уже закончил, — ответил я. — Чем могу быть полезен?
Для третьего сеанса татуировки было рановато.
— Пора тебе вернуть свой должок, — заявил Константин. — Нужна твоя помощь в одном деликатном дельце.
Звучит уже необычно.