Страница 59 из 78
Штрудели тем временем обживали резиденцию. Ираида привезла своих людей и половину архива дома, Артур занял вторую комнату под конторские дела, и в приёмной, где ещё недавно висела грузовая сеть, появились занавески. Бард ходил вокруг занавесок и мрачно повторял, что они закрывают ему обзор на дверь.
Из Лабиринта регулярно приходили новости.
Кристиан Эзутер: Патрик просит передать, что Матерь съела обозный шатёр.
Геральт: Она не ест то, что не шевелится.
Кристиан Эзутер: Он говорит, шатёр шевелился. Ветер был.
Геральт: Пусть привяжет её к скале.
Кристиан Эзутер: Он привязал. Она ушла вместе со скалой.
Матерь-нежить размером с городской квартал была отличной идеей, пока её не пришлось где-то держать.
К концу третьей недели я поднялся на сто первое место.
Следующий поединок шёл уже за сотню, и Система назначила его на конец недели, а до тех пор мне полагалось отдыхать. Поэтому с утра я сидел в конторской комнате резиденции и разбирал бумаги вместе с эльфами.
— Год, — сказала Ираида и положила передо мной свиток. — Поставка на год с правом продления.
Комната изменилась до неузнаваемости. Ещё недавно здесь стояли пустые полки и ведро с краской, а теперь вдоль стен выстроились шкафы с описями, на подоконнике сушились какие-то травы в марле, и пахло здесь бумагой и воском. Люди Штруделей работали быстро.
Сама Ираида тоже изменилась. Траурный знак с платья исчез, на пальце появился перстень дома. День у неё был расписан по минутам, поэтому и говорила она коротко.
— Совет признал наследство?
— Позавчера. — Она села напротив и разгладила складку на рукаве. — Проверку благонадёжности отозвали, три комиссии подтвердили завещание, и теперь в столичных салонах обсуждают, что дом Штрудель продался людям.
— И что думаешь?
— Отвратительно, — ответила она, и уголки губ у неё дрогнули. — Приходится терпеть.
Артур вошёл с двумя ящиками, поставил их у стола и вытер лоб рукавом. Леонарду ладони натёрло точило, Артуру кожу содрали вожжи, а бумаги только залили пальцы чернилами.
— Подкормка Вечного Корня, шесть мешков, — доложил он. — Дальше пойдёт каждый месяц через наш склад. Поставщика зовут Тервин, он держит питомники на нижних ветвях и продавал подкормку садовым артелям. Про закон о святыне мы с ним долго беседовали.
— И чем закончили?
— Тем, что закон запрещает передавать её чужаку, — Артур пожал плечами. — А ты у нас в гильдии. Значит, свой.
Удобная формулировка. Своих от чужих в этом мире отделяла бумажка с печатью.
— Соль тоже пошла, — добавила Ираида. — Двести склянок в первой партии, дальше по потребности. Тервин передал, что если человеческий господин намерен варить праздничные напитки в таких объёмах, ему стоит подумать о собственных грядках.
— Передай Тервину, что человеческий господин над этим уже думает.
Я забрал ящики и мешки, поднялся в кабинет, скормил знамени кристалл маны и принял через портал шесть бочек крови, которые армия собрала за неделю на девятом этаже. Кристиан отправил их с припиской, что Виктория просила больше не пересчитывать бочки при ней, потому что у неё от этого портится настроение.
Весь груз я отправил командой «Изыди» и перенёсся следом. В мастерской добро приняла Сиси и сразу потянула меня во Внешний двор.
— Идём, покажу. Только не трогай ничего руками.
Внешний двор встретил меня светом фальшивого дневного неба и тишиной. Когда я уходил, здесь гудело от световых птиц, которые перелетали с бутона на бутон и переносили пыльцу.
Сейчас птиц не было.
Древо Эволюции поднялось мне выше пояса и раскинуло ветви шире, чем раньше. Бутоны опали, и вся кристаллическая земля вокруг ствола была засыпана лепестками, которые медленно гасли и рассыпались в пыль. А на нижней ветви, там, где расходились два самых толстых побега, висела зелёная завязь размером с кулак.
Так, стоп.
Оставлял я тут куст по колено, который цвёл и радовал глаз, а вернулся к дереву с плодом. Никто меня об этом не предупредил, и Система не прислала ни строчки.
— И давно оно так?
— Их было с десяток, — сказала Сиси. — За три дня дерево почернило и сбросило все, кроме этой.
Замечательно. Я поливал его кровью, возил ему подкормку через два дома и половину эльфийского совета, а оно тем временем решило вытворить вот такой финт.
Я подставил ладонь под завязь. Она оказалась тяжелее, чем выглядела, и гнула ветку почти до земли.
Древо Эволюции.
Фаза «Первое цветение» завершена.
Текущая фаза: «Завязь».
Созревание плода: 80 дней при текущем уходе.
Срок сокращается при усиленной подкормке.
Свойства плода: данные недоступны.
Восемьдесят дней.
Считать Система, оказывается, умела, когда хотела. До полного роста дерева она всё это время исправно отматывала девяносто с лишним тысяч дней, а тут вдруг уложилась в три месяца. Значит, до собственной взрослости моему дереву ещё пара сотен лет, и плод оно выдало мне авансом.
Строчку про усиленную подкормку я перечитал дважды. Крови у меня теперь хватало с избытком.
Вот только про свойства опять ни строчки.
— Сиси. Она это специально?
— Кто?
— Система. Срок созревания дала, а про свойства плода молчит, будто сама не знает.
— Может, и не знает, — Сиси присела на корточки перед стволом и осторожно смела пыль с кристаллов. — Древо Эволюции для того и растят, чтобы посмотреть, что получится. Ты кормил его кровью Древнего Крота, вампирскими бочками и всем, что армия сливала после боёв…
— То есть плод соберёт в себе всё, что мы в него залили.
— Или отравится этим и лопнет.
Прекрасная перспектива. Пара уровней звучала заманчиво. Плод, который сожрёт мастерскую изнутри, радовал меньше.
Впрочем, выбирать было поздно. Дерево я посадил сам.
— Поливать продолжаем, — сказал я. — Крови теперь хватает, подкормка идёт каждый месяц.
— По бочке в день, — отрезала Сиси. — После внесения подкорми больше лить нельзя, иначе земля закиснет и запахнет так, что ты сюда сам не зайдёшь.
— Согласен. Если что, зови меня сразу.
— Хорошо.