Страница 10 из 58
Я осторожно прикрыла окно. Створку можно было подогнать. Если дело только в ней, помещение мне подходило.
Рута повела меня наверх по отдельной лестнице со двора. Жилая комната была меньше мастерской, но в ней помещались кровать, комод и столик возле небольшой печи. Рядом с печью оставили полку для посуды. В углу стояла пустая подставка под таз.
— Вода во дворе, помпа справа от ворот. Дрова будете покупать сами. С уборной там же разберетесь, покажу. Белье сушим за навесом, чтобы опилки не летели. Со двора иногда шумят: у Гаррета Брана экипажная мастерская. Днем стучат, к вечеру заканчивают.
— Здесь можно готовить? — спросила я, поворачиваясь к печи.
— Можно. Дымоход прочистили. Только сначала покажу, как заслонку ставить, она тугая.
— Сколько вы просите за все вместе?
— Двенадцать серебряных в месяц. За первый вперед и шесть залога. Мебель здесь есть, мне нужно знать, что с ней ничего не случится. При выезде верну, если все в порядке. Об уходе предупреждайте за две недели.
Я посмотрела на свои руки. В пансионе у меня оставались сундук, два ящика и короб со свадебным платьем. Они могли поместиться здесь, и еще осталось бы место для меня самой.
— Я бы хотела начать с завтрашнего дня.
— Хорошо. А жить сколько вас будет?
— Я одна.
— Тогда двенадцать. Если потом что-то изменится, поговорим заранее.
Рута спустилась за бумагой, оставив меня в комнате. Я села на край кровати. Мне предстояло купить таз, кувшин и посуду, разобраться с печью, перевезти вещи. До выплаты по договору оставалось больше недели.
Я достала кошелек и пересчитала деньги. После аренды и залога их хватало на еду и самое необходимое. Если не покупать ничего для красоты. Если первое время обойтись тем, что есть.
Я прикинула, куда поставить сундук, чтобы не задевать крышкой подоконник. Потом снова огляделась. Мне хотелось остаться здесь.
Внизу скрипнула дверь. Я убрала кошелек и пошла к хозяйке.
Мы составили короткий договор. Рута перечислила мебель, я проверила список и вписала свое имя. Восемнадцать серебряных легли на стол. Она пересчитала их, написала расписку и придвинула мне оба ключа.
— Можете сегодня начать устраиваться. За лишний день не возьму, все равно комната пустая. Понадобится чайник — постучите ко мне, дам на время.
— Спасибо. Я завтра привезу вещи.
Она показала помпу и место для дров. В мастерской нужно было вымыть пол и зеркало, но сначала я решила зайти в лавку за нитками. Для темных переделок годились не все старые катушки, а хороших тонких игл было мало. Я заперла дверь и убрала ключи в сумку.
В лавке возле рынка меня узнала хозяйка. Мы были знакомы еще по маминой мастерской: она держала прилавок с тесьмой и пуговицами и знала, кто из портних брал срочные заказы, а к кому лучше идти за сложным платьем.
— Опять для невесты? — спросила она, увидев меня. — В прошлый раз такие светлые нитки брали, я думала, вам до осени хватит.
— Теперь для работы. Я снимаю мастерскую у Руты Денс.
Лавочница отложила моток тесьмы.
— Вы вернулись к заказам?
Я кивнула. Она оглядела меня, словно хотела спросить еще что-то, но вместо этого выдвинула ящик с иглами.
— Эти возьмите. Подороже, зато не гнутся. А черные нитки вон те, справа, они крепче.
Пока она собирала покупку, я спросила, сколько сейчас берут за обычную переделку платья. Названные цены оказались выше тех, что остались в моей тетради. Я переспросила о подоле.
— Конечно, смотря какая юбка, — сказала она. — Но за восемь медных вам уже мало кто возьмется, если аккуратно руками. Вы цену не ставьте раньше, чем вещь увидите.
— Я помню.
И тут же поймала себя на том, что хочу объяснить, почему все-таки возьму дешевле: у меня нет заказчиц, меня давно никто не знает как портниху, мне сначала нужно показать работу. Лавочница ждала, пока я выберу нитки, и ничего такого не спрашивала.
За небольшую покупку я заплатила одну серебряную монету.
— Слушайте, у меня невестка ищет, кому платье отдать, — сказала хозяйка, заворачивая катушки. — Надеть может, а ходить неудобно, тянет под рукой. В лавке уверяли, что разносится. Я ей говорю: платье вам не башмаки, чего вы ждете? Посмотрите?
— Посмотрю. Только обещать переделку смогу после примерки. Иногда ткани в швах просто не хватает.
— Вот вы ей и объясните. Когда приходить?
Я едва не предложила завтра утром. Потом вспомнила сундук, пыльные полки, зеркало, которое надо вытереть. Завтра в мастерской еще не будет ни одной вещи на своем месте.
— Послезавтра, в десять. Ей будет удобно?
— Будет. Она как раз в эти дни свободна. Я ей сегодня скажу.
Я написала на клочке бумаги адрес двора и объяснила, какой вход ей нужен. Лавочница положила записку в ящик, где держала личные вещи.
— Платье пусть принесет и то белье, с которым собирается носить, — добавила я. — Иначе мы можем поправить не то, что нужно.
— Скажу. Не волнуйтесь, она придет.
Мне показалось, что я слишком заметно обрадовалась. Я убрала покупку в сумку, поблагодарила и вышла, прежде чем начала задавать лишние вопросы.
На улице я еще раз достала ключи. Два небольших ключа на простом кольце, которое Рута сняла со своей связки. До пансиона можно было дойти напрямик, но я повернула обратно к ремесленному двору.
Отперев мастерскую, я открыла окно и развернула тетрадь на чистой странице. Сначала записала время примерки. Затем стала выписывать работу, которую могла брать без долгой подготовки: подшить подол, поправить посадку простого платья, заменить застежку, сшить несложную юбку.
Напротив подола поставила восемь медных. Посмотрела на цифру и вспомнила, что только что сказала лавочница.
Я знала, сколько времени займет аккуратная ручная подшивка. Еще нужно было принять женщину, посмотреть длину, наметать, отпарить. Когда я ставила восемь медных, то думала только о том, как убедить заказчицу оставить платье.
Я зачеркнула восемь и написала двенадцать. Рядом добавила, что окончательная цена зависит от самой вещи.
С простой переделкой было труднее. Я написала восемнадцать, потом исправила на четырнадцать. Долго смотрела на исправление и оставила. Мне казалось, что с такой ценой у женщины будет меньше причин уйти. Я понимала, почему снизила цену, но снова исправлять цифру не решилась.
Я не стала переписывать цены начисто. Еще раз проверила адрес, который дала лавочнице, и время примерки.