Страница 79 из 84
Кстати, о сестре я не забыла. Но так как понятия не имела, что должна делать, а действовать интуитивно после случившегося на поляне панически боялась, то естественно обратилась за помощью к Катионе. Выслушав, она опять как-то странно присмотрелась ко мне, сфокусировавшись вроде бы на моём лице и в тоже время словно и не видя его. Судя по реакции, пожилая женщина осталась довольна увиденным. Покивала каким-то своим мыслямъ и известила, что теперь я просто обязана справиться. Но нужно подготовить всё необходимое для обряда, однако несмотря на мой нескрываемый интерес, в подробности вдаваться она не стала.
− Я лично этим займусь, − в заключениие пообещала Катиона, и взглянув на переминающуюся в нетерпении с лапы на лапу Даниэлу, добавила: − Возможно, к завтрашнему дню всё уже будет готово.
На этом тема была закрыта, да и саму Катиону я больше не видела, видимо, она занялась приготовлениями. В течениие дня мама, Рози и Клавдия старались не оставлять меня одну. С одной стороны, такое внимание было приятным, а с другой… я не находила себе места от сжигающего меня изнутри желания повидаться с Артемилианом. Во-первых, обо многом хотелось поговорить, а во-вторых, я просто соскучилась!
К вечеру моё терпение лопнуло и, несмотря на протесты герцогини, я набросила на плечи тёплую накидку и отправилась искать мужа. В воздухе пахло, словно перед грозой. Но виной тому были отнюдь не погодные условия. Съехавшаяся накануне осады знать кучковалась по кулуарам, осознанно или нет, но продолжая дело тех, кто находился за стеной. На меня косились, провожали не самыми добрыми взглядами, хотя спрашивается − я-то что им сделала? В общем, дворец превратился в самый настоящий змеюшник, заговоры плелись прямо на глазах. Ещё и Даниэла, на которую попросту никто не обращал внимания, приносила мне та-а-акие сведения, что порой руки чесались пойти и придушить кого-нибудь из собравшейся здесь аристократии.
За что они так? Ведь Артемилиан пришёл в наше королевство мирно, без малейшего кровопролития. И даже смерть правящей четы, как выяснилось, вовсе не его рук дело. Старую знать он не изгнал, хотя мог ведь. Рози, помнится, говорила, что экономика королевства окрепла, и тому было множество причин. Да хотя бы потому, что промышлявшие разбоем соседние государства теперь притихли в страхе перед императором и его войсками. Плюс наладилось торговое сотрудничество с империей. Многое ещё изменилось, судя по словам герцогини, да я не особо и вникала, всё же − где вчерашняя мельничиха, а где политика и экономика? Большую часть её рассказов я попросту не понимала.
И теперь для меня было загадкой: почему представители знатных родов, после всего хорошего, что произошло в королевстве, ввязались в эти подковёрные дрязги? Неужели рассчитывают, что новый император в благодарность за предательство его предшественника будет добрее или одарит милостью? Ясно же, что мудрый правитель, первым делом избавится от подобных людей, ибо кто знает, не появится ли ещё кто-то, ради кого они вновь предадут, но на этот раз его.
«Если выпутаемся из всей этой ситуации, лично поспособствую отстранению, а может и устранению многих», − думала я. Ведь имена основных заговорщиков, благодаря сестрице, были уже известны. Хоть я и не приветствовала жестокость, но оставлять подобное вероломство безнаказанным, как минимум, глупо. Возможно, в этот раз их затеи потерпят крах, и то благодаря тому, что сестра успела вынюхать коварные планы предателей. А ведь чего только не планировалось! И императора отравить, и убийцу подослать, и охрану у ворот усыпить, впустив завоевателей, и… В общем, фантазия у местной знати оказалась богатая и весьма изощрённая на уловки.
Так, в размышлениях, я покинула кишащий шипящими тварями дворец. На улице было довольно прохладно, светило готовое вот-вот уйти за горизонт солнце. После почти двух суток, проведённых в потайных ходах и замке, мне захотелось прогуляться по свежему воздуху. Отказавшись от кареты, прошлась в компании сопровождающих меня стражников несколько кварталов до ближайшей стены. Ставни многих домов были наглухо закрыты, словно это могло остановить вторжение потенциальных врагов. Редкие припозднившиеся прохожие не особо-то обращали внимание на нашу процессию. И радовало то, что здесь никто не бросал мне вслед испепеляющие, полные ненависти взгляды. У простого народа были простые проблемы.
По мере того, как мы поднимались на стену, холодные лапы ветра всё глубже пробирались под одежду, но… когда взобралась наверх, открывшийся вид заставил замереть на время, забыв о пробирающем до костей холоде и пронизывающем ветре.
Во-первых, город в косых предзакатных лучах солнца казался сказочным! Купола центрального храма, академии и большинства дворцов блистали серебром и позолотой, а черепичные крыши частных домиков согревали своим тёплым цветом и глаз, и душу. Даже не верилось, что всё это великолепие окружено врагами, что в любой момент ворота или стены города могут рухнуть, и вокруг вспыхнут пожары, и начнёт литься кровь ни в чём не повинных мирных жителей.
Ну, а во-вторых, я оценила количество скопившегося за стенами врага. То, что я видела, когда подходила к городу почти двое суток назад, это были цветочки, а то, что предстало моему взгляду сейчас, вот это − самые настоящие ягодки. Теперь стало понятно, почему Артемилиан не открыл ворота и не вывел имеющиеся в наличии немалочисленные войска для защиты города, а остался за спасительными стенами. Даже если бы мы вооружили почти всё население, и то численный перевес, возможно, остался бы на стороне противника. Интересно, на что рассчитывает император? Возможно, ждёт помощи со стороны?
Пока шли по стене, я заметила самые разнообразные осадные орудия, находящиеся на различной стадии готовности. Озвученная ранее Рози мысль о том, что нас будут держать в осаде, пока мы с голоду сами не сдадимся, явно не приходила в голову осаждающим. Хотя оно и понятно. Сейчас дни-то уже довольно холодные, ночью заморозки вот-вот начнутся. К тому же летне-осенний урожай уже доставлен в город, и, соответственно, мы находимся в гораздо более выгодном положении, нежели те, кто за стеной.
Когда я увидела мужа, внутри всё сжалось. Так захотелось, забыв об окружающих его воинах, обнять любимого, ощутить тепло его тела, его руки, губы… Утешить его своим присутствием, поделиться силой. Но, увы, пусть я и официальная супруга императора, но приличия никто не отменял. С каждым шагом я будто бы ощущала сковавшее его напряжение. Во всём облике Артемилиана сквозила усталость и решимость идти до конца.