Страница 55 из 84
Вот и как ей объяснить, не обидев, что мы ей не доверяли, но последний её поступок, тогда, когда она бросила всё ради меня и Даниэлы, заставил взглянуть на неё иными глазами. Заметить всё то доброе, что она делала для нас, и забыть… или точнее − понять, зачем она вынудила меня окунуться в пучину злоключений. Ведь не случись всего этого так и жила бы я на мельничке, и что бы было? Да ничего хорошего, возможно даже графу с герцогом удалось бы провернуть свой замысел.
− Не хочешь отвечать − не надо, − смилостивилась она. − А вот что делать? Сдаётся мне, Даниэла принесёт неутешительные новости. И что тогда? Императрица права, никакой колдовской заговор не устоит перед истинными чувствами, а в том, что они истинны, сомнения нет, ибо подобная магическая связь возможна лишь между двумя любящими сердцами.
О да! Очевидно, мне мама что-то не то с детства втолковывала о любви. Оказывается, истинная-то, та самая, что наиболее редкая да ценная, уже нагрянула в мою жизнь. Кто бы мог подумать-то, что если мужик с другой кувыркается чаще, чем по нужде ходит, а ты вынужденно за всем этим наблюдаешь, то это-то оказывается и есть та самая − заветная − любовь!
− Да-да! И не спорь, − остановила она готовые сорваться с моих губ слова протеста. − Ты просто сама это ещё не осознала. Но… ты всё время, с самого первого видения, отмечаешь этот сильный запах духов. Кажется, в нём и кроется секрет подчинения императора.
Я задумалась. А ведь и вправду, в те моменты, когда я видела его сосредоточенным, готовым адекватно реагировать на те или иные ситуации, этого запаха рядом не было. И в последнем видении Артемилиан сам был шокирован содеянным, но ровно до того момента, как его окутал аромат духов. Стоило ему ощутить этот приторно-сладкий запах, и он отбросил столь заинтересовавшую его бумагу, не в силах воспринимать ничего, кроме Ларетты. Так вот в чём ключик…
− Думаю, так и есть, − признаю. − Но что делать? Пробраться к ней и уничтожить флакон? Вряд ли это удастся сделать, − тут же сама опровергла собственное предложение.
− Для начала тебе надо выманить императора подальше от дурманящего запаха и напомнить ему своим присутствием о чувствах.
− Угу. Если они есть, − скривилась я, не особо веря в то, что та-а-акой мужчина может запасть на кого-то вроде меня, и даже раздражение в душе поднялось: «Они что, слепые все?!»
− Поверь повидавшей жизнь женщине, − грустно вздохнула тем временем Катиона.
Взглянула я на стоящую напротив пожилую женщину. И я вдруг задумалась − а что именно заставило некогда юную девушку уйти от семьи, отказаться от высокого положения в обществе? Почему у неё никогда не было ни мужа, ни детей? Возможно, причиной стала именно любовь?
− Отдохни, я придержу немного время, − неожиданно произнесла Катиона. И не успела я возразить, как её рука метнулась ко мне. − Тебе предстоит нелёгкий путь, и нужна будет свежая голова, − эти слова я уловила словно сквозь туман, одновременно ощутив, как слабеет моё тело, а чьи-то заботливые руки укладывают на покрывающий землю тёплый плащ.
Сколько прошло времени, я не знаю. Проснулась я, ощущая себя на удивление отдохнувшей, рядом полыхал костерок. Вокруг витал неимоверно аппетитный аромат свежезапечённого мяса. И действительно, возле костра, рядом с застывшим словно статуя Расселом, на крупном листе лопуха сочились, всё ещё шипя, видать только-только с пылу с жару, куски мяса, нанизанные на оструганные и местами подкопчённые прутья.
− Проснулась? − немного вымучено улыбнулась Катиона. − Давай-ка поедим, нам обоим силы нужны. Я подисчерпала свои, а тебя ещё многое ждёт.
Мясо было невероятно вкусным, хоть и горчило немного от давшего сок лопуха, или это я была слишком голодна? Неподалёку глаз привлекла кучка явно совсем недавно взрыхлённой почвы.
− Я кабанчика прирезала. Благо сопротивляться он не мог, − усмехнулась пожилая женщина. − Часть нам вот поджарила. Часть с собой в дорогу припасла. А кровь слила в землю, и потроха прикопала, чтоб дух животины возродиться мог, − пояснила она.
Было немного совестно отъедаться в то время, когда Рассел наверняка тоже был голоден. Да и сестрица где-то там явно не слишком сыта. Одно успокаивало, что спешить пока что некуда, и можно ещё успеть обдумать свои действия. Хотя это продолжалось недолго.
− Всё, готовься, сейчас придёт Даниэла, расскажет об аресте Рози, и вы должны что есть сил мчаться в столицу.
− Откуда вы знаете, о чём она скажет? − подивилась я.
− Пока ты спала, я к замку прогулялась. Рози со скованными за спиной руками стоит возле кареты.
− Но почему вы не помогли! − возмущённо восклицаю.
− Это невозможно сделать, не продемонстрировав магию, − печально вздохнув, пожала плечами Катиона. − В противном случае, если всё будет совсем уж плохо, она может обернуться рысью и сбежать. Но после этого она лишится всего, и дороги обратно не будет. Поэтому постарайся, девонька, выманить императора, и разбудить его чувства.
Не успели последние слова прозвучать, как мир вновь ожил. Рассел в удивлении уставился на практически прогоревший и не дающий даже намёка на дым костёр. Протёр глаза, словно не веря тому, что видит, и с явным вопросом воззрился на нас.
− Ур-р-р-р… − раздалось рядом, и в мысли ворвался поток скомканных чувств и эмоций, обуревавших Даниэлу.
− Успокойся, здесь мы Рози помочь не в силах, − мысленно проговорила я. − Нам в столицу надо.
Сестрица только глянула на меня и тут же бросилась бежать.
− Мы пошли, а вы… когда герцог уедет, идите в замок. Уверена, вас пропустят, если…
Дальше в присутствии Рассела я не решилась говорить, о том, что Катионе придётся обратиться в рысь, но та и сама догадалась:
− Я поняла, − со вздохом покосившись на мужчину, пробормотала Катиона. − Надеюсь, он поймёт.
Рассел же, совершенно сбитый с толку нашими туманными речами, переводил взгляд с меня на стоящую напротив пожилую женщину, и потом на затухающий костёр. И тут я решилась. Чтобы попасть в замок, Катионе всё равно придётся обратиться рыськой, это своего рода пропуск. Так пусть тогда видит здесь и сейчас. Чем раньше он узнает, тем больше будет времени у Катионы, чтобы его успокоить, ну а может и поколдовать чуток придётся.
С этими мыслями я перекинулась в рысь, и помчалась вслед за сестрой, провожаемая ошарашеным взглядом Рассела. А в его глазах мелькнуло… нет, не страх, чего я, собственно, и ожидала, а удивление!