Страница 154 из 238
– Садись, Жериков, – директор указал на стул, и голос его ничего хорошего не предвещал. Он ткнул пальцем в банку. – Это что за субстанция? Завхоз говорит, вы с Ткачук этим стены в холле измазали.
– Клей, Максим Сергеевич. Карбоксиметилцеллюлоза на холодной воде. Вы же сами вчера разрешили взять, – моментально перевёл я на него же стрелки. – Помните, вы сказали Илье Петровичу выдать мне одну немецкую банку КМЦ?
Ну да, я сныкал немного. Не украл! Оставил в лаборантской для личных опытов, надеясь, что народ не сообразит, что там за вещество и не умыкнет на свои нужды.
– КМЦ⁈ – директор аж привстал. – Жериков, ты мне голову не морочь! Я эту смесь всю ночь в лаборатории Сталинского райпромкомбината тестировал. Они там все на ушах стоят! Клеит прекрасно, готовится без варки, муки или крахмала не требует.
Он схватился за голову, ероша седые волосы на затылке.
Оказывается, я в прошлый вечер много чего пропустил. Илья Петрович вышел посмотреть, чего мы там с Ткачук наклеили, почесал затылок и отправился снова к директору. Который только‑только собрался уходить домой. Завхозу новый клей очень понравился, но вроде как без согласования начальства забирать те банки, теперь уже не нужные завхозу, нельзя.
– Мы клейстер варим, муку переводим, крахмал переводим, топливо на это тратим, а тут достаточно холодной воды и одного промышленного продукта! – продолжал директор. – Я полночи справочники листал. Если это действительно можно использовать для плакатов, бумаги, переплётных работ – это же отдельная история! И почему раньше никто не додумался?
– Откуда мне знать? – изобразил я из себя дурака. – На уроке нам сказали, что карбоксиметилцеллюлозу используют в бурении, чтобы намертво крепить стенки скважин и связывать воду.
Завуч с Ильей Петровичем продолжали молча перетаптываться сбоку от директора. Тот же подперев ладонью щеку посмотрел на меня как‑то осуждающе и вздохнул.
– Оформляйте как рационализаторское предложение от нашего техникума, Максим Сергеевич, – продолжил я наседать. – Назовите… ну, например, «Клеевой состав на основе КМЦ для холодного приготовления». Пищевую промышленность от варки клейстера действительно немного разгрузим.
– Пиши, Жериков. Прямо сейчас начинай. Состав, способ приготовления, где можно применять. Два дня тебе на это. А дальше разберёмся, куда отправлять. Если комиссия признает предложение годным и его примут к внедрению, нашему техникуму вполне могут выделить премию. И тебя без внимания не оставим.
Покинул кабинет директора я в смешанных чувствах.
Как бы мне не переборщить со своими рационализаторскими предложениями? И главное – они ведь действительно сами как‑то выскакивают. То вроде не помню ничего из химии, то выдаю промежду прочим рецепт такого клея.
Память из будущего подбрасывала куски прошлой жизни в самый нужный момент.
Но главное – атмосфера в группе после этого заметно улучшилась. Ткачук так и не узнала, что я попутно подсунул директору рационализаторское предложение. Ей просто было в радость, что я пришёл на выручку, не стал злорадствовать и не бросил её в беде перед комсомольским бюро.
Отношения у нас, конечно, закадычными не стали, но лёд растаял, и шипеть мне вслед она перестала.
На самом деле не до того было, мы все какие‑то дёрганые стали. В техникумах то и дело проводились экстренные комсомольские собрания на тему «повышения бдительности и борьбы с космополитизмом». В актовом зале читали доклады о раскрытых заграничных шпионах, и учащиеся сидели замерев, боясь лишний раз кашлянуть.
Как хорошо, что я больше не занимался стенгазетами. Их теперь заставляли перепроверять по нескольку раз, выискивая что‑нибудь не то в политическом плане. Теперь каждое слово в стенгазетах приходилось взвешивать и согласовывать.
Особенно следили за заголовками. Одно дело написать «Наши отличники», а другое – неудачно сформулировать что‑нибудь про международное положение. Естественно, никакого юмора, никаких фельетонов. Подписи под фотографиями проверяли в обязательном порядке. Кто на снимке, откуда взялся, почему именно его поставили рядом с передовиком, почему один товарищ улыбается, а другой нет.
Те плакаты Ткачук, которые едва не отвалились в вестибюле, могли стать для неё серьёзной проблемой. Хорошо, что всё обошлось, но в следующий раз я и сам десять раз подумаю, прежде чем ввязываться в нечто подобное.