Фоллаут. Хроники Пустоши.

Глава 9. Заслуженные трофеи.

Выбравшись из гнетущих казематов подземного бункера, Ионн полной грудью набрала воздуха. Дело она сделала, но морального удовлетворения до конца не получила, и теперь, стоя перед массивной пуленепробиваемой дверью, снабженной тяжелой клинкетной задвижкой, никак не могла понять причины конечной неудовлетворенности. Подумала о том, что все же устала. Как знать, возможно, так и было в действительности.

Постояв минуту-другую, девушка закинула за спину автомат, поправила на груди ремень, чтобы не слишком давил при ходьбе или беге, и спешным шагом направилась восвояси. Время в запасе имеется, до рассвета еще далеко, но необходимо не просто добраться до дома, нужно успеть хоть пару часов отдохнуть. Примерно к девяти утра она должна появиться у садового столика, чтобы дать конкретные указания каждому члену общины до того, как они займутся повседневной работой.

Перенесенный от пикниковой площадки прежнего променада старый, на удивление хорошо сохранившийся столик с пластиковым покрытием удачно взял на себя роль местной агоры, то есть пункта сборов и общих собраний. Неплохая традиция родилась сама по себе и в целом устраивала общину. Исключение составляли ненастные дни.

Во время дождя люди собирались на рабочие совещания под крышей возрожденной веранды приусадебного участка бывших хозяев, где помимо длинной вешалки на стене, очевидно и раньше служившей для мокрой или грязной одежды, инструментального стеллажа и высокого узкого шкафчика стоял круглый столик. И пусть его хватало лишь для чашек с утренним чаем и вазы с сочными мутафруктами, напоминавшими по цвету, размеру и даже по вкусу природный гибрид груши и сливы, опять-таки это вполне устраивало общину, но сидела в такие дни только Ионн.

Сегодня дождя не было. Плотно закрыв люк укрытия, бегло оценив погожее утро, Ионн направилась к «агоре». Я уже говорил: после памятного визита Призрака обсуждение всех важных вопросов, планов на завтрашний день и всего, что касалось жизни новорожденной общины, проходило именно здесь.

Цифры на дисплее Пип-Боя показали половину десятого. Поздновато. Рабочее время уже началось, задержалась Ионн, все-таки проспала.

У стола хозяйка застала одного Кодсворта, однако его одиночество длилось недолго: из дома появилась Николь и немедленно умчалась за утренним кофе. Пока девушка бегала, Ионн отправила робота с поручением. Затем пришлось подождать, пока Кодсворт задание выполнит, созовет обитателей Сэнкчуари и сам не замедлит явиться по зову хозяйки.

Потрясающее известие о плачевном, но давненько заслуженном конце ненавистной банды Зенитки соратники встретили громкими возгласами и овациями. По понятной причине больше остальных радовался Томас, в приливе чувств наклонился к собаке, взял голову пса за ушами и потерся нос к носу, потом потрепал ничего не понимавшего Пуха. И, знаете, пусть кобель действительно ничегошеньки не понял, зато ласка хозяина, конечно, любому питомцу приятна.

– А теперь основное, – подытожила Аква. – На сегодня все ваши занятия отменяются. На базе остается только мама Мэрфи. Ну еще Пух. Для других сбор через десять минут, это не обсуждается.

– К чему такая спешка, хозяйка? – с досадой заговорил Струдж. – У меня магнето от механической газонокосилки разобрано. Хотели с Томасом старую помпу за домом восстановить, чтобы была Марси в помощь. Грустно смотреть, как ребята воду от колонки таскают, труд адский, такая даль.

– Восстановишь позднее, – настаивала Ионн. – Не будьте глупцами, Струдж. Кто из вас знает точную численность банды Зенитки? Никто? Я так и думала. Я уничтожила чуть больше дюжины ее членов, а если не всех? Чем дольше мы сидим и препираемся, тем больше шансов нарваться на неприятности. Еще. Одна я не смогу перетащить сюда запасы продовольствия, медикаментов, оружия и другого. Много чего. Их тоже много в кладовых и на складе "Оливии". Думайте. Долговременный военный объект, к тому же, как выяснилось, еще и секретный. Там был не только центр космической связи. Там располагался центр спутниковой разведки… Вы же не собираетесь бросить «чистое» ценное имущество на радость еще какому-нибудь «Джареду», «Зенитке» или «Хрящу? Я не хочу. И, главное, братцы! Мне не перетащить сюда атомный генератор. Одна я его даже с места не сдвину.

– Что? Генератор «Атомикс»? – подскочил Стурджес. – Рабочий?

Ионн с лукавой улыбкой взглянула в глаза механику.

– Два. Вообще, их там четыре. Два, считайте, полностью сдохшие, два других в целости и работают, даже ядерные блоки пускателей сохранились. Теперь понимаете? Так что, народ, давайте за дело.

– И я? – удивленно спросил Кодсворт. – Я-то зачем? Я же не гужевой мул.

– И ты, господин дворецкий. Не глазей на меня, будто не понимаешь. Запустить атомный генератор, когда он собранный и готовый к работе, я могу без тебя. Многие из нас смогут. Но остановить действующий, не зная шифрованного кода блокировки реакции, я не смогу. Без остановки реактора разобрать генератор нельзя. Целиком перевести сюда такую громадину тоже нельзя. Его

нужно

разобрать по частям. Так что твой электронный мозг нам очень поможет, если сумеет в короткое время вычислить код. Он всего четырехзначный. Это же обыкновенный бытовой прибор. Код – простая предосторожность от неразумных детей.

– Вот так всегда, – будто старый брюзга, запричитал робот. – Как лавры и почести получать, так кто-то другой, меня хоть бы почистили, а как голову в полымя совать, так это Кодсворт. Он что? Что ему будет? Он же «жестянка».

Предосторожность – предосторожностью, но серьезных оснований для беспокойства достаточно. Запусти систему возврата реакции, введи неправильный код и… ничего не произойдет. Реактор не остановится. Вот, если ты попытаешься в рабочем состоянии разобрать его, где найдут твои уши, трудно сказать. И найдут ли вообще?

– Ой! – не выдержала Николь. – Смотри не расплачься, «жестянка». Прям весь такой бедненький. Замордовали его… Слушать не хочется, честное слово. Мы что, слепые? Не видели, как Стурджес тебе «щупальца» смазывал? Как блок подзарядки кисточкой очищал? Не знала, что роботы умеют врать!

Кодсворт тремя сенсорными глазами с укором взглянул на «кухарку», хотел было возразить, но вовремя передумал, уловил предостерегающий взгляд Аквы. В таком случае лучше не спорить…