Страница 32 из 79
— Есть мнение, что мы кому-то перешли дорогу, и кто-то под нас копает. Прокурор сказал, что чуть ли ни из Москвы!
— Да гонит, — усмехнулся Серега. — Сам сделать ни хрена не может, вот и придумывает басни про Москву и прочее. Вообще, как-то год не задался, а? Так хорошо все шло…
— Вы вот чего, — сказал Матвей, откашлявшись. — Сегодня Валерку, а завтра любого из нас, это всем понятно. Я предлагаю решать вопрос. Где этот хрен из налоговой живет, я пробил. И дачу его знаю. И какими дорогами на работу ездит. Я понимаю, что вы сейчас китайские церемонии разводить начнете, а он с нами чего-то не церемонится особо!
— Чего ты предлагаешь? — мрачно спросил Серега. — Вальнуть его по дороге на службу?
— Нет, давайте дождемся, пока всех не пересажает! И не таких валят.
— Никого мы валить не будем, — твердо сказал я, чувствуя, что пьянею. — Не гони, Матвей. Это ж не бандит, все же. Это государственный служащий высокого ранга. С ним нужно по-другому.
— Они самые главные бандиты и есть, — непримиримо сказал Матвей. — От них все зло. Они и страну развалили и сейчас добивают, что осталось. По сути, вы единственная фирма в городе, у которой хоть что-то работает. Так нет! Нужно добить, посадить, арестовать! Кто бандит-то в этой ситуации? Вас всех закрыть, имущество раздербанить, вот и весь закон!
— С кабинетными крысами мы будем воевать кабинетными методами, — сказал я твердо.
Серега решительно потянулся к бутылке.
— Вообще, крысы, они и есть крысы. Хоть кабинетные, хоть какие… Я вот слушаю и думаю, может Матвей и прав? Жути побольше нагнать…
— Давайте ему дачу сожжем? — миролюбиво предложил Матвей. — Зачем такому козлу дача? Перетопчется. А, парни?
— Мы все на нерве, — сказал я, пытаясь успокоить воинственных товарищей. — Сейчас самое время успокоиться. Давайте лучше думать, кто за всем этим стоять может.
Серега долбанул кулаком по столу.
— Думал! И так думал, и этак думал. Ничего в голову не приходит. Врагов у нас прилично, многим насолили, ничего не скажешь. Может кто из директоров? А может… хрен его знает!
— Пока ничего не понятно еще, — сказал Матвей. — Есть факты. Начальник налоговой полиции хлопает ваши «левые» фирмы, закрыл директора рынка и вот теперь закрыл Валерку. Это то, что определенно известно. Об остальном можно гадать хоть до утра…
Выпитая бутылка виски немного успокоила, но ничего стоящего мы под ее влиянием не придумали.
Весть об аресте Валерика распространилась со скоростью лесного пожара. На следующий день телефон у меня в кабинете не умолкал. Звонили перепуганные директора фирм, которыми руководил Валерик. Звонили озадаченные коллеги. Директора предприятий, на которых Валерик был нашим представителем. Но это все были не те звонки. Я ждал звонка от Бориса Борисовича. И дождался — он позвонил после обеда.
— Алексей? На месте? Это хорошо. Сейчас к тебе заедет мой помощник. Бежевая «восьмерка». Съездишь с ним в одно место. С тобой поговорить хотят. Поговоришь.
— Кто? — спросил я, догадываясь, кто.
— Увидишь, — отрезал Борис Борисович. — Ехать нужно будет без сопровождающих. Все, удачи!
Я выдохнул. Похоже, что-то сегодня прояснится…
Помощник Бориса Борисовича приехал быстро, минут через пятнадцать после его звонка. Был он очень похож на мелкого комсомольского вожака из недавнего прошлого — пламенный взгляд, аккуратный пробор, отутюженный костюмчик…
— Далеко ехать? — осведомился я.
— Не очень, — улыбнулся помощник. — Здесь по месту. Я вас привезу, сам выйду, а человек сядет. Такое распоряжение.
— Понятно, — согласился я.
Ехать действительно было недалеко. «Восьмерка» нырнула в район новостроек-двенадцатиэтажек, попетляла немного между домами и остановилась возле невзрачного подъезда.
— Я пойду погуляю, — сказал помощник.
И почти сразу после того, как помощник вышел, из подъезда выскользнула серая фигура. Я успел разглядеть серый плащ и серую шляпу. Серый джентльмен быстро и бесшумно расположился на заднем сиденье «восьмерки».
— Добрый день, — вежливо поздоровался я.
— Здоров, — буркнул серый. — Ну, поговорим?
— С хорошим человеком отчего не поговорить?
Серый хмыкнул.
— Догадался, кто я? — спросил он. — Вижу, что догадался. Ну, тогда будем знакомы, что ли. Миронов моя фамилия. Руковожу налоговой полицией в этом славном городе.
— Мои паспортные данные, полагаю, вам хорошо известны? — поинтересовался я.
— Не только. Некоторые стороны вашей преступной деятельности мне тоже известны очень неплохо. Не все, конечно. Но и того, что есть, достаточно, чтобы надолго вас закрыть.
— Чего ж не закроете? — не смог удержаться я.
— Ты думаешь, что мне нужен? — ответил он вопросом на вопрос, сделав ударение на «мне». — Да по мне так хоть перестреляйте и перегрызите друг друга. У сына машину отняли… Ваших рук дело?
— Насколько мне известно, автосервис вашего сына не очень качественно выполнил работу, — сказал я уклончиво.
— У жены — магазин… — продолжил перечислять обиды Миронов. — Я же понимаю, что вы маньяки и не остановитесь ни перед чем…
— Боитесь, значит, меня сажать? — усмехнулся я.
— И боюсь, — согласился он. — Короче, хватит попусту трепаться. Есть решение. По вашей фирме и по тебе конкретно. В разработку и сажать. Решение, как ты понимаешь, не мое. Начальства московского. А начальству, как известно, виднее.
— И вы меня позвали, чтобы сообщить эту преинтереснейшую новость? — скептически спросил я. — Что сами не при делах, а во всем виновато начальство?
— Я тебя позвал, чтобы сказать вот что, — ответил он холодно, — я пока садить тебя не спешу. Фору тебе даю, чтобы решил ты свои проблемы… Уж не знаю, с кем. Решишь — твое счастье. Не решишь — не обессудь.
Я весело рассмеялся. Что же, господин Миронов вполне понятен. И ситуация понятна.
— Вот оно как, оказывается, — сказал я. — Действительно, не позавидуешь вам. С одной стороны, начальство наседает. А с другой, вы боитесь, что мы вас, грешным делом, ухлопаем. Вот уж попал человек меж двух огней.
— Потом посмеешься, — сказал он недовольно.
— А что, в отставку — не вариант? — спросил я, стараясь говорить серьезно. — По состоянию здоровья… да мало ли! А мы бы вам выходное пособие… Плохо разве?