Страница 78 из 115
Подъехав к храму настолько близко, что их мог заметить человеческий глаз, Арон накинул на голову глубокий капюшон.
– Хочешь, чтобы тебя не узнали в этом кошмарном одеянии, – язвительно прошептал Дрик, заметив попытку мальчика спрятать лицо.
Арон кивнул, не вдаваясь в подробности, почему он делает это. Сейчас, когда в душе мальчика воцарились мир и покой, ему менее всего было нужно смотреть на толпы преклоняющихся перед ним воинов храма. Хотя бы сегодня он хотел провести спокойный день и спокойную ночь в глубоких уютных помещениях, вырытых и украшенных искусными руками гномов.
Страж, встретивший их у ворот, был молод, но он ещё не забыл тройку великих воинов, отправившихся много лет назад сопровождать последнего из появившихся здесь безымянных в восточный храм, который являлся его домом.
– Братья Сирик, Квин, Вир! – каждый раз произнося новое имя, воин стукал себя по груди.
– Брат… – брат Сирик замялся, не зная, как именно необходимо назвать того, кто приветствовал их.
– Кайн! – подсказал тот.
– Брат Кайн! – дружно выкрикнули наконец-то дошедшие до дома из далёких южных земель монахи.
– Где вы пропадали? – неподдельная радость в голосе брата Кайна пролилась бальзамом на души прибывших. – Мы уж думали, вы остались в восточном храме.
Арон отметил, что воины до сих пор избегают называть восточный храм главным. Они так и не смирились с главенствующим положением, которое занимает Верховный Жрец.
– Это долгая история! – брат Сирик пожал локоть брата Кайна, показывая ему своё расположение и пообещал: – Когда-нибудь за накрытым столом я расскажу тебе в подробностях о тех приключениях, которые свалились на нас в эти годы.
– Буду рад! – брат Кайн сердечно сжал руку брата Сирика в ответном пожатии. – Кого ты привёл с собой, брат? – теперь брат Кайн всматривался в спутников прибывших домой монахов. – Поселяне? Им, вроде как, не место в храме, – нерешительно вымолвил брат Кайн. – И парочка послушников с востока… А эти-то здесь зачем?
– Один из них тебе, возможно, даже знаком! – рассмеялся брат Квин.
У Арона оборвалось сердце. Он видел, как медленно, слишком медленно рука брата Вира тянется к его голове и снимает с него капюшон. Хотя для остальных это движение было почти молниеносным, Арон мог легко остановить руку воина, но он не сделал этого. Под ложечкой засосало, когда он взглянул в глаза брата Кайна. Увидев Арона, тот просто остолбенел, примерно на полминуты лишившись дара речи, но затем, прийдя в себя, опустился на колено, упершись рукой в землю, и выдохнул:
– Господин!
Вслед за ним преклонили колени и все остальные обитатели храма, кто мог видеть прибывшего в храм мальчика. Братья Сирик, Вир, Квин, Вилон и его отец непонимающе уставились на множество склонённых перед гордо стоящим Ароном голов. Первой из спутников Арона преклонила колени Зойя, затем Крим. За супругой последовал Кириям, таща за собой Вилона. Следующими были гномы. На ногах остались лишь трое монахов, которых Арон привёл из южного храма. Угнетающее зрелище коленопреклонённых людей заставило Арона на несколько секунд закрыть глаза. «Началось!» – пронеслась мысль в голове мальчика. Он ещё не хотел верить, что опять остался один. Друзья, которые поклоняются тебе… Разве могут они назвать тебя другом. Крим сделал выбор, выбор в пользу своего господина. И Вилон… Арон глубоко вздохнул, изо всех сил отгоняя от себя все волнения и страхи. Ну что же? Почти месяц он был обычным ребёнком. Разве это не был подарок судьбы? Сейчас же он снова избранный. «Господин!» – с издёвкой к самому себе подумал Арон. Мальчик открыл глаза, зная, что ни один из присутствующих не сможет прочесть в них всего, что творится в его душе. Сейчас в его взгляде была лишь власть, он был жёсток, в нём не было слабости.
Арон сделал знакомый воинам храма знак рукой, приказывающий им встать. Все поднялись на ноги и продолжили заниматься своими делами.
– Нам неизвестно было о твоём прибытии, господин! – извиняясь за то, что не узнал Арона, произнёс брат Кайн.
– Я знаю, – Арон кивнул воину-монаху, показывая, что всё в порядке, и он не сердится на него, затем спросил: – Мои покои готовы?
– Твои покои всегда ожидают тебя, господин! – склонил голову брат Кайн.
– Хорошо! – снова кивнул Арон. – Я найду дорогу сам, а ты посели моих гостей в стенах храма. И проследи за тем, чтобы до моего специального распоряжения они ни с кем не общались, включая тебя, и не выходили за территорию храма.
– Всё будет по слову твоему, господин!
– Крим, Вилон, Стик, Дрик, Клик и Блик ступайте за мной! – и Арон быстро проследовал в помещение храма.
Проходя дверь, мальчик снова накинул на голову капюшон и опустил голову, тщательно скрывая своё лицо от тех, кого бы мог встретить по пути в свои покои. Арон почти бежал, стараясь избежать повторения ситуации у стен храма. Войдя в свои покои, Арон медленно опустился в кресло.
– Вы можете идти! – кивнул Арон в сторону гномов. – Думаю, у вас есть здесь, с кем пообщаться после более чем месячной, разлуки.
Гномы тихо вышли из комнаты. Крим и Вилон, не говоря ни слова, стояли перед Ароном.
– Садитесь! – предложил он, указывая на стулья, стоящие возле письменного стола.
Но Крим опустился прямо на пол у ног Арона. Арон отвёл взгляд от друга. Перед его взором всё ещё стояла картина: коленопреклонённый Крим с опущенной головой.
– Ты сердишься на меня? – прямо спросил Крим.
– Нет! Нет… – Арон вздохнул. В конце концов, выбор мог быть только за Кримом. И теперь, когда Арон вновь остался один, всё становилось намного проще.
– Ты сердишься оттого, что я поклонился тебе!
Арон повернул голову, удивлённо посмотрев на Крима. В интонациях послушника не чувствовалось рабских ноток.
– Подумай немного! – теперь Крим обвинял Арона, и это всё более и более заинтересовывало избранного. Раньше послушник не позволял себе такого. – Как я мог просто стоять перед глазами у всех, когда остальные склонились перед тобой? Разве это не могло пошатнуть твою власть?
– Это навряд ли, – Арон всё ещё не спускал глаз с Крима. – Меня поставил над ними повелитель, проследив за тем, чтобы все это видели.
– Повелитель? – Крим, до этого сидевший вполоборота, всем телом повернувшись к Арону, развернулся и сел прямо, оказавшись спиной к другу. – Конечно! Как я ни подумал? Ничто не может пошатнуть твоего влияния здесь!