Страница 63 из 115
Внезапно в голову Арона прокралась мысль о гномах. Он совсем забыл о них. А ведь они могли в любой момент незаметно прокрасться в любое место.
– О, боги! – прошептал мальчик, затем поднял взгляд на наблюдающего за ним брата Квина и быстро сказал тоном, не терпящим возражений: – Мне нужно идти!
– Что ещё случилось? – всполошился брат Квин.
– Тебе лучше пока не знать! – ответил Арон, затем подумал немного и попросил: – Ты прости меня, если я сегодня словом или делом задел твоё самолюбие или обидел тебя. Буду рад, если ты спишешь это на моё состояние. И пусть боги будут благосклонны к тебе!
Сказав это, мальчик стрелой вылетел из подсобного помещения и скрылся так быстро, что выбежавший вслед за ним брат Квин так и не смог понять, куда именно побежал Арон.
А тот тем временем вбежал в тайный проход в подземелья и, закрыв за собой дверь, громко позвал:
– Юдик, Стик, Дрик, Клик, Блик! Быстро сюда!
Через минуту все пятеро стояли перед ним.
– Здоровья и счастья, Арон! – Юдик внимательно рассматривал полуобнажённого мальчика. – Как они тебя! – сожаление в голосе, смешанное со злостью, выдало магистра с ног до головы.
– И ку-да э-то вы пя-теро собра-лись? – с угрозой в голосе по складам произнёс Арон.
– Они должны заплатить, маленький господин! – проскрежетал Клик.
– Вы никуда не пойдёте! – медленно и чётко прозвучал голос Арона. – И никто ни за что платить не будет. Кстати, вы должны узнать, что повелитель одобряет моё решение, – последнюю фразу Арон добавил лишь для того, чтобы усилить результат. Арон хорошо изучил гномов. Он знал, насколько гномы боятся расстроить Геона. Знал он также о том, что они смогут найти лазейку в любом приказе, если не захотят выполнить его.
– Повелитель? – потеряно спросил Юдик.
– Да, – кивнул Арон. – Я беседовал сегодня со всемогущим сразу после экзекуции.
– Хорошо! – вздохнул Юдик, сдаваясь. – Но хоть полечить-то ты себя позволишь?
– О, это да! – Арон аж расхохотался. – Сегодня над моим телом так поиздевались, что ещё одно маленькое насилие с вашей стороны ему вряд ли способно навредить!
– Мы не причиним тебе боли, маленький господин! – обижено произнёс Дрик.
– Что-то верится с трудом… – улыбнулся гному Арон.
И гномы принялись лечить мальчика. Они промывали ему раны какой-то вишнёвого цвета жидкостью, потом накладывали мази, затем снова промывали, снова накладывали, повторяя свои действия опять и опять. Арон был настолько измучен, что уснул где-то на пятом промывании, тем более что Дрик оказался прав: гномы не причиняли ему неудобств. Скорее, было даже приятно не ощущать боли, а лишь сменяющие друг друга прохладу и тепло.
Крим сидел в углу комнаты, обхватив голову руками. Рядом с ним прямо на полу разместился брат Марк. Тим и Вилон тихонечко сидели на своих топчанах, боясь даже слово произнести.
– Он велел мне сидеть здесь до тех пор, пока все мои раны не затянутся, – сообщил брату Марку Крим.
– Я тебя предупреждал об этом! – брат Марк обнял мальчика за плечи, стараясь хотя бы немного огородить от той муки, которую тот сейчас чувствовал.
– Почему он не убил меня? – Крим уткнулся носом в плечо брата Марка.
– Ну-ну! – философ погладил мальчика по голове. – Не надо так! Успокойся! Всё образуется!
– Я так виноват! – выдавил из себя Крим.
– Арон так не считает! – высказался брат Марк.
– Он не хочет видеть меня! – Крим поднял голову, взглянув в глаза брату Марку. – Он презирает меня!
– О, нет! – рассмеялся брат Марк. – Арон любит тебя. И тебя, и Вилона, и Тима, хотя знаком с ним всего ничего. И даже меня, несмотря на всё то, что я сделал с ним в прошлом году. Он любит нас.
– Тогда почему он не хочет прийти сюда? Раз уж мне запрещено выходить отсюда, он сам мог бы прийти ко мне! Чем он может быть так занят, что не имеет возможности дать мне хотя бы взглянуть на него? – обвинительный тон Крима не нравился брату Марку, но он решил списать это на состояние мальчика, и не ругать того за сказанные в порыве страсти слова.
– Он выполняет твою работу, – ответил Криму брат Марк. – Делает то, что делал бы ты, если бы не твоя рана на руке и синяки на теле.
– Что? Он… Что он делает? – Крим снова охватил голову руками, изо всех сил сдавливая её. Сейчас мальчик жалел, что не погиб в тот злосчастный день, когда Арону довелось попробовать человеческой пищи. – А что мне делать? – пробурчал он в колени.
– Уехать отсюда вместе с нами, – усмехнулся жрец. – Что ещё тебе остаётся? Он опять оставил тебя без выбора!
– А если я не уеду… – Крим поднял взгляд на брата Марка.
– Арон продолжит свою политику! – продолжил фразу Крима тот.
– Брат Феон… – Крим закрыл лицо руками. – Я – предатель!
– Брат Феон так не считает, – мягкий тон брата Марка действовал успокаивающе. – Уже не считает! Он дал мне бумагу, согласно которой я могу забрать тебя отсюда.
– В самом деле? – удивился Крим. – И он не отторгнет меня от церкви?
– Нет, не думаю, – сердечная улыбка брата Марка окончательно растопила сердце мальчика, подарив тому толику надежды. – Во всяком случае, не в этот раз. Найдены некоторые записи, и мы думаем, что есть смысл пересмотреть некоторые позиции. Вкупе с тем, что произошло в ночь перед твоим изгнанием, это наводит на размышления.
– Записи? – заинтересовался Крим. – Какие?
– Я ознакомлю тебя с ними, как только мы попадём в главный храм, – пообещал философ.
– Но как я смогу сообщить Арону о своём решении? – послушник всем телом повернулся к жрецу. – Ты сможешь сообщить ему! Ведь ты поможешь мне?
– Конечно! – кивнул брат Марк. – А теперь, думаю, нам всем нужно немного отдохнуть. Я оставлю вас троих и попробую найти Арона.
Философ поднялся на ноги и вышел из комнаты, а Вилон с Тимом тут же подошли к Криму, чтобы расспросить о подробностях того, что случилось на пощади. Мальчики до сих пор не поняли, что конкретно произошло, хотя знали, что случилось нечто очень нехорошее.
Брат Марк нашёл брата Квина, потеряно бродящего по храмовой площади.
– Ты не знаешь, где сейчас Арон? – поприветствовав воина, спросил философ.
– С полчаса назад он буквально вылетел из подсобного помещения и исчез, попросту испарился. Я не смог даже сообразить, в какую сторону он убежал, – брат Квин развёл руками. – Был, и нет! Как можно так носиться, имея такие раны на спине, к тому же полураздетым. Как ты справляешься с ним, брат?