Страница 57 из 115
Вновь началась пляска, сопровождаемая внезапными нападениями на Арона. Но мальчик каждый раз в самый последний момент уходил от кажущегося неизбежным удара, сопровождая свои действия дельными замечаниями, которые помогали нападающим всё более и более приближаться к Арону. Но всё же воины чувствовали, что у них не хватает ни скорости, ни ловкости, чтобы поразить маленького соперника, даже работая сообща. Арон не нападал. Он просто наслаждался той толикой свободной радости, которую приносил ему бой. Его мышцы, пришедшие в тонус, пели свою обычную песнь. Он был охотником, и не был им. Он просто играл. Играл в какую-то свою игру, всё более и более совершенствуя навыки и умения. Он направлял нападающих на него, и моментально продумывал защиту. Он жил мгновением, долей секунды, в течение которой обязан был сообразить, как отразить очередное нападение, которое устроил себе сам. Арон глядел на лица монахов, которые светились от счастья. Они нашли своего противника. Противника, достойного их. Того, кто может даровать им новые навыки, дальнейшее развитие их воинского мастерства. От адреналина вскипала кровь. Они дошли до апогея радостного возбуждения, как площадь огласил крик:
– Нет, Арон, нет!
Все четверо повернулись, наблюдая за быстро приближающимся к ним братом Марком.
– Доброе утро, учитель! – опустил, как положено веки, Арон, как только философ оказался в паре метров от него.
– Доброе утро, ученик! – склонил голову брат Марк. – Что ты творишь?
– Я… – Арон остолбенело уставился на учителя. – Ну… мы проводим тренировочный бой.
– Счастья и благоденствия тебе, брат! Ты оказался прав! – глаза брата Вира сияли от счастья. – Твой ученик – превосходный воин!
– Так вы не… – брат Марк замялся.
Арон подумал, что философ, скорее всего, вспомнил тот его первый бой с братом Тимирием, когда Арон чуть было не покончил с Главным Жрецом храма воинов церкви.
– Нет! – отрезал Арон. – Мы просто развлекались.
– Арон выполнил всю работу, предназначенную ему на этот день! – сообщил брат Вир. – И мы решили потренироваться.
– Что? – брат Марк отступил на шаг назад. – Арон что сделал?
– Так как Крим болен, то Арон предложил свои руки вместо рук Крима, – брат Вир обнял мальчика за плечи. – Он очень расторопен, и встаёт с солнцем. Твой ученик – особенный!
– Ты даже представить себе не можешь… – Брат Марк горько вздохнул. Что скажет ему брат Феон? Как сможет он объяснить в главном храме, что избранный выполнял чёрную работу на юге, где жрецы приравниваются к заключённым?
– Мы давно не занимались, ученик! – обратился брат Марк к Арону. – И я бы хотел сегодня продолжить наши занятия.
– В любое время учитель! – ответил философу Арон.
– Я бы хотел сейчас! – исподволь оглядывая собравшуюся вокруг них толпу, пожелал брат Марк.
Арон кивнул и, обернувшись к воинам храма, в знак прощания отдал честь.
– Я приду позже, если вы не возражаете, – сказал мальчик.
– Ни словом, ни делом! – пробасил брат Сирик. – Приходи.
– Пойдём! – брат Марк пошёл в сторону храма.
– Куда мы идём, учитель? – резко спросил его Арон, через секунду пожалев о своём тоне.
– В комнату… – философ остановился, непонимающе уставившись на мальчика.
Перед Ароном мгновенно встало видение немой сцены в той самой комнате, куда сейчас пытался отвести его брат Марк. Посередине комнаты, словно каменное изваяние, стоит он, а в углах своих топчанов, глядя на него, словно на зверя, жмутся надувшие губы Тим и Крим…
– Там слишком людно для обучения, – не терпящим возражения тоном сказал Арон. – Я знаю, где нам никто не помешает, учитель!
Арон повернулся и пошёл в противоположную от храма сторону, к тайному проходу в подземелья.
В это утро, сидя перед камином на принесённых гномами шёлковых красных подушках с ярко-синим орнаментом, брат Марк подробнейшим образом рассказывал Арону историю четырёх храмов, главное место в которой занимали события, произошедшие в далёком прошлом именно в том храме, в котором находились они сейчас.