Страница 100 из 115
Следующий день пути Арон, Крим, Кип, Вилон и Ника шли неспешно, останавливаясь на отдых не менее пяти раз, если не считать кратковременные остановки, которых было немало. Протоптанные тропинки кончились, лес начал редеть, появились первые признаки скальных пород, изредка отмеченных жилами различных минералов и камней. Здесь уже не было так тихо, как у подножья гор. В этих местах гуляли резкие порывы ветров, порою пронизывая путников до костей своим ледяным дыханием. Особенно доставалось совершенно неподготовленной к таким переходам Нике. Арон изо всех сил старался надеть на неё как можно больше одежды, но Ника храбрилась и сопротивлялась. Когда, наконец, девочка закашляла, её уже перестали слушать и силой завернули в тёплое одеяло, которое приказали тащить на себе, либо разворачиваться и отправляться домой. Возвращаться в храм Ника не захотела, и, нахохлившись, закрывшись одеялом с головой по самый подбородок, угрюмо плелась сзади. К концу дня уже все, за исключением Арона, завернулись во множество тёплых вещей. Несколько раз Крим с Вилоном предлагали другу одеяло, но тот просто отмахивался. Арон не знал, почему, но он вовсе не ощущал холода в этом месте. Руки и лицо его были тёплыми, а сам он был бодр и свеж, как никогда. Высокогорный воздух освежал, придавая сил. И у Арона оставалась единственная забота – следить, чтобы он не слишком опережал своих спутников. Примерно к середине дня растительность уже почти полностью исчезла, уступив место голой земле и скальным породам, а к концу дня путники подошли вплотную к скалам. Решив начать восхождение с утра, они устроили лагерь у подножья скал, выбрав наиболее защищённое от ветров место, похожее на каменную чашу без одной стенки с южной стороны. Над головой было открытое небо, дождей не ожидалось, и путники решили использовать все доступные средства, чтобы как следует согреться. Арон с Кримом принесли из леса веток и дров, которые накололи остро заточенными кинжалами хранителей, спрятанными в рукавах. Лезвия таких кинжалов делались из особого сплава, и затупить их было практически невозможно. Соорудив очаг, огороженный камнями, друзья разожгли костёр и примостились вокруг огня. На этот раз Арон не отлучался из лагеря, опасаясь, что в его отсутствие может произойти нечто непредвиденное. Они поднялись уже достаточно высоко, чтобы опасаться за жизнь и здоровье наиболее слабых из их группы. Арон понимал, что для него это последняя возможность выспаться. Мальчик не знал, сможет ли во сне контролировать состояние своих спутников. Хотя он также мало понимал, как именно он это делает и наяву, но он точно знал, что наяву это уже происходило, а значит, произойдёт вновь.
Едва лишь солнце осветило склоны гор, все пятеро оказались на ногах. Арон обратил внимание на то, что никто из тех, кого выбрал в его сопровождение Геон, ни разу до сей поры не пожаловался на трудности пути. Даже маленькая Ника старалась не быть обузой их группе.
После завтрака Арон, Крим и Кип стали внимательно осматривать склоны гор. Кругом были голые скалы с отвесными стенами, забраться на которые казалось делом совершенно невозможным. Крим предложил, чтобы двое из них, а именно он и Кип, используя кинжалы хранителей, поднялись до первого скального уступа, который находился примерно в двухстах метрах над их головами, контролируя друг друга. А оттуда, закрепив верёвки, подтянули бы остальных. Но Арон резко отверг его предложение, сказав, что не может жертвовать друзьями. Он решил влезть на гору сам, предположив, что навряд ли разобьётся, упав с такой высоты.
– Ты всё время твердишь мне, что ты не человек! – Крим уже перешёл на крик, пытаясь убедить Арона в целесообразности своего решения. – Ты говоришь, что упадёшь, и не разобьёшься. Но я уже не раз видел тебя в таком состоянии, в котором не хотел бы увидеть вновь. У меня создаётся впечатление, что ты совершенно не заботишься о своей безопасности. Чувство самосохранения вылилось у тебя в нечто, совершенно противоположное, как будто тебе кажется, что без тебя мир станет лучше! – Арон, скрестив руки, и не произнося ни слова в ответ, смотрел на Крима, а тот, всё более и более распаляясь, продолжал. – Но ты представь, что будет со всеми нами, если ты вдруг не умрёшь, нет! – Крим замахал руками, жестами помогая себе. – Если ты вдруг не сможешь контролировать себя. Даже так! Не сможешь просто контролировать своё тело! – Арон в удивлении приподнял брови. – Нет, ты послушай! – Крим кричал так, что эхо, многократно повторяя его слова, буквально оглушало. – Ты подумай! Мы же не выживем без тебя! Подниматься на гору должны мы. Мы…
– Вы оба нужны мне живыми! – перебил Крима Арон.
– Да сколько же раз говорить? Мы сможем проконтролировать друг друга! – снова взорвался Крим.
– Не сможете! – тихий голос Арона, казалось, высекал слова, и от этого звучал значительно весомее, чем крик Крима. – Мы уже поднялись на высоту выше пяти тысяч метров. Воздух разрежен, и это небезопасно. Вы будете далеко от меня. Я не знаю, смогу ли помочь вам с этим там, наверху. Вы можете не справиться с физической нагрузкой, а я справлюсь. К тому же моя подготовка существенно лучше вашей. Поэтому нет резона подниматься вам, – Арон немного промолчал, а затем добавил: – И я больше не спорю. Это приказ!
– Хотя бы позволь мне влезть на эту гору вместе с тобой? – упавшим голосом произнёс Крим.
– Нет! – покачал головой Арон. – Слишком опасно.
– Слушаю, господин! – склонил голову Крим, стараясь задеть тем самым друга.
Арон медленно прикрыл глаза, глубоко вздохнул и открыл их вновь. Теперь взгляд Крима был прикован к нему, и во взгляде этом читалось сожаление. Арон положил руку на плечо друга, как будто показывая, что всё понимает, и тому вовсе незачем произносить слова извинения, затем схватил тяжёлый моток верёвки, повесил его на плечо, выхватил из рукавов два крепких кинжала и быстро начал забираться вверх. Арон никогда не пытался лазить по скалам, и ему самому показалось странным, как ловко это у него получается. Он казался себе каким-то животным, которое с помощью когтей – а кинжалы действительно словно приросли к мальчику, став частью его – легко лезет по стенам. Пару раз нога Арона сорвалась со скользкого камня, но мальчик настолько быстро восстанавливал положение, что наблюдающие за ним снизу друзья даже не заметили, что Арон подвергся опасности. Спустя половину часа Арон уже привязывал верёвку к одному из острых выступов скалы, находящихся на площадке, куда он забрался.
– Первая Ника! – крикнул он вниз. – Привяжите её как следует. Постарайтесь, чтобы ей ничего не перетянуло.