Страница 25 из 74
Рядом, так же блаженно раскинув листья, урчал Пушок. Теперь Валерия почесывала сразу двух хтонических монстров, совершенно не напрягаясь.
Картина была настолько абсурдной, что на крыльце дед Корней опять уронил челюсть на грудь, а дядя Боря тихо осел на доски.
Анжелика смотрела на Диану крайне заинтересованно. Даже без привычного для Голубевой яда, только любопытство.
Я молча принюхался.
Мой Чёрный Желудок молчал. Никакой тревоги, никакой кислотной магии или ментального подчинения. Шарик, раздавленный виконтессой, не имел к боевой магии никакого отношения. От него тянуло только сложным, многокомпонентным растительным эфиром. Резкий, дурманящий запах какой-то пыльцы, на которую моё тело вообще никак не реагировало.
Зато мозги сестры перемкнуло намертво.
— Это какого хрена сейчас произошло? — процедил я, надвигаясь на Медведеву. В голосе лязгнул металл. — Почему моя Мелкая сейчас ведет себя, как обнюхавшаяся дворовая кошка? Ты её отравила?
Валерия плавно выпрямилась. Бросила на меня взгляд, полный снисхождения, и отряхнула руки.
— Не отравила. Охладила пыл, — спокойно ответила она, перешагнув через мурчащую от кайфа Диану. — Знаете, сударь Волков, ваша сестрица, конечно… полна энтузиазма, но ей критически не хватает базы.
Она скрестила руки под пышной грудью.
— Вы правда думали, что впрыснуть её спору прямо в центральный ствол моего Главного Узла — это гениальный ход? Она пустила свою ману в мой фильтр, господин Волков. И как только её корневой «троянский конь» начал присасываться к магистралям «Северного Ветра», мои лаборатории за две секунды полностью разобрали состав её ауры, алкалоидов и клеточной структуры.
Виконтесса изящно наклонила голову вбок.
— Мои химики лучшие в Империи. Я создала антидот из реликтовых растений Бездны. Он не убивает, — она кивнула на валяющуюся сестру, — он действует как био-ингибитор для её конкретной, специфической флоры. Усыпляет центры агрессии и вызывает острую эйфорию. Своего рода «кошачья мята».
Мои брови медленно поползли вверх.
Ах ты ж, стерва умная… Мелкая думала, что хакнула систему Медведевых, а в итоге сама добровольно сдала этой бабе свою ДНК и чертежи всех своих слабостей на блюдечке.
Валерия уловила понимание в моих глазах и лукаво, почти интимно, мне подмигнула.
— Вы и сами видите, как ваша маленькая бестия сейчас шелкова и покладиста, — бархатисто произнесла она. — И знаете… я с радостью передам вам образцы этого антидота. И даже подробную формулу его синтеза. Согласитесь, иметь в кармане персональный «выключатель» для такой шумной родственницы — весьма заманчивая перспектива, не так ли? Она больше никогда не испортит вам интерьер или настроение.
Её глаза сверкнули холодом.
— Однако, Ярослав Андреевич. Столь ценные научные труды я раздавать задаром не привыкла. И раз уж я прибыла в ваши владения столь… экзотическим способом… не желаете ли обсудить наши дальнейшие дела за чашечкой чая?
Виконтесса подошла ближе. Вплотную. Дорогой парфюм смешался с запахом дождя.
— Тет-а-тет. Только вы и я. В обстановке, более подходящей для переговоров двух Альф, чем эта грязная лужа. Согласны?
Я смотрел на эту девицу в черном шелке. Потом опустил взгляд на Диану, которая пускала слюни счастья, обнимая сапог Валерии.
На зеленый шарик в ее руке Ди смотрела глазами счастья. Разве что розовые сердечки маны не пускала.
Эта девка понимала в биологии Бездны и растениях раз в десять больше, чем моя пушистая террористка. И она не паниковала перед силой. Она увидела проблему и за ночь придумала против неё эффективное решение.
Я ухмыльнулся, медленно, с удовольствием предвкушая игру.
— Тет-а-тет? В приватной обстановке? — я лениво потянулся, поправляя полы своего мятого халата. — С радостью.
Я галантно махнул рукой в сторону дверей особняка.
— Идем, поделишься рецептом своей дури. Но учти: из этого дома без моего разрешения ты больше не выйдешь.
— Вот как? — она рассмеялась, её смех лился как звон колокольчиков. Колокольчиков из черепов. — Что ж, я согласна! Так даже веселее!
Столовая
Дед Корней и дядя Боря тактично слиняли из столовой от греха подальше, заявив, что «срочно проверить, не подтекает ли Якорь». Так что на утренней, заваленной посудой кухне мы остались втроем, если считать молчаливую обслугу.
Из коридора доносился оглушительный грохот, топот и совершенно сюрреалистичные звуки.
— Ну идите сюда, мои теплые спичечки! Мяу! — сладко, с отчетливым кошачьим мурчанием пела Диана. Судя по звукам, она активно передвигалась на четвереньках. — Дайте я о вас потрусь! Я такая пушистенькая! Кому пузико подставить?
— Слезь с меня, бешеная тварь! Не трогай моё платье! — истошно вопила Анжелика. Слышался звук отодвигаемого комода.
— Лиза, она мне ногу слюнявит! Отцепи её! — вторила Диана-Водяра.
— Да чем я её отцеплю⁈ — истерила Лиза. — У неё хватка как у бульдога! Брысь! Фу! Изыди! Не трогай меня или я тебя газеткой шлепну!
— Пульверизатор! Надо побрызгать на неё!
Моя сестрёнка, словившая жесткий передоз от волчей «валерьянки», продолжала терроризировать наш небольшой женский батальон невероятно агрессивными обнимашками. А они не могли применить магию, боясь спалить свежий ремонт Демида. Идеальное утреннее шоу.
Я откинулся на спинку стула, широко расставил ноги и с хрустом откусил здоровенный кусок от холодной вчерашней котлеты. Жевал медленно, с демонстративным, пренебрежением к этикету. Мой взгляд не отрывался от гостьи.
Иллириэль бесшумно шагнула к столу в своем чепчике и кружевном фартучке. Она изящно поставила перед Валерией дымящуюся чашку с чаем, коротко поклонилась, бросила на меня убийственный взгляд и испарилась в тенях.
Виконтесса Медведева сидела напротив.
Её черный шелковый пеньюар был безвозвратно испорчен пятнами грязи, болотной воды и следами слизи из корневого туннеля Игорька. Босые ноги покоились на холодном линолеуме.
Но сидела она так, словно этот обшарпанный стул из ДСП был её законным Императорским троном. Идеально прямая спина, чуть вздернутый подбородок. Она взяла надколотую фаянсовую чашку с таким аристократическим изяществом, что мне на секунду показалось, будто мы пьем эльфийский нектар на приеме в Столице, а не хлещем заварку в нашем переделанном особняке.