Страница 60 из 118
— Тогда надо было позже проводить! Разослать сообщения по всему миру, дать время желающим добраться, чтобы посмотреть лично! — тихо шипел я, чтобы не унизить авторитет ректора перед подчинёнными и учениками. — Такая возможность на весь мир прогреметь была…
— Я должен думать о том, чтобы тех, кто уже учится в моей Школе вдохновить! — резко возразил он мне. — К тому же, кто мешает тебе повторить? И не здесь, а где-нибудь поближе к центрам цивилизации. В Александрии Египетской, в Афинах или Вообще в столице?
— А почему не в Индии? — съязвил я.
— Туда тоже можно заглянуть! — серьёзно подтвердил он. — И в Карфаген, если к тому времени это будет безопасно. Пусть все своими глазами, а не на картинках увидели. Чтобы у мальчишек глаза загорались от мысли: «Я буду учиться в Механической Школе!» Чтобы философы не кривили губы пренебрежительно при слове «механика», а сами захотели свою идею в металле воплотить.
А ведь в этом что-то есть! В конце концов, это работает на самую большую из задач, которые я теперь ставил перед собой. Изменить мир, сделать так, чтобы экспериментальная наука не была в загоне, чтобы прогресс ценили…
— А пока смотри и думай! — подвёл он итог. — Что надо убрать, что поправить и как изменить. И радуйся, что у тебя есть эта пробная попытка.
«Ну вот, сразу видно состоявшегося руководителя!» — мысленно улыбнулся я. — «Умеет превратить свой промах в достижение!»
И вот хожу, примечаю и размышляю.
* * *
Разумеется, полным сюрпризом для меня здешние «чудеса механики» для меня не были. Кое-что я сам им подсказывал, по многим вопросам консультировал… Так что не знал я только списка вещей, которые они приготовили к показу.
Да и не всё тут было чистой механикой. По странному извиву административной логики оптику тоже к их ведомству отнесли. В специально затемнённом зале зрителям в очередной раз показали разложение луча белого света на многоцветный «радужный» спектр, потом впервые продемонстрировали картинку интерференции света, пробивающегося из двух узких щелей, расстояние между которыми можно было менять. Зрители завороженно наблюдали, как параллельно с этим меняются ширина, расположение и окраска цветных полос на экране.
А я в это же время прошёлся по залу и сделал пометку в уме: «Не следует выбирать для демокстрации большой зал, с задних рядов и с боковых мест зрителям плохо видно!»
Потом посетители увидели работу диапроектора. И «целых» три (!!!) цветных картинки. Их немногочисленность устроители пытались компенсировать пятикратным повтором. «Слайдов нужно побольше, можно делать и черно-белые текстовые, желательно, чтобы это были не просто картинки, а единая презентация!» — запомнил я на будущее. Заодно выяснил, почему слайдов так мало. Наши «гении механики» сделали их по принципу витража, собрав из тонких, идеально подогнанных друг к другу цветных стёклышек.
Я подивился их трудолюбию, и сделал себе пометку о том, что нужно отработать более простую технологию, например, рисовать раствором окрашенного пластика на стеклышках. Если это не сработает, всё равно, можно найти что-то более простое. И желательно — пригодное для тиражирования небольшими партиями. Тогда диапроекторы и диафильмы станут не только товаром для элиты, но и средством для пропаганды в их среде наших товаров и достижений, а значит, и научно-технического прогресса.
* * *
— Не получится больше никого в пустыне против Русы поднять! — покачал головой Ильдар Экбатани. — Не знаю, как он это сделал, но в отсутствие его людей вода почти сразу исчезает. Одни говорят про колдовство, другие — про волю богов, третьи объясняют всё хитростями механики…
— Но суть от этого не меняется, все верят, что Руса Еркат даёт воду, но он же может и отнять! — мрачно дополнил Диомед Фиванец.
— Главное тут в том, что он её им
даёт
! — куда более спокойно дополнил Тит Синопский. — А ещё предложил всем желающим повоевать на его стороне. Обещает хорошую плату плюс долю в добыче. Молодец, грамотно поступил! Но я тебя, Ильдар, знаю, ты хотел поговорить о другом. Вот и давай поскорее, нас ждут более приятные дела.
С этими словами он довольно шлёпнул по попе приглянувшуюся ему индийскую танцовщицу, скромно сидящую справа от него.
— Эти их
моторные шхуны
… — поморщившись, начал Ильдар. — Их с каждым месяцем всё больше. Они легко захватывают гаулы и топят наших «толстушек» даже втрое меньшим числом… А за вёсельными кораблями успешно гоняются биремы Библиофила. В результате же сейчас в Сиракузах цены на всё привозное выросли в полтора раза, а на вывозимые товары, наоборот, снизились вдвое. Торговля
уже
перестала приносить прибыль.
— К чему ты ведёшь? Я не отдам Сиракузы Македонскому! — от взгляда Диомеда у обоих его партнёров невольно побежали мурашки по спине.
— Это дело военное и решать только тебе! — сделал примирительный жест Тит. — Но вот торговые дела касаются всех нас троих,
партнёр
.
— И я предлагаю переместить наши производства, — подхватил перс. — Хотя бы на Запад Сицилии. Но лучше бы часть из них вообще перенести в Западную Африку, где Тит уже неплохо устроился, там нам никто не помешает.
Фиванец обдумал сказанное партнёрами, тряхнул головой и почти пролаял:
— Согласен. Но и у меня к вам будет встречное условие. Придумайте, как убить, а лучше — захватить и вывезти сюда этого Русу Ерката.
Экбатани дёрнулся было что-то возразить, но, будто споткнувшись о взгляд Диомеда, проворчал:
— Попробуем. Но учти, другие люди пробовали это уже не раз. Сейчас он слегка расслабился, но у нас будет только одна попытка.
* * *
После небольшого перерыва публика потянулась в другой зал, где демонстрировалась собственно механика. Для начала всем показали обычный «волчок», игрушку из моего детства. Пара движений, и юла раскрутилась, рисунок на боках размылся, а зрители завороженно наблюдают за диковинным зрелищем: то, что должно упасть, качается, но продолжает стоять. Зрители подходили, тянули руки к игрушки, но механики ревниво отстраняли их, дескать, поломаете ещё, а у нас он всего один!
«Сделать несколько волчков, раздавать посетителям, чтобы могли потрогать своими руками и поиграться самостоятельно!» — пометил я для себя. — «Желательно после демонстрации начать продажи. Много мы на этом не наживём, но молва о наших чудесах пойдёт в народ, ведь покупатели будут хвастаться, а их завистники — сплетничать!»
* * *