Пари на императора драконов

Глава 26

Я промаялась в комнате до позднего вечера. О маме не было никаких известий. А бежать и наводить панику совершенно не хотелось.

А еще я вдруг поймала себя на ужасной мысли — боюсь встречаться с отцом, потому что прекрасно знаю, о чем он захочет поговорить.

Совместного ужина хватило, чтобы осознать — опасения Льюиса не были пусты.

Папе и правда не нравится сама мысль, что я обрету в императоре истинного. То, как он рычал, как вёл себя... Я оказалась в западне.

И нужно было собраться с духом и пойти всё выяснить, но что-то останавливало. Я не понимала, но интуиция шептала: обождать.

На террасе послышался шум. Обернувшись, я уставилась на Льюиса, появившегося в проеме двери.

— Мама? — мой голос дрогнул.

— Еще не разродилась, но всё идет хорошо. Там Дара, опытная повитуха, и все целители замка в полном составе. Он прошел в комнату и остановился у кровати.

Его явно что-то терзало, но что — понять не могла.

— Может, расскажешь? — предложила я.

— Да если бы сам понимал, — он пожал плечами. — Я ничем не задел Вегарта. Напротив, мы всегда были даже не союзниками, а семьей. Теперь же он как с цепи сорвался. Скажи, Юниль, а Вегарт отчитывал тебя за ухажеров или всё же...

— Да нет, — я даже не дослушала. — Говорил только одно: присматривайся внимательнее. Брачный союз ведьмы — это на всю жизнь.

— И как он отнесся к тому, что тебе пришло приглашение посетить Драгонест? — взгляд Льюиса стал напряженным.

Я пожала плечами и, подойдя к нему вплотную, обхватила руками за талию. Уголки его губ приподнялись, и я тут же оказалась в тесных объятиях.

— Отвечай, Юниль, для меня это важно.

— Не желал везти и говорил, что рано мне. Но мама настояла. Разговор у них был долгий.

Он облизал нижнюю губу и прикусил её клыком. После рассерженно цокнул.

— Что? — я внимательно следила за ним.

От ответа его спас стук в дверь. Нехотя выпустив меня из объятий, Льюис позволил мне открыть. На пороге оказался отец.

Генерал Вагни быстро нашел моего гостя взглядом и зло оскалился.

— Что ты делаешь в комнате моей дочери? Тебе плевать на её репутацию, Льюис?

Это обвинение показалось мне настолько несправедливым, что я вспыхнула возмущением.

— Папа! Во-первых, эта комната находится в императорском крыле, а во-вторых, кого хочу, того к себе и впускаю.

Он резко отступил. Взгляд заметался.

— Лучше скажи, как мама? Жутко волнуюсь.

Плечи отца опустились, и он просиял.

— Сын, — догадалась я.

— Два, — он и вовсе рассмеялся. — Близнецы, Юниль! У тебя два брата! И главное, ни один целитель не понял, что в утробе два малыша. И такой сюрприз!

Как же я была счастлива в этот момент! Мама жила семьей. Она обожала нас, но я знала, что втайне хотела и сына. А тут такой дар богов!

— Интересно, драконы или волки? — Льюис подошел со спины и положил руку на мое плечо.

Отец снова стал хмурым.

Я все не могла понять, что же с ним происходит.

— Ведуны, — ответил он и тряхнул головой. — Темные ведуны оба. Но в одном чувствуется кровь перевертыша, а в другом дракона. Скорее всего, даже будут способны совершить оборот.

Я и вовсе сжала ладони в кулаки.

В семье теперь два сильных достойных наследника. И не абы какой крови.

— А маму? Маму можно увидеть?

Он поморщился и нехотя качнул головой.

— Прости, дочь, но даже меня пустили буквально просто убедиться, что с ней всё хорошо, ну и сыновей показали. А после — выпроводили из комнаты. Возможно, с утра, когда она отдохнет и наберется сил. Но... — он снова уставился на императора за моей спиной. Потом на его руку, что лежала на плече. — Юниль, ты должна переселиться в комнаты, что заняли мы, и немедленно. Это вредит...

— Нет, — голос Льюиса был настолько резок, что я вздрогнула.

— Что значит нет? Она моя дочь! И я решаю, где ей находиться! — отец мгновенно вышел из себя.

— Она моя истинная и... — он вдруг замолчал и усмехнулся. — Решать, Вегарт, будет Юниль. Она не игрушка в наших руках. Я совершил уже раз ошибку, решив, что имею право говорить за нее и указывать, как быть. Дважды я подобного не допущу. Она не кубок, который мы перетягиваем из рук друг друга.

Ой, как мне понравились его слова!

Нет, ну знала, что лис подмасливается, но всё же.

Отец смутился. На его лице появилась растерянность. Он словно молчаливо вопрошал: «А что, так тоже можно?» — и это показалось мне смешным.

— Папа, никто в эту комнату не заходит без моего дозволения, — сказала я и прямо наступила пяткой на ехидненький голосок, который подначивал, напоминая, что как бы у меня проходной двор. — И я здесь обитаю уже две недели, и всем это известно. Так что если я переберусь в другое крыло, то ничего не изменится. Да и я не хочу. Мне нравится здесь.

— А как же сестры? Неужто не соскучилась? — отец умел надавить, да только хорошо я знала все приемы.

— Ты так говоришь, словно меня год дома не было. Я всегда могу добраться до них. А они прийти сюда. Да и зачем им в компании старшая сестра, которая будет следить за ними? Пусть веселятся без надзора. Я прекрасно помню себя в их возрасте, когда хочется свободы и самостоятельности.

— Но мама сейчас не может проконтролировать их, Юниль. А ты старшая...

— Папа, я буду с ними столько, сколько нужно. Естественно, не оставлю их совсем уж без присмотра, но ты мне предлагаешь у их кроватей спать и охранять? Да что с тобой? — я не выдержала. — Клара, Злата и Вея не беспомощные младенцы. Да даже Элдрик уже давно не глупое дитя, хоть мы и привыкли относиться к ней как к младшей. Или дело не в сестрах, а в том, что ты почему-то не счел важным сказать, что у меня есть истинный? Это было настолько несущественным для тебя? И поэтому ты не желал меня сюда пускать? А после у меня еще и в ухажерах оказался Олсен Стейн. Ты знаешь, как это унизительно, когда отец приставляет к тебе дутого жениха? Может, дело в этом?

— Хватит, — он резко отступил. — Этот разговор серьезный, и он не к месту. Вернемся домой и всё обсудим. А пока...

— А пока, папа, я буду принимать решения сама. И я остаюсь в этой комнате. За сестрами присмотрю. Семья для меня важна. А еще честность, так ведь ты учил. Нельзя обманывать близких. Играть ими. А выходит, что тебя это правило не касается. Ведь по-иному я появление в своих женихах Олсена объяснить не могу.