Страница 133 из 184
Глава 14
Юниль Вагни.
Открыв глаза, уставилась на кресло. Его там не было, и, как ни странно, я ощутила лёгкое разочарование. Вздохнув, повернулась к окну.
Сумерки...
Солнце медленно заходило за кроны деревьев.
Потянувшись, ощутила лёгкую боль чуть выше глаза. Подняв руку, скользнула по тому месту, куда прилетела та самая ветка.
И всё же я так и не понимала, почему забыла Льюиса.
Мне легко было называть его по имени, и это о многом говорило.
Да и чувство... Ощущение, что рядом чужак, проходило.
Зевнув, всё же села. Сомкнула и разомкнула веки.
Вроде бы и спала, а такая усталость. Тело ныло. Так бывало, когда слишком долго лежишь в постели, например, когда болеешь.
Нехорошие ощущения.
Встав на ноги, размялась и отправилась в гардеробную. В прошлый раз я как-то не присматривалась, зато сейчас увидела незнакомые мне просто роскошные наряды. Особенно привлекало внимание платье цвета спелой вишни. Яркое, сочное. И такое...
Протянув руку, коснулась подола, и тут же в голову словно врезалась иная картина. Я в примерочной, а передо мной стоит блондинка и старается втиснуться в жутко нелепое синее платье.
«Почему ты такая жалкая, орина Ордо?»
Я дёрнулась. Странное впечатление. Это было воспоминание о том, о чём напрочь забыла.
Жалкая... Да, весьма подходящее слово.
Взяв домашнее платье, отправилась в купальню. Она была удачно отделена от основных комнат и прекрасно оборудована. Большая купель с отверстием для слива. В такую, если заберёшься, можно сидя скрыться и с головой. Две бочки поменьше. Ну и отдельно широкая невысокая лохань. Именно к ней я и поспешила.
В родном поместье купальни располагались рядом с банями в отдельных строениях. Мы с сёстрами любили понежиться в чанах.
Воспоминания о родном доме вызвали грусть.
Проверив, нет ли там нигде императора, быстро поставила на лавку ведро с прохладной водой. Скинула с себя одежду, собрала волосы на затылке, чтобы не замочить, и забралась в лохань.
Мылась очень быстро. Как будто у генерала нормативы сдавала. Мыло, ветошь... И раз... два... три.
И всё время прислушивалась — не идёт ли кто.
Но пока было тихо.
Закончив, выбралась и, скользя по полу, схватила широкое длинное полотенце. Завернувшись в него, выдохнула.
И тут же напряглась, услышав звуки. Мой взгляд заметался.
Откуда? Из моей комнаты? Император ко мне явился?
Снова неясный шум. Я покосилась на чистое платье и нижнее белье. Вот начни сейчас одеваться, он ведь заявится. Непостижимым мне образом поймёт, что к чему, и возникнет передо мной несокрушимым драконьим изваянием.
«Истинный» — я хмыкнула.
Такой был мне не по зубам.
Впервые в жизни я робела перед мужчиной.
Дожила честная тёмная ведьма! И тебя в бараний рог скрутили. Собственные панталончики на зад боишься надеть.
Но нет, таки надела, правда, очень быстро. А вот размотаться и впорхнуть в платье не рискнула.
Осторожно, на цыпочках, пошла в сторону своей комнаты. Замерла в проходе и выглянула.
— И что там? — раздалось сзади над самым ухом.
Взвизгнув, развернулась и, как папа учил, размахнулась, чтобы зарядить кое-кому в глаз.
Но нет, руку перехватили.
Льюис смотрел на меня, еле сдерживаясь, чтобы не захохотать.
— Ты... — зашипела я, чувствуя, как магия выходит из-под контроля. — Ты что, смерти моей хочешь?
Смеяться он разом перестал. Выдохнул и вдруг, схватив меня за плечи, притянул к своей груди.
— Жизни я хочу, Юниль. Хорошей и светлой. В спокойствии и любви. И чтобы доверять мог тем, кого семьёй называю. Да не выходит.
— Ты о чём? — положив руки на его грудь, хотела оттолкнуть, но что-то помешало, вместо этого я нагло оценивала, насколько тверды его мышцы.
— Неважно, о чём я, — он обнял меня сильнее. — И всё же, почему ты кралась в свою комнату?
— А не понятно? — приподняла бровь. — На тебя боялась натолкнуться. Я, если вы, император, не заметили, в полотенце.
— Заметил, — он важно кивнул и оценил. — Хочешь погулять? Парк, малина... Была у нас с тобой волшебная ночь, я бы хотел её повторить.
Замерев, я пыталась сообразить, о чём это он.
— Волшебная, — шепнула. — И что же там было такого примечательного?
— Ты и я наедине... Я так долго ждал простой возможности прогуляться рядом с тобой. И в ту ночь наконец получил такую возможность. Мы гуляли, и я собирал для тебя малину. А после долго стояли на берегу озера и разговаривали. Мне жаль, что ты не помнишь это... Безумно жаль.
Я прислушалась к себе... Где-то в подсознании скользнули неясные образы. Водяные лилии, сладкий вкус во рту... И лёгкая горечь...
— Ну так как, Юниль? Повторим?
В его голосе было что-то такое, подкупающее.
Я не помнила его.
Не помнила своего истинного, но между тем отчего-то действительно захотелось отправиться с ним поздним вечером неведомо куда.
Снова неясная картинка в голове. Ночь, дождь и густая тьма над нами, не пропускающая холодные капли.
Моргнув, я подняла голову и уставилась на дракона.
— Дождь, — пробормотала. — Ты и я... А ещё...
Он просиял. Столько счастья появилось в глазах мужчины.
— Да, — он обхватил моё лицо ладонями. — Да, Юниль. Ты помнишь? — он заглядывал в мои глаза, будто искал в них ответы.
— Только дождь, — пробормотала.
— Ну, уже что-то, — радость его поутихла. — Я выйду, а ты одевайся. Вечером прохладно, не забудь накинуть на плечи плащ. Я вернусь, как ты будешь готова.
— И как же ты узнаешь, что я одета? — улыбнулась.
Взяв мою ладонь, он прижал её к своей груди.
— Я узнаю, — выдохнул. — Я слышу тебя, Юниль. Ты вернулась ко мне... так что я узнаю...
— Связь? — я была заинтригована.
— Ты моя истинная, и это не изменить никому...
... Парк поразил обилием спелых ягод. Бедный император, стараясь мне угодить, забирался в колючие заросли, чтобы достать малину послаще. Я же рассматривала его, изучая. Да, красив. Силен...
Поймав его взгляд, вдруг смутилась.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — он протянул мне очередную порцию ягод.
— Ещё бы, и с лакомством, и без единой царапины, — покосившись на его покрытые царапинами руки, усмехнулась.
— Всё ради тебя, — он, точно медведь, вылез из малины и попытался стряхнуть с сюртука мелкие веточки... наивный дракон.
— Это теперь только на тряпки, — хохотнула я и пошла дальше.