Страница 17 из 63
Постучав, и не дождавшись приглашения войти, мы ворвались ко мне домой.
Новому дворецкому стоило быть расторопнее.
Нарушение нами этикета не вызвало серьезного беспокойства у опекуна. Однако Орвик насторожился при виде королевского дракона, стоявшего рядом со мной.
Нервозное состояние опекуна усилилось, когда герцог настоял на разговоре с ним. Будучи на своей территории, я без раздумий прошла в комнату для приема гостей.
Интерьер внутри поражал скудностью обстановки. Потертые резные узоры на деревянной мебели требовали магической шлифовки. Потрескавшиеся мраморные полы нуждались в обновлении. Запыленные картины на стенах требовали реставрации.
Медленно пройдясь по комнате, я воспроизвела в памяти некогда былую роскошь родового особняка. При отце все было устроено иначе — от начищенных до блеска полов и до кристально чистых сверкающих люстр.
Пока я осматривалась, новоиспеченный граф Вотск лебезил перед герцогом. Ничего особо не добившись, он вызвал дворецкого и велел отвести меня в мою комнату. Орвик не погнушался отдать приказ выставить у моей двери стражей, отсекая возможности к побегу.
— Леди Ядгира никуда не уйдет, она остается, — с нажимом произнес Даригил.
— Ваша светлость, вы не у себя дома. Здесь распоряжаюсь я! — Нервы Орвикане выдержали, и он рявкнул: — Уведите леди Ядвиру!
— Подойдете к моей невесте, и я вам ребра пересчитаю! — с угрозой в голосе предупредил набежавших слуг герцог и выгнал из комнаты: — Пошли вон!
— Немедленно вернитесь! — выкрикнул разъяренный граф. Не дождавшись подмоги, он предъявил претензии герцогу: — У нас с вами уговор! Я даю разрешение использовать в своих целях мою подопечную, вы возвращаете ее в родовой особняк!
— Я выполнил часть нашей сделки. Разве я не привел Ядвиру в родовой особняк?
— Она должна остаться, — поумерил пыл опекун.
— Этого пункта в нашем соглашении не было. Ядвира — моя невеста, и я против ее заточения. Каким бы я был женихом, позволив вам запереть ее в комнате?
— Вы меня обманули!
— Хотите выдвинуть против меня обвинение? — любезно осведомился герцог.
Зная, чем чревато лже обвинение, опекун понуро опустил плечи.
— У меня нет к вам претензий.
Дверь в комнату открылась, и на пороге с приоткрытым ртом застыл лакей с подносом. Из его уст вежливо донеслось:
— Мне позже зайти?
Под грозным взглядом герцога слуга торопливо водрузил на стол пузатый чайничек с изящными чашечками и исчез.
Заняв свободный стул, я отпила горячий чай и с благодарностью взглянула на герцога.
Он заступился за меня и не дал в обиду.
Суровое выражение его лица странно сочеталось с расслабленным видом. Я специально игнорировала хмурый взгляд графа, сидящего напротив, сосредоточившись на расследовании.
— Скажи, Орвик, меня никто не искал? — как бы невзначай спросила я, притворяясь, будто ничего не произошло.
Герцог предпочел стоять, с высоты своего роста наблюдая за нами.
— Ты за этим пришла, Ядвира? Узнать о своих поклонниках? — привстал в кресле опекун, пытаясь создать ощущение угрозы, хотя его попытки запугать меня были тщетными в присутствии герцога.
Рядом с Даригилом я не испытывала страха.
— Орвик, оставь свои домыслы при себе, лучше вели подать мне те чудесные пирожные, которые делает наша кухарка. Давно не ела их, — вежливо попросила я, намеренно игнорируя его грубость.
— Сама идти и приготовить. Кексы пекут по твоему рецепту, — хмуро заметил Орвик, пытаясь выбраться из кресла, куда взмахом руки его вернул герцог.
— Ядвира никуда не уйдет. Советую проявить родственное гостеприимство, — настоял герцог.
Звякнув в колокольчик, граф вызвал дворецкого и приказал ему принести десерт.
В ожидании пирожных опекун изрядно нервничал. Он то постукивал пальцами по подлокотнику кресла, то покачивал ногой. Разговоры на отвлеченные темы поддерживал вяло.
Слуга, принесший десерт, мельком взглянув на меня, быстренько ушел. Его взвинченное поведение позже объяснилось появлением дворецкого. Открыв дверь, он встал в дверном проходе, лицом к нам, готовый отразить любую угрозу, защищая нанимателя.
Приободрившись, Орвик попытался произвести на герцога впечатление, отдав распоряжение дворецкому подать корреспонденцию.
На его потуги показать, кто тут главный, Даригил остался невозмутим.
— Помимо посланий, кто-нибудь спрашивал о Ядвире? — спросил герцог, разглядывая конверты, которые граф разложил на столе.
— Много шума из ничего! Был бы кто важный... — проворчал опекун, не отрицая, что его подопечную разыскивали.
— Отвечайте конкретнее, — оборвал его Даригил с налетом недовольства.
Граф попытался выбраться из ловушки кресла, в которую угодил по неосмотрительности. Новая попытка встать на ноги закончилась для него столь же плачевно. Даригил при помощи магии усадил его обратно.
— Орвик, разве ты не должен радоваться, что я имею успех на рынке невест? — поинтересовалась я, передавая герцогу конверты.
— Я нашел тебе достойного жениха, — голос опекуна источал яд.
Печати на конвертах оказались взломаны. Орвик просматривал мою почту.
— Самостирающиеся чернила, — осмотрев содержимое конвертов, бесстрастно произнес Даригил, будто его этот факт нисколько не опечалил.
— Не понимаю, куда подевались послания? — издевательские нотки в голосе Орвика сменились на растерянность.
Он наклонился к герцогу и уткнулся носом в белоснежную бумагу, старательно пытаясь обнаружить любой намек на текст.
— О чем говорилось в письмах? — спросил его герцог и передал мне конверты.
— Обычные просьбы о встрече.
Рассмотрев светлые листы и ничего не найдя, кинула их на стол. Довольный поворотом событий опекун вольготно развалился в кресле.
Я избегала смотреть в его сторону, пытаясь сохранить хладнокровие.
— Ты не ответил, кто-нибудь приходил к Ядвире? — спросил герцог, сохраняя спокойствие.
— Вам мало конвертов? — скрипучим, нудным голосом проговорил граф.
— Что еще присылали Ядвире? — Голос герцога стал угрожающе настойчивым, и я невольно почувствовала дрожь.
Под его пристальным взглядом Орвик безропотно встал, открыл верхний ящик стола и достал нечто, завернутое в серую тряпку.
Забрав у него находку, под слоем ткани Даригил обнаружил несколько бутыльков.
— Что это? — жестко осведомился он.