Страница 51 из 84
Он резко вскидывает голову, и в глазах на мгновение вспыхивает прежнее пламя.
– Я так никогда не думал!
– Думал! – отрезаю я, не давая ему ни единого шанса на оправдание. – Просто называл это другими, более благородными словами. «Забота», «жертва», «спасение». А на деле — обычный эгоизм и трусость признать, что ты боишься быть слабым в моих глазах.
Пауза затягивается. Она становится долгой. Я медленно откидываюсь на спинку стула, глядя на него в упор, и ловлю себя на мысли, насколько же я сейчас на него зла. Не на то, что он бросил меня по телефону. Не на то, что он восемь лет жил в тени. А на то, что он, черт возьми, всё решил за меня, не оставив мне даже шанса проявить характер.
– Знаешь, что во всей этой истории самое обидное? – спрашиваю я, и в горле встает колючий ком.
Он молчит, ожидая моего ответа.
– Я бы осталась.
Слезы предательски жгут глаза. Тащила бы, карабкалась, улыбалась, но не бросила бы.
И в этот момент я чувствую, как внутри окончательно рвется та самая тонкая ниточка, которая еще связывала меня с тем прошлым.
– Я бы, блин, была рядом. Понимаешь ты это своим контуженным мозгом или нет? Я бы таскала эти чертовы утки, я бы искала врачей, я бы зубами выгрызала твое право ходить, если бы ты просто дал мне войти в ту палату. Я бы любила тебя любым... В кресле, на костылях, да хоть без половины головы!
Он не отвечает. Отводит взгляд, и это хуже всего. Это трусость, Кравцов. Самая настоящая мужская трусость под соусом героизма.
Я лишь горько усмехаюсь.
– Хотя о чем это я… – качаю головой, глядя на его напряженные плечи. – Ты же не дал мне такой возможности. Ты же у нас бог, ты же лучше знаешь, кому и как страдать.
Я провожу рукой по лицу, сдирая с себя эти бесполезные эмоции. Нужно собраться. Потому что сопли соплями, а жизнь катится дальше. Нужно ехать домой, объяснять Стасу куда я пропала после работы и воспитывать сына. Нашего сына, которого ты тоже, Илья, «сберег» от отца.
– И самое интересное во всём этом цирке… – добавляю я уже спокойнее, но с огромной дозой сарказма. – Ты даже на секунду не допустил мысли, что я могла бы справиться со всем этим дерьмом гораздо лучше, чем ты себе там нафантазировал в своем госпитальном бреду.
Я смотрю на него. Долго. Препарирую его взглядом.
– Но тебе же всегда виднее было, да? Ты же у нас главный сценарист. Ну что, Илья, как тебе финал? Нравится?