Страница 18 из 57
Он посмотрел на меня, и я вспомнила, что взяла хлеб, откусила и оставила его возле сундука, когда Нелла принесла плащ.
— Дойду, — сказала я. — Голова не кружится. Просто нужно с вами поговорить.
— Сейчас?
Я оглянулась на Йорена. Он уже уходил к складу вместе с остальными.
— Лучше на корабле. Где нас не будут слушать.
По дороге Арден не расспрашивал. Подстраивал шаг под мой, и я замечала даже это.
В столовой никого не оказалось. Агна готовила ужин на кухне, сверху доносились голоса. Арден открыл дверь своей каюты и спросил, подойдет ли здесь.
Я вошла. На полке лежала его рубаха, у окна стояла миска для умывания. Он предложил мне стул, сам сел на край койки.
Я смотрела на колени, пока он ждал.
— Мы с вами раньше были близки?
Арден не ответил сразу.
— Насколько близки вы имеете в виду?
Я подняла голову. Легче от того, что он заставил произнести вопрос полностью, не стало.
— Вы были моим любовником?
— Нет, Лиора.
Он сказал это без колебания. Я все равно продолжала смотреть на него, словно могла разглядеть то, чего не было в ответе.
— А до моего брака? Вы что-нибудь обещали мне тогда?
— Мы виделись на торговых встречах с вашим отцом. Вам было двадцать два. Мне тридцать три. Разговаривали несколько раз, однажды вместе смотрели перечень груза. Я помню, вы спорили с отцовским приказчиком о цене перевозки. Никакого обещания брака между нами не было.
— Простите. Мне нужно понять, чего я могла от вас ждать.
Он немного наклонился вперед.
— Вы не помните этих встреч?
Я могла снова сослаться на настой. Слова уже были готовы, привычные за эти недели. Вместо них я сказала:
— Расскажите, пожалуйста.
Арден посмотрел на дверь. Потом снова повернулся ко мне.
— До моего ареста мы больше почти не виделись. Когда пришла первая записка в арсенал, я не сразу поверил, что ее передали от вас. Потом вы написали о встрече, которую могли помнить. Так я понял, кто мне помогает.
— И что ответили?
— Что помощь принимаю. Позже вы рассказали о Норреле. Просили, если удастся выйти, помочь уйти от него. Я согласился. Это все, что обещал: помочь вам выбраться и быть рядом, пока не сможете устроиться.
— Я не был вашим возлюбленным. Не просил ждать, не писал, что люблю. Мы даже не целовались. Что заставило вас спросить сейчас?
— Я нашла старую тетрадь. Там было о вас. О том, как я надеялась, что вы останетесь.
Он медленно выпрямился.
— В письмах этого не было.
— Знаю. Кажется, она… Я не все решалась написать.
Арден провел ладонью по лицу. Я поняла, что причиняла ему неловкость, которую он не заслужил. Он объяснял женщине, почему не отвечал на ее любовь, а женщина напротив спрашивала о другой.
— Я не хотел вас обмануть, — сказал он. — И не знал, что вы ждете от меня такого ответа.
— Вы не обманули.
Я произнесла это слишком быстро. Он замолчал.
Прежнего романа между ними не было. Все, что он делал теперь, не продолжало обещанную когда-то любовь.
Это должно было обрадовать меня. Я обрадовалась на несколько мгновений. Потом вспомнила последние строки в тетради и почувствовала стыд за свое облегчение.
Лиора берегла эту надежду восемь лет. Я только что выяснила, что ее мечта не сбылась, и первой мыслью было: значит, мне можно.
— Лиора, — позвал Арден.
Я подняла глаза.
— Скажите прямо. Вы хотите, чтобы я ушел с корабля?
— Нет.
— Тогда что изменилось после этой тетради? Вы весь день смотрите на меня так, будто я сделал вам больно, но вы не собираетесь говорить чем.
Я почувствовала, как вспыхнуло лицо.
— Дело не в вашем поступке. Мне нужно разобраться с тем, что я вам еще не сказала.
Он помолчал.
— Это связано с Норрелом?
— Нет. С ним я закончила. Пожалуйста, не думайте, что я хочу к нему вернуться.
— Я этого не думал.
От резкости, с которой я ответила, стало еще хуже. Я выдохнула, посмотрела на узкое окно. Оттуда были видны край пристани и нижняя часть чужого борта.
— Я хотела знать, были ли у нас обещания, о которых вы не говорите. Теперь знаю. Спасибо, что рассказали.
Арден кивнул, но улыбаться не стал.
Я поднялась. Он тоже встал, открыл дверь и выпустил меня в проход. Не удерживал за руку, не пытался закончить разговор вместо меня. От этого спокойствия стало труднее, чем если бы он рассердился.
В своей каюте я достала тетрадь и перечла запись о письмах. Теперь в ней не было загадки, которую мог объяснить кто-то другой. Лиора не рассказала ему о чувствах. Она хотела спросить потом.
Я прошла к зеркалу. Женщина напротив выглядела усталой, губы были плотно сжаты. Я распустила волосы, провела по ним ладонью. В первый вечер после аварии мне казалось, что стоит достаточно долго смотреть — и собственное лицо вернется.
Теперь я боялась, что Ардену нравилось именно это лицо.
Когда позвали ужинать, я вышла. Села на свое место, ответила на вопрос Талы о цене мешочков и съела все, что положила мне Агна. Открывать тетрадь в тот вечер больше не стала.
Утром семнадцатого дня я заплатила Ардену за первую неделю работы.
Восемь марок легли на стол возле его договора. Он пересчитал их и поставил подпись о получении. Я ждала, что он что-нибудь скажет о вчерашнем, но он спросил только, во сколько поднесут оставшийся груз.
— После завтрака. Йорен уже ждет.
Арден убрал деньги и ушел. Через некоторое время я увидела его у Талы: он выбирал рукавицы. Она велела надеть обе, подвигать пальцами и не тянуть сразу за край.
Мне стало легче смотреть, как он покупал себе обычную вещь. Я даже подошла, чтобы проверить, не тесно ли ему в запястьях, и вовремя остановилась. Он сам расспрашивал швею и вполне справлялся.
Перед отходом выяснилось, что новые рукавицы лежали в моей корзине для выпечки. Я как раз несла ее на кухню и обнаружила их под чистым полотном.
— Арден!
Он обернулся возле стола с картой.
— Я их убрал от воды. Там Иво сходни мыл.
— Сухие рукавицы в сухом месте — прекрасно. Только это корзина для хлеба.
— Она была пустая.
— Пока была. Через час я могла продать ваши рукавицы вместе с пирожками.
— По четыре медных доли?
Я посмотрела на него. Он совершенно серьезно держал ладонь раскрытой, ожидая, когда я верну ему покупку.
— Если начинка хорошая, по пять.
Арден улыбнулся.
— Тала взяла дороже. Тогда заберу, пока вы не разорили меня окончательно.