Страница 29 из 61
Я улыбнулась, узнав собственную привычку последних дней.
— Я тоже так делаю. Только не все потом рассказываю. Пока напишу, уже кажется, что вам будет неинтересно.
— Попробуйте все-таки написать. Мне нравится узнавать, как вы живете.
— Тогда приготовьтесь узнать, как я выбирала ленту.
— Эту?
Он посмотрел на мои волосы. Я кивнула.
— Начните с нее.
— Я полчаса прикладывала к платью три почти одинаковые ленты. Продавщица, наверное, пожалела, что вынесла мне столько.
— А я сегодня три раза открывал ваши письма, прежде чем наконец сел отвечать на чужие.
Я посмотрела на него и улыбнулась. Сама любила перечитывать его письма и не говорила об этом даже Марте.
— Иногда я скучаю по совсем простым вещам, — призналась я. — По тому, как можно прийти к знакомому человеку и сразу сесть на свое обычное место. Знать, где он держит чашки. Понимать, что сегодня можно просто помолчать.
— В Кленовом доме у вас уже есть свое место.
— Да. Только мне хочется, чтобы иногда рядом сидел еще кто-нибудь.
Я подняла глаза. Дамиан смотрел прямо на меня, и я поняла, что незачем прятаться за это неопределенное слово.
— Вы, например.
Он протянул руку. Я вложила в нее пальцы, и мы несколько мгновений сидели молча.
— Я бы хотел, — сказал он. — Приходить сюда и после того, как закончились все дела. Или вообще без них.
Из дома донесся смех Тины. Я услышала, как Марта попросила придержать дверь, потом голоса снова стали тише.
Я провела большим пальцем по его ладони. Дамиан опустил взгляд на наши руки, затем снова посмотрел мне в лицо.
— Селеста, я хочу вас поцеловать.
От этих слов у меня пересохло в горле. Я знала, что хочу ответить, но почему-то сначала посмотрела на его губы.
— Я тоже хочу, — сказала я. — Еще с танца.
Он улыбнулся совсем коротко. Поднялся, не выпуская моей руки, и подождал, пока я встану рядом.
Шаль соскользнула с одного плеча. Я придержала ее, потом отпустила: она осталась на сгибах локтей и больше не мешала.
Я положила свободную руку ему на плечо, чувствуя под тканью сюртука тепло его тела. Дамиан приблизился, а я сама сделала последний маленький шаг.
Он коснулся моей щеки. Большой палец осторожно прошел возле скулы, и я подняла лицо, уже не пытаясь скрыть, чего жду.
Первое прикосновение губ было мягким. Дамиан чуть задержался. Я высвободила вторую руку из его ладони, положила ему на грудь и ответила на поцелуй.
Тогда он обнял меня крепче.
Я чувствовала его ладонь на спине, тепло у самого лица, движение губ. Мне захотелось прижаться ближе, и я прижалась. Пальцы на его плече сжались.
Дамиан поцеловал меня глубже, медленнее. Я ответила, забыв о том, как выгляжу, хорошо ли уложены волосы, не услышит ли кто-нибудь, что я дышу иначе. Оказалось, можно так сильно ждать поцелуя и все равно не представлять, каким он будет.
Я чуть повернула голову, и он последовал за этим движением. Его рука оставалась у меня на спине, уверенная и теплая. Мне нравилось чувствовать, что он тоже не торопится отстраниться.
Когда мы наконец разомкнули губы, я не сразу открыла глаза.
Дамиан держал меня близко. Я слышала его дыхание и чувствовала под ладонью, как быстро бьется сердце. Это неожиданно помогло справиться с собственным волнением.
Я подняла глаза. От его взгляда захотелось снова потянуться к нему, но я пока только осталась рядом.
— Я давно этого хотел, — произнес он тихо.
Я улыбнулась. Ответить сразу не получилось, и он не стал торопить.
За стеклянной дверью прошла Марта с подносом. Я увидела движение краем глаза, вспомнила, где мы стоим, и немного отступила. Дамиан сразу ослабил объятие. Я опустила руку с его плеча, и он перехватил ее, легко сжав мои пальцы.
Я подняла шаль на плечи. Он помог расправить край и остался рядом, пока я поправляла ткань.
Мне было хорошо. Так хорошо, что захотелось оставить все как есть до завтрашнего дня, до следующего письма, до какого-нибудь более удобного разговора.
Именно это желание заставило меня заговорить сейчас.
— Дамиан, я не хочу, чтобы вы неправильно поняли то, что произошло.
Его пальцы чуть замерли вокруг моих.
— Вы жалеете?
— Нет. Совсем нет.
Я подняла глаза, чтобы он увидел, как серьезно я это говорю.
— Но я по-прежнему хочу закончить развод. В назначенный день. Я ничего не меняла в нашем заявлении и пока не собираюсь менять.
Дамиан посмотрел на меня, затем ненадолго отвел взгляд к саду.
Я ждала. Мне было страшно, что он сейчас уберет руку или решит, будто я нарочно позволила себе лишнее. Но он продолжал держать мои пальцы, и мне удалось не добавить поспешных оправданий.
— Я помню, — сказал он наконец. — И все равно надеялся, что вы передумаете.
— Знаю. Поэтому и сказала. Мне хочется быть с вами рядом. Я не притворялась ни сейчас, ни во время танца. Но вопрос о браке для меня от этого не стал решенным.
Он снова посмотрел мне в лицо.
— Мне это не нравится, Селеста. Но я услышал вас. Наши договоренности остаются.
В его голосе не было прежней легкости. Я осторожно провела пальцем по его ладони, и он взглянул на наши руки.
Мы еще немного постояли возле перил, уже не так близко, но и не отпуская друг друга. Мне хотелось сказать что-нибудь ласковое. Я перебирала слова и боялась, что каждое прозвучит как обещание, которого пока не могла дать.
Через некоторое время Дамиан спросил, не замерзла ли я.
— Немного. Давайте вернемся в дом.
Он открыл дверь, пропуская меня, и я вошла в освещенную гостиную. Здесь пахло погашенными свечами и чаем. На комоде лежала сложенная программа, возле стены стояли стулья, которые утром предстояло убрать.
Дамиан взял перчатки. Я проводила его в переднюю и остановилась рядом, пока он одевался.
— Я напишу вам, — сказал он.
— Я буду рада.
Он посмотрел на меня, и я увидела, что между нами все еще осталось то, ради чего я так ждала этого вечера. Дамиан легко сжал мою руку на прощание и вышел на крыльцо.
Я закрыла дверь, когда он сел в карету.
Марта уже убрала почти всю посуду. Тина собирала свои вещи на кухне; я поблагодарила ее за ужин, передала просьбу о рецепте и получила обещание записать его со всеми подробностями.
Я несколько раз ловила себя на том, что отвечаю не сразу. Марта спросила, не поставить ли мне воды у кровати, и я с благодарностью кивнула. Потом поднялась к себе.
В спальне было тихо. Я сняла шаль, положила на стул и остановилась перед зеркалом.