Страница 39 из 70
Как… Как, вообще, после такой информации думать о чём-то ещё? Никогда не думала, что мне свойственна ревность, а сейчас понимаю, что она не не то, что свойственна, она часть меня, она во мне, она - я. От макушки до кончиков пальцев. И это ужасно. Это, значит, что уверенности в нас, как в паре, во мне нет ни на грамм, если всего несколько слов способно вышибить землю из-под ног и возжелать спалить от безысходности со злостью всё вокруг к чертям. Это, значит, что я всегда знала, что Тамерлан со мной не навсегда, что рано или поздно его традиции, обычаи и авторитет матери выйдут на передний план. Знала же, верно? Знала. Конечно, знала, я же не дура! Или всё-таки дура, раз столько времени себя обманывала?
Невеста… Семья… Наследники…
Интересно, какую жену Сати видит для своего, как не без ревности заметила подруга, самого любимого сына? Правильно воспитанную, покорную, верную… Свою? Ну, конечно же, свою! Как иначе?! А он сам? У Тамерлана есть список необходимых качеств будущей супруги или он в этом плане полностью готов отдаться на волю матери и судьбы? Он, наверное, будет хорошим мужем да и отцом отличным, его младшие братья с сестрой тому прямое доказательство. Только я вряд ли буду этому свидетелем и тем более прямым участником. Безотцовщина, с каким-никаким характером, без приданого, связей, статуса.
Чужая…
Встряхиваю головой в надежде прогнать уничижительные мысли.
Может, не всё так плохо? Может, просто я сейчас сама себя накручиваю? Или, что хуже, снова пытаюсь обмануться, чтобы не было так страшно его однажды потерять?
- Маша, так ты решила? Под какое платье составляем образ?
Моргаю, стряхивая пелену безрадостного в силу отсутствия в нём Тамерлана будущего, и возвращаюсь в реальность.
Услышь я этот вопрос ещё пару минут назад, то с тяжестью на сердце выбрала бы первое - чёрное и закрытое, а сейчас, внутренне сгорая от неизвестности, своей неуверенности и ревности, не думая, выпаливаю на эмоциях:
- Второе.
- Кажется, ты решила сразить всех наповал? - понимающе улыбается визажистка. - И правильно, такую красоту грех прятать. Как пела Рианна, мы должны сиять как бриллианты, а не вот это вот всё.
Девчонки смеются, я хмыкаю и в порыве упрямства с чисто женским “пожалеешь, что выбрал не меня” гордо выпрямляю плечи.
Я не Баграева, верно. Я Маруся Ласточкина. Так, действительно, зачем переживать и подстраиваться под кого-то? Подумаешь, не одобрят! Подумаешь, посчитают выскочкой или распущенной. Пожалуйста! Пусть делают что хотят. Пусть осуждают, пусть ищут себе невест и планируют семью с наследниками! Пусть! А я буду делать, выглядеть и вести себя так, как хочу я! Ещё увидят и поймут, что какие бы прекрасные девушки не метили на роль невест, только от меня Тамерлан способен потерять голову. Что я одна такая! Одна единственная!
Спустя минут сорок колдовства надо мной кудесницы синхронно отступают на шаг назад, сами довольные своей работой радостно улыбаются и протягивают зеркало.
- Посмотри на себя, Машенька. Ты как фея из сказки!
- Точно! Можно мы тебя сфотографируем для портфолио? Пожалуйста-пожалуйста!
В отражении на меня смотрит молодая девушка с безупречной, сиюящей изнутри кожей, нежно-розовым румянцем на щеках и влажным манящим блеском на губах. Свежий, натуральный, подчёркивающий естественную красоту, цвет глаз и мой типаж макияж “без макияжа”. Утонченность, элегантность и нежность образу добавляет укладка в виде убранных и зафиксированных в тугую косу волос, перекинутая на левое плечо.
И, правда, фея. Красиво…
Улыбаюсь мастерицам в ответ, возвращая зеркало.
- Спасибо, девочки, вы волшебницы.
- Знаешь, когда исходник уже прекрасен, то и к магии прибегать не нужно. Ну, что, фото? Может, сразу в платье? Мы поможем тебе его одеть.
Аланка со странным лихорадочным блеском в тёмно-карих глазищах и в как-будто наспех запахнутом гостиничном халате возвращается в аккурат к началу праздника после завершения нашей импровизированной на скорую руку фотосессии, разговору ни о чём и прощания. Энергии в ней столько, что она похожа на маленький беспокойный смерч, не замечающий ничего на своём пути.
- Алан, ты как? Всё хорошо? Где ты была столько времени?
- Я? Я нигде… Я ничего не делала. И… - наконец, смотрит на меня напрямую и хмурится. - Нет, всё-таки зря я сказала, чтобы ты не думала и одевала что хочешь. Ты теперь красивее меня!
- Не выдумывай, это не так.
- Нет, так! Посмотри на себя! Ты как… Как… Голливудская звезда на красной дорожке!
- Думаю, что тебе так кажется, потому что ты всё ещё стоишь в халате и тапочках, а время уже поджимает, между прочим.
С намёком киваю на настенные часы сзади неё и Баграева спохватывается:
- Ой, точно, ты права. Нужно поторопиться.
- Тебе нужна помощь?
- Да, я… - хватается за пояс халата, но в следующую секунду, словно о чём-то вспомнив, передумывает. - Нет, я сама, Ласточка, спасибо!
- Уверена?
- Да.
- Тогда я пойду?
- Да-да, я тоже скоро буду.
- Как скажешь… - делаю пару шагов в сторону двери и понимаю, что не могу не спросить ещё раз: - У тебя точно всё хорошо?
Слишком она какая-то взвинченная и перевозбуждённая.
- Да, конечно, что со мной может быть не так? - натянуто смеётся, пряча глаза.
- Ладно, если ты так говоришь…
Уже берусь за ручку двери, как слышу смущённое и тихое:
- Марусь, ты можешь… Эм… Никому не говорить, что я выходила из номера? Ни маме. ни братьям. Прошу тебя.
- Поче…
- И сама не спрашивать можешь?
Теперь черёд хмуриться переходит ко мне. Что-то тут явно нечисто и мне это не нравится, но Алана моя подруга, сегодня её день да и в целом она уже взрослая девочка, чтобы иметь право на личную в любом смысле этого слова жизнь, правда? Не могу же клещами из неё вытягивать причину её странного поведения, да? Я вот, например, тоже от неё много что скрываю, поэтому…
- Могу.
- Спасибо тебе.
Захожу в банкетный зал с тяжестью на сердце и ещё сильнее усилившимся неспокойствием. Он, дорого и пафосно украшенный, уже полон гостей, разговоров и фоновой музыки. Вижу родственников и друзей Баграевых, на удивление, без них самих, ребят со своего курса, держащихся особняком, которые явно чувствуют себя не в своей тарелке, персонал, снующий туда-сюда с подносами между столов и всех собравшихся в помещении людей.
- Маруся! - слышу со стороны знакомый голос. - Мы здесь!