Страница 29 из 62
ГЛАВА 11
ГЛАВА 11
— В смысле?
— Я уже обжигался, поэтому хотел убедиться, что ты встретилась мне случайно, а не в результате хитро разработанного плана. Постой, не перебивай! — Коссига накрыл мою руку своей ладонью. — Не ты первая врала в отношениях, Кира. Взгляни!
На экране большого смартфона я сперва не узнала Лёшу. Фотографии были сделаны словно из-за засады – какие-то железяки слегка закрывали обзор. Дурнота подкатила к горлу.
— Это какая-то ошибка!
— Нет. Посмотри, там на стене календарь.
— Нет-нет, этого не может быть! — я подняла глаза на Виктора в надежде, что он сейчас засмеется и признается в подлоге, но Коссига был совершенно серьезен.
Лиза со спущенными до колен джинсами лежала грудью на капоте покрытого чехлом авто, а Степанов в рабочем замызганном комбинезоне навалился сверху, держа её за бедра. Несколько сменяющих друг друга кадров не оставляли сомнений в происходящем. Не видео, конечно, но не менее красноречиво. На настенном календаре открыта страничка с декабрем, а полуголая девица с фото, сидящая на какой-то фирменной шине, широко расставив ноги, прикрывала причинное место большим красным мешком с подарками. Говорящая картинка. Мой прекрасный дворец и правда был из песка.
— Прости, что делаю больно, Кира, но тяжело смотреть, как он из тебя сделал виновницу.
— Ты можешь переслать мне… — слова застревали в горле, — эти фотографии?
— Зачем? Я удалю их, если хочешь.
— Нет, перешли, я сделаю Степанову стоящий подарок на 23 февраля. Ему понравится.
— Не очень хорошая идея.
— Ну, отчего же? Обмен компроматом – это обычное дело в вашем кругу, не так ли?
— Кира…
— Перешли сейчас же!
Вот такой боли я уже не ожидала. Вот такой горячей стрелы в самое сердце. Декабрь. Лёша шпилит Лизу, а потом дома меня, а потом снова её, и сколько раз мы менялись с нею местами?
— Хочешь домой?
— Я хочу выпить! Напиться, если точнее. Можешь организовать?
— Не нужно наказывать свое тело за чужое предательство, белла!
— Не нужно соваться в чужую жизнь, а потом учить, как её проживать!
— Прости, я не хотел.
— Ты хотел! Хотел! Мог бы и не показывать, но показал ведь, да? Теперь доволен?
— Ты громко кричишь.
— Оксюморон! Кричать – это и есть громко выражать мысль!
— Нас могут выгнать из отсюда!
— Не из, а просто выгнать! А ты заплати им! Ты же богатый дядька? Вот и заплати!
— Кира, кому ты звонишь?
— Такси вызываю.
— Я отвезу, не нужно!
— И по дороге еще веселых картинок подкинешь?
— Весёлых? Я не совсем понимаю…
— У тебя в тачке есть бухло?
— Кира… Есть, виски, но…
— Тогда пошли к тебе в тачку!
Мне снилось, что я примерзла щекой к металлической опоре качелей, что стояли в нашем старом дворе. Скула болела, и пришлось даже потереть ее рукой. А ведь реально болит! Раскрыла глаза: обстановка знакомая – номер Виктора в отеле. На мне ни единой нитки. Что, Кира, ходьба по граблям стала твоим хобби? Неужели ты отдалась этому рыцарю в белом лимузине за брюлики и бутылку вискаря?
— Виктор! — зачем-то позвала своего верного рыцаря.
— Ты проснулась, белла?! — Коссига выглядел ослепительно в белой футболке и простых синих джинсах. Сильное стройное тело выдавало в нём любителя спорта, но не фанатика.
— Почему я голая?
— Тебя… э-э-э твоя одежда была в … как это… вомито… Тошнилось тебе.
— Супер! Машина, я полагаю, в химчистке, да?
— Не нужно думать о мелочах.
— А трусы были тоже в этой, как её, в вомито?
— Бельё ты сняла сама.
— А ты и воспользовался?
— Кира, я…
— Прости, несу чушь… Прости…
— Берре кафе! Выпей кофе, белла!
— Знаешь, каждый раз, когда я вот так просыпаюсь с головной болью от выпитого, то жизнь делает очередной крутой поворот.
— Иногда нужно довериться.
— О, нет! Больше не хочется, Виктор.
— Ты просто устала.
— Я потеряла работу, любимого мужчину и самоуважение, сестра уехала в другой город. Это не усталость, а фатальное невезение. Мне нужно во что-то одеться!
— Всё уже готово. Твою одежду прочистили, но я взял на себя смелость купить тебе кое-что. О! Не волнуйся! Это всего лишь теплый спортивный костюм.
— На меня не шьют теплые спортивные костюмы, это нонсенс.
— Пришлось купить бирюзовый.
— Зачем ты это делаешь?
— Что?
— Тратишь на меня деньги. Я большая девочка, Виктор, и теперь больше не верю в романтическую чепуху. Предают даже самые любимые. Любящие бросают. А ты как второклассник носишь за мною портфель. Зачем?
— Портфель? Я не понимаю твой юмор. Я говорил тебе, что ты мне очень нравишься, и теперь чувство стало другим, глубоким. Я желаю тебя.
— Но не любишь.
— Вы носитесь с этой любовью, как с флагом! Испытываете… Как это… Напрасные ожидания в ваших головах. А нужно опираться на землю.
— В каком смысле?
— Любовь подкидывает в небо, и человек летит, думая, что у него за спиной крылья. Но долетев до самой верхней точки, он обязательно начнет падать. Поэтому лучше стоять обеими ногами на тверди и подпрыгивать невысоко.
— Не понимаю. Ты призываешь к прагматизму, а сам даришь мне дорогие вещи.
— А гочча а гочча, си скава ла роча! Капля за каплей пройдут сквозь гору. И ты оценишь когда-нибудь.
— Покупаешь мою лояльность?
— Показываю тебе, что ты можешь иметь, если просто дашь себе возможность купаться в моем обожании. Женщин нужно баловать, тогда они расцветают как розы. Даже самые некрасивые начинают светиться изнутри, и свет этот виден в глазах. Такой взгляд невозможно не заметить. Я желаю тебя, Кира. Хочу обладать тобой. Хороший секс – это не любовь, но это и не пустое занятие. Иногда тела мудрее мозгов. Я уверен, что в постели мы идеально подойдем друг другу. Это как пить хорошее вино. С каждым глотком ты расслабляешься, и дурные мысли уже не так тяготят.
— Слушай, от твоей философии у меня голова разболелась, а от слова «секс» снова начало тошнить, я могу сходить в душ и одеться?
— Разумеется! Я буду в соседней комнате, мне нужно поработать.