Страница 22 из 42
Женщина, вынашивающая моих детей… Грубое и эгоистичное определение. Я не задумывался над тем, что она мать этих малышей. Она пошла на это, чтобы стать матерью, родить не важно от кого, лишь бы познать радость материнства, чтобы любить малыша. Видя её каждый день, наблюдая за тем как нежно и бережно она гладит животик, улыбается и общается с ними, когда думает, что я не вижу, не придавал этому такого значения.
Её тревога за свою беременность передалась и мне, её слезы прожигали дыру в душе. Я не чувствовал того, что чувствует она, но её страх видел. Попытался как-то успокоить её, а у самого сомнения. Вдруг моя болезнь имеет последствия? Вдруг… Даже думать об этом не хочется. Она плачет, а я не могу правильные слова подобрать. Хотелось утешить её, просто успокоить. Сам не понимал откуда берутся слова, что я говорил, не замечал, как потянулся к её лицу, вытирая её слезы, как перешёл границы, переводя взгляд на её припухшие губы, а имя сорвалось с уст.
Алина засуетилась, собирая платочки на коленях, а я вскочил, не понимая, что это было. Кажется, я только что хотел сказать, что тоже беспокоюсь «о наших детях». Или нет?
Из приёмной донеслось цоканье её каблуков. Хотел выскочить моментально, но сдержался. Спокойно сел за стол, открыл ноутбук и сижу.
Прошло минут пять, она не заходила. Черт знает что. А как же «Босс, я вернулась, жду ваших приказаний». Я босс или кто? Встал и сам вышел. Алины на рабочем месте не было, может в кафе спустилась? Стоял с полминуты раздумывая, спускаться или нет. Вернулся в кабинет и встал у окна, глядя на город. Стук в открытую дверь и её негромкое «можно?» и тут же отвечаю.
- Проходите, садитесь.
Обычного её задора и весёлости не наблюдается и я насторажился.
- Нет, спасибо… Марат Дмитриевич, я наверное, уволюсь.
Чёрт! Потёр лоб и прошёл к столу. Что могло случиться?
- Могу я узнать причину?
Она молчит.
- Алина… Что сказал врач? - Она смотрит на меня в замешательстве, явно не понимая, почему я так интересуюсь её беременностью. – Причина в этом?
- Врач рекомендовала мне взять выходные. Всё это из-за моей активности и работы - нужно быть спокойнее и отвлечься и тогда…
- И тогда дети дадут вам знать, что у них всё в порядке, - докончил я её мысль.
- Слава богу, у них и так всё в порядке, - на секунду улыбка коснулась её губ, - мне дали послушать как бьются их сердечки.
Я улыбнулся глядя в её блестящие глаза, полные любви к этим детям. В эту секунду я понял, что меня не заботило ни её состояние, ни её чувства. Я думал лишь о тех детях, что развиваются в её утробе. Всё что меня волновало – это здоровье детей, а Алина… Алина материя для их защиты. Надёжная упаковка.
Я ужаснулся своих мыслей, осознав, что я творю. Понял, что дай мне жизнь возможность забрать их у неё на любом сроке, я бы это сделал не задумываясь. Я увидел себя со стороны монстром, с каждой секундой понимая, что я чудовище и это больно кольнуло сердце. Я смотрел на её руки, заботливо лежащие на животе и её еле заметную улыбку.
Я не выполнил обещания. Я перешёл все границы. Меня захлестнуло слепое эго.
Тяжело дыша, я сел на стул. На что я рассчитывал? Что приду в роддом с букетом и сделаю предложение, от которого невозможно отказаться: «Алина, давайте вы отдадите мне этих детей, а вы себе ещё родите»?
- Вы их мать… Вы их любите… - мои мысли вырвались наружу.
- Надеюсь это не вопрос? – улыбнулась Алина.
Я не ответил, а она серьёзно посмотрела на меня и то-ли с укором, то-ли просто дать понять глупость моего высказывания, добавила.
- Марат Дмитриевич, не знаю, что вы там подумали, когда я рассказала, что мой бывший не отец моих детей, но моя беременность не досадное недоразумение и не залёт от первого встречного. Это осознанное решение и я шла к этому последние три года. И если для них мне придётся бросить работу, я брошу. И никакая зарплата, даже в полмиллиона, не заставит меня рисковать ими.
- Нет, - поспешил я её успокоить, - Вы неправильно меня поняли. Простите, если обидел… Конечно вы их любите и сделаете всё для них…
Я раздумывал. Не хотел отпускать её. Теперь, когда она знает меня лично, мне будет сложнее помогать ей, если она уволится, а будучи её начальником, мне было бы проще.
Кого я обманываю? Я не ей помогаю, я лишь себе пытаюсь помочь.
- Простите, я пойду, - сказала Алина не глядя на меня и хотела выйти.
- И вы сможете меня бросить? – мои слова остановили её. – Вот так просто? Приёмная без вас не будет выглядеть красиво, - её улыбка вызвала ответную у меня.
- Наймёте себе другую.
Милая моя, если бы ты знала, насколько ты сейчас незаменима для меня.
- На днях, за обедом в кафе, вы сказали, что ваше любимое занятие - фотографии, что любите это дело больше всего.
- Да, и что? – спрашивает она.
- Присядьте, пожалуйста. – Она приблизилась и села напротив меня. – У меня к вам предложение. Давайте я дам вам несколько дней отдыха от работы и вы займетесь любимым хобби. Не хотите пофотографировать? – если тебе надо отвлечься, успокоиться, что ж… я устрою тебе развлечение.
- Ну, модель из вас, конечно, неплохая выйдет, но несколько часов мучений с вами мне вряд ли пойдёт на пользу.
- Неужели я так плох?
- Ваше лицо… слишком серьёзное и хмуритесь часто. Но если подфотошопить, будет очень даже ничего.
- Вы явно мне льстите. Но моделью буду не я. Дело в том, что через два дня в Москве пройдёт выставка стеклянных и зеркальных изделий для интерьера известного бренда. Мы могли бы съездить и посмотреть, вы сделаете фотографии…
Её глаза загорелись, а белые зубки закусили нижнюю губу и она задумалась. Ну же, соглашайся.
- Знаете, - говорю, - я уже несколько лет не брал себе отпуск, поэтому и мне не помешает отвлечься от работы. К тому же я лет сто не гулял по набережной. Что скажете? Вам не придётся работать или думать о ней. Займётесь любимым делом, отвлечётесь. Глядишь и увольняться не придётся.
Она думала с минуту, а я ждал.
- Ну, каков ваш положительный ответ? – спросил её очень надеясь на её согласие.
- Хорошо, я согласна.
- Замечательно. Тогда закажите два билета и номера в отеле Рэдиссон. Поезжайте домой и отдыхайте. Завтра у вас выходной, а вечером вылетаем. Водитель вас заберёт. И да, отмените, пожалуйста, все встречи до конца недели. И, пожалуй, на сегодня тоже.
Алина встала.
- Спасибо, Марат Дмитриевич.